Чтение онлайн

— Макото же сказал, что не хочет никуда баллотироваться! — не удержалась Ануша.

— Это сейчас, а когда захочет — будет поздно. Знаешь что, дядь? Я Акуме тоже предложу вступить в партию. Будешь его семпаем там.

— Макото, политика — это грязь, держись от нее подальше.

— Дядь, вступай, у партии есть печеньки. Их на собраниях бесплатно раздают. Ты же любишь выпечку?

Последний аргумент Юасы показался мне вполне себе убедительным, но я позволил девушкам и дальше спорить. Не о политике, так о моде, способе приготовления карри, новом аниме. Будь они самураями — уже вовсю выясняли бы отношения в поединке. Хм. А это мысль. Я про то, что им не мешало бы выпустить пар и устроить спарринг в каком-то виде боевых искусств. Если я привезу наставнику инспектора Кикучи двух красивых девушек, может быть, меня он бить не станет? Хотя… меня убьют Кайлани и Акума, если Юто-сан вдруг начнет клеиться к Мари.

— Политикам не хватает честных, хе-хе, людей, — посмеялась от дверей кабинета красная безымянная. — Я так, мимо проходила, Депутат! — вот уж кто умеет сказать с сарказмом. Но хотя бы на мои печенья сегодня не покушается.

Тот же вопрос, о вступлении в партию, я задал Мияби и Ёрико по пути домой.

— Папе зачем-то нужно, чтобы ты вступил. Скорее всего, хочет заработать политические очки на тебе, — довольно здраво рассудила Мияби, — но и вредить папа тебе точно не станет. Он обманщик, но меня любит.

— Посоветуйся с бабушкой, я бы и близко к политикам не подходила, — предложила Ёрико. — Мияби, давай чуть быстрее, я на тренировку девочек так опоздаю и они опять засмущают Сёту-куна. Он же встречался с заштатной, но моделью. Откуда только стеснительность?

По-настоящему мудрое предложение, так я и собирался поступить.

— Как он? Больше не считает, что его жизнь окончена?

— Всё удивляется, что его никто не узнал и фотографы-папарацци не поджидают у двери апато. Бабуля смотрела его руку и снимки, ругалась на докторов за то, что напихали внутрь всяких железок. Сказала, что шансы восстановиться есть, но Казума ей не очень поверил. Врачи ведь говорили прямо обратное.

Вот так запросто взял и усомнился в словах девятихвостой обманщицы? Видимо, она того и добивалась. Например, чтобы, когда лечение поможет, удивление и вместе с тем благодарность от звезды спорта вышли сильнее. Или для большей вовлеченности в текущую профессию детского тренера — мечты о возвращении в спорт могли бы ее заслонить.

— Привет, сенсей. Я пригласить тебя на ужин и заодно посоветоваться, — сказал я, зайдя позже за старушкой. Сегодня Мияби занималась ужином. У нас с ней нет строгой очередности и оба мы любим готовить, но и не уступать друг другу тоже не можем. — Цуцуи Субару предложил мне вступить в политическую партию.

— Политика… — изрекла Амацу-но-Маэ с умудренным видом. — Грязное дело, сестрицу этой Маэ она никогда до добра не доводила…

Озарение. Вспышка. Понимание того, каким я был идиотом.

— Сенсей, я тут внезапно сообразил. Твоя сестра ведь намного старше тебя. На тысячу лет или около того, не так ли? Ты говорила, что была совсем молодой, когда вы с ней приплыли в Страну Ямато.

— Да, это так. Мне было всего лет двести или триста. Примерно, как Акире — такая же молодая дурёха, как она сейчас. А у сестрицы этой Маэ были уже все девять хвостов и багаж мудрости… каким та не пользовалась и опять связалась с Императором. Вот как будто бы фетиш у нее на божественную кровь, малыш. Эта старуха оказалась умнее сестры и так легко посвататься к себе не позволила, хотя Фусими-кун был ох, как хорош собой. Может быть, и стоило дать ему шанс.

Прозвучавшее имя совершенно точно принадлежит одному из прежних императоров, но, к своему стыду, ни дат его правления, ни других подробностей у меня в памяти не задержалось.

— О том и разговор, сенсей. Как так получилось, что вы являетесь сестрами с такой большой разницей в возрасте?

— Хочу услышать твои версии, малыш, — любимый трюк моей наставницы. Заставить кого-нибудь самому придумать ложь, а затем поверить в нее под весом своих же аргументов.

— Версия первая — вы не кровные сестры. Названные, например. Быть может, брать себе ученика, а затем по мере взросления принимать в семью — это такая традиция у вас, Маэ. Сразу скажу, что называться Макото-но-Маэ я не намерен. «Предвестник Истины» — слишком пафосно для меня.

— Посохом бы тебя да по спине! — рассмеялась Амацу-но-Маэ, копаясь в стенном шкафу. Выбирает кимоно для ужина у нас. Я заметил кучу разной одежды совершенно разных фасонов, включая мини-юбку. — Предложи еще версии, коль сия тебе не подходит.

— Вы на самом деле примерно ровесницы, но ты пробыла лет семьсот или восемьсот внутри камня. Быть может, ты даже формально старшая сестра и потому иногда говоришь «Томо-тян», как будто обращаясь к младшей, — выдал я следующий вариант на голой импровизации, — это объяснило бы, почему ты не побоялась спрятаться в каменной форме. Знала на собственном опыте, что это состояние обратимо.

— На опыте сестрицы, вообще-то, Малыш, — Амацу-сенсей выбрала пару нарядных кимоно в цветочек и рассматривала их на вешалках, достав из шкафа. Моё мнение не требовалось, — но сей версией ты эту Маэ развеселил и потому она не ударит тебя посохом, когда в следующий раз изречешь глупость.

— Третий вариант в том, что ваша общая матушка — нестареющая кицунэ. Быть может, сама Инари, и именно по ее следам вы прибыли в Японию, — возможно, если бы не индульгенция на глупость, я бы и не стал озвучивать настолько абсурдную версию.

— Ай! Ты же обещала! — я и не заметил, откуда она взяла посох, и как так ловко размахнулась длинной палкой в тесных стенах апато.

— Эта Маэ обещала не наказывать за глупость, а вот правила по поводу некоторых запрещенных слов в силе, малыш, — с ехидной улыбкой проговорила наставница. — И ты почти обидел меня, записав в родственницы лицемерной сучки Инари. Хорошо хоть, не в последовательницы.

— Ты довольно неплохо знаешь их традиционные танцы — не удержался от маленькой шпильки. Если и она карается ударом поперек спины, так тому и быть.

— Ах ты мелкий язвительный негодник! Ну хорошо, гигантской тайны тут нет, и эта старая наставница поведает тебе. У нас с Томо-тян общий отец и он довольно-таки известная личность, ты наверняка про него слышал.

— Локи? — предположил я в шутку, припомнив, возможно, самого знаменитого оборотня в европейской мифологии. Заодно и трикстера. — Ты не так давно ворчала по тому поводу, что немцы назвали вибрации в честь Одина, а не настоящего оборотня.

— Оке, гуру, покажи ему, — скомандовала старуха смартфону и развернула гаджет ко мне экраном, предварительно набрав текстовый запрос. С дисплея на меня смотрел рыжий лис в зеленой шапочке с алым… или оранжевым пером. Я не большой эксперт по западной анимации, но совсем-совсем недавно бывал рядом с Диснейлендом и потому опознал персонажа.

— Это Робин Гуд, британский разбойник, грабивший богатых и раздававший награбленное бедным, — назвал я лиса. — Фольклорный персонаж. Не уверен, существовал ли он в реальности.

— Вот видишь, малыш, слышал. У нас, долгожителей, много имен. Да ты и сам бывал Тадаши, Фудзитой, Тенкаем и много кем еще настолько неважным, что не стал рассказывать сей старухе. Моего отца звали Ренар, Рейнар, Рейнекке, Гвидион, Автолик, Тиль Уленшпигель… с высокой долей вероятности. В старые времена информация распространялась совсем не так скоро, как нынче. Ох, этот интернет — вот истинное чудо. Лишь благодаря сети эта старуха нашла следы своего отца в истории.