Чтение онлайн

Вместе мы прошли во вторую комнату. Увидев на полу троих агентов, он сразу понял, что дело дрянь. И взглянул на меня — здоровенного и решительного громилу в нелепых резиновых башмаках, с железным ломом в руках.

— Ты знаешь коды замков на клетках? — спросил я.

— Нет.

— Где твои вещи?

— В шкафчике.

— Показывай, — велел я.

Мы вернулись в прихожую, и он подвел меня к одному из четырех шкафчиков. После чего повертел шкалу с цифрами.

В шкафчике было несколько полок, доверху набитых разными медицинскими вещицами. Плюс упаковка дротиков.

— Что в них? — спросил я.

— Местный наркоз для обезболивания раны плюс барбитурат.

— Сколько барбитурата? Хватит, чтобы свалить гориллу?

— Нет. Уменьшенная доза. В расчете на среднего человека.

— Побочные эффекты?

— Ноль.

— Уверен? Ты ведь уже понял, к чему я спрашиваю?

Парень кивнул. Он понял.

Я поднял пистолет, перезарядил.

— Не хочешь лечь на пол? — спросил я. — Чтобы не биться головой.

Он послушно лег на спину.

— Выбирай: в руку или в ногу?

— Лучше всего в мышечную массу, — ответил он.

— Тогда перевернись.

Он перекатился на живот, и я выстрелил ему в зад.

Дважды перезарядив пистолет, я всадил по дротику в двоих агентов, которые могли вот-вот очухаться. Это давало мне, как минимум, восемь часов форы — разве что вдруг заявятся другие гости. Или если агенты должны были докладывать начальству о ситуации каждый час. Я взял лом и отправился в тюремный блок со стальными клетками.

Обойдя клетку Ли, я вогнал лом плоским концом под днище. Навалившись, почувствовал, как вся конструкция подалась — чуть-чуть.

— Это автономный модульный куб, — сказала Тереза Ли. — Его можно перевернуть, но я все равно останусь внутри.

— Вообще-то не автономный, — заметил я.

— Он не скреплен болтами с полом.

— Его поджимают трубы канализации. Под унитазом. Если я приподниму решетку и трубы выдержат, стальной лист оторвется и вы сможете выползти наружу.

— Валяйте.

В двух комнатах от нас раздался телефонный звонок.

Я опустился на колени и просунул лом под нижнюю горизонтальную перекладину. Затем чуть подбил его ногой в сторону, чтобы лом встал точно под сварным швом: там, откуда мое усилие передастся вверх по вертикальному пруту.

Телефон в двух комнатах от нас перестал звонить.

Я посмотрел на Терезу Ли:

— Встаньте на унитаз.

Она взобралась наверх, стараясь удерживать равновесие. Навалившись на лом всем весом, я качнул — раз, два, три. Яркая бусинка металла со звоном отскочила в сторону.

— Это точка! — крикнула Тереза Ли. — Точка от сварки.

Я передвинул лом на следующую позицию, в двенадцати дюймах слева. Втиснул посильнее, убрал слабину, качнул. Тот же результат.

Зазвонил второй телефон. Уже другим тоном.

Я отступил. Передвинул лом. Повторил процедуру и был награжден еще одним сломанным швом. Три позади, но впереди намного больше. Зато теперь у меня появилась опора для рук — в нижнем пруте, где лом продавил металл. Присев на корточки лицом к клетке, я протиснул руки в пазы ладонями вверх.

Второй телефон перестал звонить.

И сразу же заголосил третий.

Я поднатужился и попытался встать. Стенка клетки приподнялась примерно на фут. Пронзительно взвизгнув, стальной лист изогнулся точно бумага. Но швы не поддались.

— Прыгайте, — приказал я Терезе Ли.

Оттолкнувшись, Ли прыгнула с унитаза. Босые ступни с силой ударили в те самые точки, где находились под давлением еще два шва. Швы лопнули, и пол клетки изогнулся, образовав V-образный скат. Как отпавшая вниз челюсть. Примерно в фут шириной и столько же в глубину. Неплохо, но все еще недостаточно.

Теперь все три телефона звонили одновременно.

Дальше было намного проще — просто повторять всю процедуру снова и снова. Мы уложились в восемь минут. Ли вылезла из клетки на спине, ногами вперед, выгибаясь, как танцор лимбо.

То же самое я проделал с клеткой Джейкоба Марка.

В двух комнатах от нас телефоны разом умолкли.

Из здания мы убрались оперативно. Ли напялила ботинки старшего федерала. Те оказались великоваты, но ненамного. Джейк переоделся в шмотки медбрата. Он полагал, что некомплектная форма полицейского, к тому же нездешнего, вызовет подозрения.

Мы вышли на 3-ю улицу и направились к Шестой авеню.

Перейдя Шестую, мы нашли убежище на Корнелия-стрит — темной и тихой, за исключением посетителей за столиками открытых кафе. Пройдя вверх по улице, мы остановились, чтобы провести инвентаризацию. У Ли и Джейка не было ничего. Все их вещи остались под замком в подвале старой пожарки. У меня было то, что я успел забрать со стола, и самое главное — моя наличность, кредитная карточка, проездной на метро и мобильник Леонида. Мы пересчитали деньги. Сорок три доллара. На проездном — всего четыре поездки. Батарея в сотовом — почти на нуле. Мы знали, что номера кредитки и мобильника Леонида уже мигают в компьютерных сетях. Но меня это не волновало. Если бы мы, сбежав с Западной 3-й, через пару дней решили снять деньги в банкомате где-нибудь в Оклахома-Сити, тогда эти данные были бы существенными. Но если мы снимем деньги сейчас, в паре кварталов от старой пожарки, они не узнают ничего кроме того, что им известно и так.

Так что мы нашли банкомат, и я снял с карточки всю наличность, которая там была. Три сотни баксов.

По пути Ли купила внешний аккумулятор для сотовых. Подключив его к мобильнику Леонида, она позвонила Догерти, своему напарнику. Было уже десять минут одиннадцатого, и тот наверняка собирался на службу. Догерти не ответил. Ли оставила сообщение и тут же выключила мобильник. Она сказала, что сотовые снабжены чипами GPS. Я этого не знал. Самый безопасный способ пользоваться мобильником, когда ты в бегах, добавила она, — это держать его выключенным и включать лишь на пару секунд перед тем, как переместиться из одного места в другое. Тогда те, кто отслеживает тебя через GPS, всегда будут на шаг позади.

Мы зашли в шумное бистро в самом центре территории Нью-Йоркского университета. В заведении был полумрак и полно студентов. Я чувствовал себя смертельно голодным. Но более всего мне хотелось пить. Опустошив несколько стаканов воды, я заказал что-то вроде шейка из йогурта и фруктов. Плюс бургер и кофе. Джейк и Ли от еды отказались.

— Лучше расскажи нам, что все это значит, — как-то само собой перешла на «ты» Ли.

— Я думал, вы не хотите ничего знать, — ответил я.

— Мы только что перешли эту грань.

— Они не предъявили удостоверений. Вы оба имели полное право считать задержание незаконным. В этом случае побег не считается преступлением.

Ли покачала головой:

— Я знала, кто они.

Я перевел взгляд на Джейка. Мне надо было убедиться, что он в команде. Он молча пожал плечами: мол, назвался груздем, полезай в кузов. И я рассказал все, что знал. Про март 1983 года, про Сэнсома, про долину Коренгал. Все детали.

— И насколько, по-твоему, это серьезно? — спросил Джейк.