Чтение онлайн

Халат уже был распахнут, бесстыдно являя всем вздутый живот и Минт орал прямо в него. Эльфы отводили глаза, Амали не спешила запахивать халатик, но лицо ее продолжало сводить гримасами.

— Разве у королевы не дочь? — спросил кто-то робко и недоуменно.

— Да ты что несешь? — закричал Минт в толпу, размахивая руками. — Какая еще дочь, когда я точно вижу, что это сын!

Он повернулся к Амали и снова заорал в живот:

— Сын, даже если ты дочь, все равно держись! Держись! Ну же, где целители?! Что, никого нет? Тогда я сам спою! Давай, сынодочь, держись, ты же старший и скоро у тебя будет еще три или четыре братика!

Будет дочка или сын

А итог-то все один,

Стану скоро я отцом

Буду править молодцом!

Удары по струнам, выкрики слов, к последней строчке самые слабовольные эльфы уже начали хлопать в ладоши и отбивать ритм. То, что Минт пел, стоя на коленях, ничуть не ослабило эффекта песни.

— Ты… не король… Алавии, — выдавила Амали, держась за живот.

Целители подбирались сзади, но робко, Амали явно собиралась выжать из ситуации все возможное.

— Пф! — возглас вскочившего на ноги Минта прокатился по залу, легко заглушив всех. — Я уже император Водоворота и у меня две жены, ожидающие детей! Ираниэль вот не призналась, да и демоны с ней, все равно у нее все стало плоским, но тебя я готов взять третьей женой, ради дочки!

Зал замер и резко затих, светлые эльфы смотрели, выпучив глаза, переводили взгляды на героев, словно умоляя сказать, что это лишь очередная дурная шутка в стиле Минта. Некоторые побледнели до аристократических оттенков и среди них и Амали, которой, по правде говоря, нанесли сильное оскорбление. Вопросом только оставалось — специально или Минт опять не понял, чего ляпнул от чистого сердца.

— Водо…ворота?

— Да, небольшая такая империя в четверть Грозового Океана, ласковые жены-королевы и совсем не ревнивые, что немаловажно, а еще! А еще! Было великое пророчество! Нашим детям предстоит объединить страны океана и суши, завоевать весь мир! — Минт говорил горделиво, выпячивал грудь.

Некоторые эльфы перешептывались насмешливо, но большая часть смотрела с ужасом, ощущая, что он говорит правду (кивки Ланы и Ролло тоже оказались не лишними). В сущности, это означало, что Алавия, точнее ее королева, поссорилась не только с сухопутными соседями, но с и морскими тоже. С сильнейшими героями и «несравненным бардом», о котором говорили на пяти континентах и титул которого больше не вызывал насмешек и оскорбительных жестов.

Бардом, с уровнем за 300, которого поддерживали сильнейшие герои.

— Вы чего так быстро? — спросил Бранд у Ролло, пока все смотрели и обсуждали Минта.

— Торопились, зная, что ты тут без нас не обойдешься.

— Да сам бы справился, ну прибил бы парочку, пятерых, дюжину, — пожал плечами Бранд.

А еще друзья-герои прибыли порталом прямо в столицу, понял он, для них границу никто не закрывал. Минт, скорее всего, посмотрел на захолустье Амалька, быстро поимел всех, кого хотел и сбежал. Можно было не сомневаться, что от одного перебора струн, без песен, девки там сами раздевались, но подобное осуществление мечтаний юности не всегда приносило радость, это Бранд помнил из своего опыта.

— Разумеется, дорогая, у меня будут еще дети, так что не стоит ревновать, наоборот, нужно присоединяться!

В этот раз Амали пошла красными пятнами, хотела что-то сказать, но слова застряли у нее в горле. Еще большее унижение, особенно в свете того, из-за чего случился разрыв Минта и Амали. В то же время Амали явно сдерживала себя, хотя губы ее тряслись, словно она собиралась разрыдаться от счастья (на самом деле от гнева и злости, как видел Бранд).

Еще одна насмешка жизни, подумал Бранд, вот изгнала она Минта, и он стал тем, перед кем она вынуждена сгибаться и молить о помощи, а пока не выгнала, наоборот, командовала Минтом вдоль и поперек, всего-то и надо было закрывать глаза на его похождения.

— Слушай, у нее же и впрямь сейчас выкидыш будет, как у Марены, — прошептала Лана.

— Думаешь, она не хотела избавиться от ребенка? — прошептал в ответ Бранд, припомнив свои озарения в храме.

Хотя, вот еще насмешка жизни, подумал он, без ребенка Амали точно не нужна была Минту. Разве что позлорадствовать, как сейчас… или он искренне предлагал?

— Хотела бы избавилась, — возразила Лана.

Бранд пожал плечами, не желая спорить на эту тему.

— Да где же целители?! — вскричал Минт, вспомнивший, что Амали плохо.

— Не надо! — Амали отстранила его руку величественным жестом и поднялась.

Поняла или ощутила, что Минт перетянул на себя всех. Более того, подумал Бранд, похоже осознала еще одну пощечину или затрещину, только уступи и в этот раз Минт будет настоящим королем, не марионеточным, не мужем при королеве. Или вообще его жены-русалки станут во главе (с их-то уровнями), а сама Амали вернется к роли забитой тихой мышки в углу, которой если и достанется чего, то только постоять в сторонке, с осветительным шаром в руках, над общей оргией.

— Мы разорвали наши узы!

— Ну как же разорвали, когда вот она — наша дочка! То есть сын!

Руки Минта легли на живот Амали, прошлись по нему, и в королеве что-то дрогнуло. Примерно так же, как недавно в храме, только там Бранд ее сразу послал.

— Ребенок связывает нас!

— То-то ты сбежал!

— Так за мной гнались посланные тобой страшные убийцы!

Светлые эльфы смотрели, слушали, лица некоторых вытягивались. В целом ощущались, что у Минта с Амали и раньше бывали подобные сцены, только бард был меньше уровнями и без жен-королев.

— Они гнались, чтобы вернуть, а ты сбежал! — нашлась с ответом Амали. — Прошу вас, герои, я услышала причины, но не услышала требований.

— Может быть, в тронный зал?

— Нет-нет, как сказал Кулак «пусть все слышат», — сказала Амали.

— Немедленно прекратить войну с дриадами и не поднимать на них оружия год, — сказал Бранд.

— А если они сами?

— Дальше я отправлюсь в Бесконечный Лес и все объясню им, — ответил Бранд. — Участок с мега-деревьями возле Провала станет новой рощей дриад.

— Но…

— Я не поднимал вопрос, с чего правители вдруг согласились на такую бесконечную дурость, как мега-деревья у Провала, — Бранд заговорил жестче, — но уверен, императрица Олесса сумеет его задать.

— Я напишу дарственную, — свесила голову Амали.

Минт немедленно взял ее руки в свои, посмотрел на Бранда осуждающе.

— В знак извинений за причиненное зло.

— В знак извинений за причиненное зло, — согласилась Амали.

— Помощь возле Провала остается, участие в восстановлении земель вокруг него после закрытия обязательно, — продолжил Бранд. — И в проекте восстановления Диких Земель, очистки Пенного моря.