Безликий
Шрифт:
пистолета Соломона.
– Я бы не стал этого делать, – спокойно предупредил Безликий, приставив пушку к
затылку врага.
Я улыбнулась и расслабилась. Я не верила, что Лето погиб, но все же с моей души с
грохотом облегчения сорвалась целая лавина переживаний.
Руки замерли в воздухе, не успев сменить пароль. Аарон поднял их, сдаваясь.
– Ной, что ты творишь? – спросил он, недоумевая.
– Теперь отойди от компьютера. Живо! – из-за спины Джека вышел внушительный
лысый мужчина с лицом потенциального убийцы, с карими глазами. Он поставил
цветные линзы, благодаря которым я все это время и подумать не могла, что это
Соломон. Он был все время рядом, спокойный и строгий. С руками, сложенными на
груди и ровным выражением лица он стоял здесь, пока я высказывала все, что думаю, своему бывшему.
Второй охранник достал пушку…
– Брось мне! И наушник тоже. Или платить тебе будет некому! - уверенно пригрозил
Безликий, не сводя прицел со лба. Охранник повиновался. Пушка отлетела вдаль.
– И сам приляг! – скомандовал Соло. – Одно движение, – и это будет последним, что ты
сможешь сделать в этой жизни.
И громила лег, сложив покорно руки за головой.
В глазах Джека промелькнуло отчаянье. Но колесики в мозге закрутились, продумывая
варианты исхода.
– Я заплачу тебе… – начал он.
– Ооо, ты заплатишь, поверь мне…Братец.
Что? Подождите… что? Тот самый брат? Я начала переводить взгляд с Соло на Джека и
обратно.
– Нет. Этого не может быть! Мой брат мертв! Ты – не он! – голос Аарона прозвучал
уверенно.
Обстановка накалялась, и я сглотнула подошедший к горлу ком.
Лето поднес свободную руку к глазам и вынул линзы по очереди из каждого. Мгновение
– и его облик сменился на тот, который я видела недавно. Настоящий Соломон Лето. Они братья,–теперь я вижу сходство! Почти одинаковый цвет волос, и нос… Но в тоже
время они абсолютно разные, как день и ночь, как небо и земля. Ох, матерь Божья… Но
что же происходит между этими двумя? За что Лето так ненавидит Джека?
– Соломон… это фокус? Или действительно ты? – спросил шокированный Джек. – Я был
уверен, что ты мертв! Я сам видел, как ты захлебнулся отходами!
Руки Джека опустились. Да и весь он немного расслабился, понимая, что он на прицеле у
родного брата. А я бы не радовалась так рано…
– Отходами? – не выдержав, спросила я.
Братья одновременно устремили на меня свои орлиные взгляды. Видимо, только сейчас
вспомнили, что они здесь не одни.
– Значит, это ты похитил мою Сабу? – уверенно, с лихой усмешкой спросил Аарон. – И
как она тебе? В сексе слабовата, но зато сосет отменно.
Мне стало не по себе. Как будто облили грязью прилюдно. Как будто открыли страшный
позорный секрет родному человеку.
– Закрой рот, Джек!–первые нотки злости в размеренной интонации Лето. Но теперь Джек не остановится, я его знаю, он как стервятник, будет кружить над
замеченной раной.
– Если она тебе понравилась, мог бы просто попросить – и все! Мне она давно уже
надоела!–с наигранным отвращением он обвел меня взглядом.
Ощущение, что я в той самой грязи стою голая. Он хочет унизить меня в глазах
Соломона. Его излюбленное занятие – растоптать человеческую гордость, самоутвердиться за счет других. Я, пытаясь проглотить стыд, посмотрела на моего
призрака. Поймав его пылающий взгляд, покачала головой, умоляя не делать глупостей.
– Угомонись, Джек. Обижать слабых – единственное, что ты умеешь, мы оба это знаем. Джек сжал челюсть, и на его бледном лице заходили желваки.
– Может, поведаешь нам, наконец, как ты не сдох тогда? Я так старался!
О нет! В голове всплыли слова Лето, о том, что шрамы на его лице – это результат
доверия близкому человеку… брату.
– Ты пытался его убить? – спросила я, уставившись на этого кровавого миллиардера.
– Ну же, нашей девочке любопытно.
«Нашей» – как мерзко звучит! Это только моя карма могла занести меня в постель к
брату человека, которого я ненавижу больше всех на свете.
– Хорошо…
Соломон обошел стол, подошел поближе к нам и прислонился к его краю. Посмотрел на
стража, лежащего на полу, потом на Джека и меня, и указал на гостевые кресла у стола. Мы присели, а он, наконец, заговорил.
– После смерти матери я попал в семью отца. У которого на то время уже был старший
сын, сын от другой женщины.
Джек!
– Поначалу я был насторожен, напуган и диковат. Однажды отец, Корвен, сказал мне, что
у меня теперь есть родные люди, семья, которая больше не совершит ошибку. Я хотел
ему верить. Мне тяжело было осознавать, что Лила вдали от меня. Но я знал, что мы
встретимся, отец обещал.
Соломон сделал паузу, задумавшись, вспоминая. Джек тоже молчит с каменным
выражением лица. Я же с тревожным возбуждением жду каждого его слова. Беспокойство мурашками ходит по коже…
– Джек стал для меня другом, братом, – он поднял глаза, полные сожаления, на Аарона, и
хмыкнул.–Я так радовался, что теперь имею сообщника для своих проделок и шуток над
охраной. Четыре года я думал, что рай бывает на земле, четыре года я мечтал о том, как
мы заберем к нам Лилу. О том, как познакомлю вас. И мы все заживем по-настоящему
счастливо… Но этим детским мечтам не суждено было сбыться.
Когда мне исполнилось четырнадцать, мы гуляли у отца на заводе по производству
таблеток от сна и для сна. Естественно, нам это было запрещено делать. А потому еще
интереснее было нарушить правила, пробраться туда, походить по лезвию ножа и
вернуться обратно. Я помню, как сейчас, дверь с зеленым треугольным значком «Опасно