Безликий
Шрифт:
чтобы выжил я. И естественно, дабы прятать живот как можно дольше от любопытных
глаз надзирателей. Мой организм был пропитан наркотиками еще до моего рождения. Приспособлен, подготовлен выдержать почти любые дозы яда. Что и помогло мне
выжить там, где никто бы не смог!
Тишина. Все замолкли. Лето смотрит на нас в ожидании реакции. Я потрясена до
глубины души! Мое горло пересохло. Я не знаю, что ему сказать… и стоит ли сейчас это
делать вообще? Появилось безумное желание обнять его, просто прижаться к его груди и
стоять, радуясь, что он жив после всех испытаний. Только в данный момент это... ой как
не уместно!
Но все же это не до конца объясняет его способности! Умение изменять внешний облик!
– Сукин ты сын, Соломон Лето! – удивленно поражаясь событиям пятнадцатилетней
давности, наконец-то сказалДжек.
Соло рассмеялся, искренне радуясь тому, что впечатлил своего убийцу!
– А что с твоим лицом? Новейшие разработки? Лично я использовал пластическую
хирургию, готовя своего клона к гибели.
Ярость и отвращение к мужчине, отнявшему шесть лет моей жизни, с новой силой
прокатилась по венам, от осознания того, насколько дешевая и ничтожная для него
человеческая жизнь! С какой легкостью и без угрызений совести он пожертвовал
невинным человеком только для того, чтобы выманить меня! Хотя, чему я удивляюсь,–он еще подростком почти убил родного брата… Ужасающая хрупкость человеческого
бытия!
– Это побочная реакция экспериментального образца в совокупности с открытыми
ранами на лице и определенным геном в моей крови.
Обалдеть…
– Ты мутант, что ли? Или супергерой?
Кстати, хороший вопрос! Из него бы вышел прекрасный спасатель!
Соло хмыкнул.
– Нет. Просто человек, жаждущий расплаты. И имеющий пару фокусов в рукаве. Ох, и то верно…
Мое стабильное привычное понятие жизни нарушено. Наш мир полон сюрпризов… но
такого я не ожидала! Я растеряна! В один момент мое сознание испытало тайфун
эмоций. Тревогу, страх, почти физическую боль… как будто прожила все те же чувства, что и Соломон много лет назад.
Джек послабил галстук и перевел взгляд в окно, на огни карнавала.
– Значит, ты выжил… ради мести?
– Скажем так, она была в приоритете.
– Я польщен!
– Да. Жаль, только отец не дожил до этого момента, – прошептал Лето, переступая с ноги
на ногу.
Я заерзала, шрам на шее…от отца! Я совсем забыла. Как же так?
https://vk.com/bestseller_books
Глава 44
– Да… Знаешь, братишка, папочка вспоминал о тебе. Часто. Но ты не волнуйся, я всегда
был рядом, помогая тебя забыть!
– Какая же ты гнида! – рыкнула я, не стерпев.
– Развей наконец мои догадки, зачем ты это сделал?
Джек уселся поудобнее, подтянув со стола бутылку яркого алкоголя и бокал.
– Кто-то желает? – предложил он, ехидно переводя взглядом. – Может, выпьем за
воссоединение семьи? Я настаиваю.
Меня это насторожило. Надеюсь, он не станет корчить из себя бессмертного и пытаться
отбиваться дорогим хрусталем?
– Лето, бутылка…
– Не волнуйся, пусть пьет, он лишится руки раньше, чем поднимет ее в воздух. –
глубокий с хрипотцой голосе вмиг успокоил меня Соломон, и, не отрывая глаз от Джека, вежливо ответил - Нет…Спасибо.
– Зря. Прекрасное Токайское вино Эссенция, 1999 года из Венгрии, похищенное из
частной коллекции магната Берндберга Младшего и доставленное прямиком ко мне. Я закатила глаза и цокнула языком. Так и остался болтуном «Тартареном из Тараскона». Мое терпение лопнет раньше Безликого. Он сегодня отлично держится! Естественно, столько лет это все прокручивать в своей голове! Ничто теперь не сможет выбить его из
равновесия.
Аарон налил себе, и как на дегустации, поднес к носу, к губам… И всматриваясь в
золотой напиток, начал рассказ:
– Я был единственным сыном. Любимцем. А тут появился ты, и жизнь пошла ко дну.
– О боги, Джек! Детская зависть? Серьезно? – возмутилась я.
– Не думаю, что это единственная причина, – вмешался Соломон, сложив руки на груди
со все еще направленным дулом с глушителем.
– Хм, не смотря на мое отвращение к тебе с первых же минут знакомства, временами ты
мне нравился! В глубине души. Иногда я ловил себя на мысли о том, что мы
действительно братья и можем быть друзьями. Мне нравилось затевать с тобой всякие
пакости, хулиганить и разыгрывать окружающих. Но моя прежняя жизнь мне нравилась
больше! Как-то я услышал разговор отца. Он говорил нотариусу, что болен. И после
смерти завещает свое состояние своим сыновьям! Сыновьям! Не мне, первенцу, наследнику, любимому сыну! А сыновьям, – он сделал глоток, и рука сильнее сжалась на
бокале. – Я столько лет рос с мыслью о том, что стану гордостью своего отца! Что весь
мир будет у моих ног! Что я приумножу его богатства, достигну большего! И тут… ты…
и мои мечты…
Он опустил бокал на подставку кресла.
– Мне на то время не нужны были деньги. Я хотел семью. В память о матери. Ради
будущего Лилы.
– Я знаю. Но Лето, согласись, ты бы принял эти деньги, тем более для светлого будущего
сестренки!? – он подался вперед, опираясь на колени.
Соло не ответил. Они оба знают ответ. И я его знаю…
– У меня не оставалось выбора. Признаюсь, иногда воспоминания о наших затеях
вызывают у меня ностальгию. Кажется, я даже скучал, пару раз…
Я посмотрела на Лето,–он не капли не удивлен. Все возможные сценарии
произошедшего, видимо были им продуманы уже давно.
– Что ты сказал отцу?
– Это было не трудно! Прежде чем вести тебя на гибель, я все продумал! Выведал у
охранника о том цехе. Он предупредил меня, что детям туда лучше не соваться, ибо при