Чтение онлайн

– Точно!
– согласился Бегемот.
– Глаза хитрые-хитрые...

– Чего?
– напрягся Чингачгук.

– Анекдот не помнишь, что ли, про то, как жена с любовником в постели лежат? Я к заначке... Так и есть - всю брагу выпили!

– Ох уж мне эта любовь!
– поморщился Кот.
– Вот где сидит!

Он показал рукой на горло, а Шмель ему дал ценный совет:

– В этом случае поможет сказка про любовь и мины.

– Как это?
– заинтересовался Василий, на всякий случай внимательно слушая, а вдруг - пригодится.

– Просто, - продолжил учитель.
– Пристаёт с любовью? Скажи ей, что ты во Вьетнаме на мину-лягушку уселся. Джон наступил, а ты просто сел, а когда вставал, то только и увидел, как мимо хари собственные причиндалы пролетели... Отголоски чужой войны...

Вернулась Барбариска и сталкеры гуськом потянулись к выходу и, как кому-то показалось - на свежий воздух. Позади остались огурцы, неприличные картинки и прочие баклажаны - нарисованные и настоящие. Вдоль дороги потянулись ангары, в которых разместились склады. От остального мира их отгораживал бледно-серый забор, со следами былой покраски. Исходя их этого, хозяева складов размещали вывески, рекламирующие их продукцию, прямо на крышах ангаров. Чем выше - тем лучше. Этому способствовали длинные деревянные шесты, на которых крепился рекламный плакат. Как правило, шесты ограничивались шестиметровой длиной. Некоторые владельцы были несогласны с ограничением и делали несущую конструкцию составной, но, до первого сильного ветра и так по-новой, в извечном круговороте бытия. В одном ангаре работали, видимо, остряки. На вывеске имелась надпись: "Склад 13", а рядом был нарисован весёлый цыплёнок. Под ним, оформитель написал крупными буквами: "Ваши яйца здесь".

– Категорически не согласен!
– возразил Бегемот.
– Я их уже съел, а те, что хранятся на складе - не мои.

– И мои на месте!
– подтвердил Кот.

– Надо сменить название на "Клиника пластической трансплантологии", - предложил Чингачгук.

– Ты там будешь, конечно же - главврачом?
– засмеялся Лис.

Выйдя на центральную улицу, сталкеры окунулись в местную толчею. Все куда-то торопились, суетились и смотрели только себе под ноги. Этому способствовали раздатчики всевозможных бумажек, от которых не стало продыха во всех городах. Это ещё одно поветрие, с которым власти бороться были не в состоянии. Играли музыканты, с детства воспитывающиеся вместе с медведями, мычали не менее талантливые певцы. Талант заключался в том, что при полном отсутствии голоса и музыкального слуха, они не стеснялись побираться на центральной улице города. Наглость - второе счастье... И тем не менее, даже у таких талантов находятся пьяные поклонники. Трезвые, видимо, трезво оценивают музыкантов. На эти высказывания, со стороны Ворона, Мастодонт позволил себе возразить:

– Это таланту важно, чтобы его слушатели имели музыкальный слух. В противном случае - кто оценит? А вот бездарю - наоборот. Он входит в эмоциональный контакт со своими слушателями, которые по уровню интеллекта, стоят с исполнителем на одной ступени. Соответственно, воспринимают действительность на одной волне...

Мастодонт устал и равнодушно махнул рукой, в гипотетическую сторону, где одни наяривали на музыкальных инструментах, которые видели второй раз в жизни, а другие их слушали, пуская пьяную слезу.

Направо, в ряде стеклянных витрин, промелькнула странная вывеска. Кто-то решил проявить эрудицию и назвал магазин "Колониальные товары", не совсем ясно представляя себе, что это такое.

– А что это за товары?
– изумилась Лариса, и не мудрено, так как владеть заморскими колониями, Россия закончила, аккуратно после Октябрьской революции.

Ворон улыбнулся и, хитро прищурившись, пояснил подруге характерные черты вещей, поступающих из далёких и, не очень, колоний:

– Шахматные фигуры, там, из хлебного мякиша - покрашенные табачным пеплом. Если они изготовлены из чёрного хлеба, то и красить не надо. Из белого - дороже. Батон, всё-таки... Ну, что ещё? Рукавицы, лифчики, несуразных размеров - от мечтателей, ну и так далее... Да - про лес, чуть не забыл: брёвна, тёс и доски, вместе с брусом...

– Да ну тебя, - вяло выговорила Лариса, уже устав напрягать мозговые извилины.

– Что такое?
– обнял её Ворон.
– Это правда, а то, что написано на магазине, от скудоумия. Я-то, тут, при чём?

– Это что, - зевнул Шмель.
– Вот, в одном месте дали название магазину - Нью-Йорк! Я понимаю, когда крепятся вывески, типа: "Эльдорадо", "Клондайк" - тут всё понятно. Символы супербогатого американского края, но, магазин "Нью-Йорк" в глухом селе Косорылово - это ни в какие ворота не лезет.

– Это, наверное, ответ на америкосовские штучки, - догадался Чингачгук.

– Почему ты так решил?
– спросил его Бегемот.

– Потому, - ответил Лейб.
– Представь себе, что стоит в пустыне три с половиной дома и это, считается не деревня, а город. Там и деревень-то нет. Называется это поселение просто: "Москва". И таких там несколько. Несколько Парижей и так далее, и тому подобное.

– Действительно - ущербные, - согласился Лис.

На зелёной делянке, какой-то грамотей поставил табличку, приколоченную к небольшому шесту. Надпись лаконично гласила: "Газон засиян", вероятно для того, чтобы на него не ступала нога человека. Ходить не ходили, но, пьяные падали - регулярно.

Крот посмотрел на этот шедевр и спросил сопровождающих его лиц:

– Почему на памятной табличке нет даты рождения. Дата смерти, так же, отсутствует и фамилия написана с маленькой буквы.

По пути попался магазин, на котором, красными буквами, с непонятно-загадочным намёком, красовалось название: "Умная игрушка". Снизу, чуть помельче, было написано: "Чип на 30000 слов в словаре игрушки, несколько сотен энциклопедий и прочая, прочая, прочая"...

– Знаю я такие игрушки, - засмеялся Жук.
– У меня знакомый есть, так он купил сыну подобную штучку. Сын остался не у дел, потому что его мать первая решила опробовать изделие на себе. Так сказать - ходовые испытания... Уж время за полночь, а полемика между женой знакомого и умной игрушкой не прекращалась. Наговорив игрушке всяких глупостей, с три короба, женщина обиделась и поджав губы, ушла спать.

Сталкеры порядком повеселились, представив себе эту картину. Они уже начали уставать от провинциальной непосредственности и стремились побыстрее выбраться отсюда подальше. Терминатор обратил внимание на маленькую студию, которая гордо именовалась: "Студия звукозаписи". Лектор критически оценил заведение, выдав собственную резолюцию:

– То ли в гараже, то ли в сарае...

Мастодонт спросил его, хитро улыбаясь:

– Что самое главное для человека за ударными инструментами, во время исполнения оркестром композиции в тесном помещении?

– ?

– Не перепутать литавры с головой первой скрипки.

– Да, прима будет недовольна, - согласился Диплодок.

– Тёмные вы люди, - вмешался Чингачгук.
– Эта одна из студий, где ты можешь записать песню, в собственном исполнении, на лазерный диск и подарить любимой маме на день рождения.

– Я и сам могу!
– возразил Фёдор, недоумённо пожав плечами.

– Это понятно, - согласился Лейб.
– Но! Тут, какие-никакие, а всё-таки, профессионалы. Пока ты сам всё смикшируешь - опупеешь! Согласен, раньше интересней было. Но, это опять касается, в первую очередь, только Америку или западные страны. Сам Элвис Пресли пришёл в такую студию, где намеревался записать на синюю и гибкую виниловую пластинку свой голос, чтобы преподнести её на память маме. Там его и повязали...

– Меня бы так поймали, - грустно вздохнул Кот.

Барбариска опять пристала к Ворону, напомнив остальным сталкерам лобзик или циркулярная пилу.

Шмель устало вздохнул и шепнул Лису на ухо:

– Что бы ты не сделал, тебя как пилили, так и впредь будут пилить. Органика, лишённая разума - ненасытна.

Наконец-то, центральная улица закончилась и товарищи, сразу же вышли на окраину городка. Вот так...

Как в кино, мелькали оздоровительные комплексы, которым не нашлось места на центральной улице. Грязевые ванны и солярий. Как сказал Бегемот: "Я бы прыгнул в ванну с коптильной жидкостью... Отмочился, обмочился и в солярий... Салон красоты существовал при комплексе, и в него, худо-бедно, всегда имелась очередь. Из открытого окна доносились обрывки разговора, происходившего на повышенных нотах. Кто-то кого-то успокаивал, а кое-кто и обвинял: "За что тебя увольнять? Ты же ничего плохого не делаешь!" "А она вообще ничего не делает! "Слушай, Зин - не успеваем. Сейчас ногти белой краской зафигачим и сделаем хотя бы пару ногтей. Синяя краска вот...