Чтение онлайн

Борт 1792 заходил со значительным превышением скорости, и запросил расчистить пространство для маневра. И хотя диспетчер точно знал, что время специально рассчитано так, чтобы поблизости не было других кораблей, все же проверил, чтобы рядом не оказался какой-нибудь буксир, тоже промышляющий контрабандой.

Дав разрешение, Матео на несколько минут увеличил дальность сканирования. Операторы должны были время от времени случайным образом проверять окружающее пространство на наличие метеоритов и кораблей, не числящихся в регистре Ллойда. Еще одно глупое правило, не имеющее никакого смысла. Зато сужение луча позволяло создать слепые зоны.

Борт 1792 включил маневровые двигатели, и выбросил вверх светящиеся лучи ионизированного вещества. Корабль снизился, от него отделился контейнер, и направился к Луне. Грузовик снова включил двигатели, и на этот раз устремился вверх.

Матео отследил контейнер вспомогательным радаром, стёр отчёт, и записал координаты.

Получив с корабля данные о маневрировании, он проверил, чтобы они не выглядели слишком подозрительно, и отправил в архив. Впрочем, можно было и не проверять. Других у него все равно нет. К тому же, как бы странно не выглядела траектория, капитан всегда может пожать плечами и сказать: «Так сложились течения».

Космические корабли, при всей своей технологичности, мало чем отличались от парусников прошлого. Они так же зависели от внешних условий, только ловили, скорее, не ветер, а течения.

Ричард Ном предполагал, что его гравитационные подшипники будут подвергаться постоянным улучшениям, и, в конце концов, станут настолько обыденными, что все забудут имя изобретателя. Но вышло все с точностью до наоборот. Двигатели кораблей имели лишь отдаленное отношение к работам Ричарда. Внутри огромной машины на доли секунды создавался гравитационный вектор, который взаимодействовал с массивным объектом, расположенным по направлению действия. Устройство получило название «двигатель Нома».

Математический аппарат был невероятно громоздким, и несмотря на все усилия компьютеров, немаловажную роль играла интуиция капитанов. Взаимное расположение Солнца и планет постоянно менялось, а с ними менялись и течения. Даже на лунной трассе, где тягу легко можно было рассчитать из-за близости спутника Земли, капитанам зачастую приходилось расходовать весь запас рабочего тела маневровых двигателей, чтобы погасить инерцию. Инженеры постоянно работали над улучшением двигателя Нома, стараясь создать корабль, который бы не нуждался в топливе. Но пока что посадить корабль с его помощью было все равно, что попасть бильярдным шаром в лузу, используя вместо кия отбойный молоток, и сидя верхом на лошади.

Больше до конца смены не происходило ничего интересного, и дождавшись сменщика, Матео облачился в скафандр, вышел на поверхность Луны и, взобравшись на готовый в любую минуту развалиться ровер, добрался до города.

Сразу же за дверями шлюза его поджидал человек Говарда Стика. Вообще-то, он не должен был знать кому передает информацию, но как бы ни кичилась лунная администрация самодостаточностью и размерами Монда, триста тысяч — не такое уж и большое население, чтобы человек долго мог сохранять инкогнито. На Луне нет секретов.

Матео сообщил координаты, и тут же его счет пополнился внушительной суммой. Как бы это ни было приятно, но это была палка о двух концах. Нужно быть дураком, чтобы отказываться от денег, и еще большим, чтобы попытаться их потратить. Банки, как это ни странно, соблюдали тайну вкладов, но базы данных корпораций отслеживали доходы и расходы своих сотрудников, и у них возникали вопросы, если эти суммы сильно отличались.

А значит, большая часть полученных денег уйдет на содержимое того самого контейнера.

***

Майкл с осуждением посмотрел на троицу хоппи, которые вырядились в белоснежные балахоны, и завидев его, воздели руки к небу, заорав дурными голосами: «Аллилуйя!». Он покачал головой, и прошел мимо, не обращая внимания на смех.

Тут же появился Алекс, и устроил шутникам разнос, после которого они заметно присмирели.

Майкл направился к поляне, забрался на наспех сколоченную сцену и встал за кафедру. Его новообретенная паства расположилась напротив, облюбовав скамейки, специально принесенные стулья и даже урны.

Когда они обсуждали план, Майкл выразил сомнение: а достаточно ли придёт людей?

Алекс только рассмеялся:

— Ну, голов триста, ваше преподобие, мы сможем гарантировать.

И как бы Алекс не пытался показать, что это только игра, от Майкла не ускользнуло, что впервые он обратился в соответствии с титулом.

Священник окинул взглядом слушателей, и пришел к выводу, что включая журналистов, рассерженных приставов, и просто любопытствующих, на поляне собралось не менее семи сотен человек.

— Друзья, — начал он. — Я рад, что вы нашли время посетить нашу службу. Я искренне приветствую верующих, сочувствующих, а также тех, кто пришел из любопытства. Наши двери открыты для всех.

Майкл сделал небольшую паузу, потом обвел рукой парк, и продолжил:

— Точнее, как вы видите, у нас вообще нет дверей.

В толпе раздался смех и редкие аплодисменты.

— Перед тем как начать, я хотел бы задать вопрос: что привело вас сюда?

Как Майкл не бился, у него не получалось написать речь. Поначалу Алекс злился.

— Какого рожна мы все это затеяли, если ты и двух слов связать не можешь? Что ты в церкви делаешь? Читаешь по слогам «Житие Брайана»?

— Ты, наверное, имеешь ввиду «Мою судьбу» Скотта? — пастор был сама невозмутимость. — Нет. Я полагаюсь на Господа, и верные слова мне сами приходят на ум.

Алекс покачал головой.

— Ты не священник, а прямо комик какой-то. «Здравствуйте. Сегодня прекрасный день, у вас ширинка расстегнута, а вы, мадам, как Солнце. Но не потому, что светитесь, просто такая же огромная». Ты как-то так выступать планируешь?

Майкл улыбнулся и промолчал, всем своим видом выражая смирение.

Алекс задумался. Священник, читающий проповедь экспромтом — в этом определенно что-то есть. В конце концов, раньше же Майкл как-то справлялся. Алекс пришел к выводу, что и в этот раз стоит положиться на его способности. Разумеется, не лишним будет подстраховаться.

Они вместе придумали вопросы, которые могут задать прихожане, и блестящие ответы на них.

— Так будет даже лучше, — повеселев, сказал Алекс. — Прямо новый формат.