Чтение онлайн

Стоя в пробке, Нара с тоской вспоминала Землю, где улицы городов давно освободились от транспорта. Не было пробок и шума, а машины парили высоко над домами. На Луне же едва насчитывалось более полудюжины аэромобилей, да и те лунная администрация использовала едва ли чаще чем пару раз в год.

Под открытым небом мощные потоки воздуха, извергаемые из сопел чтобы удерживать машину, не представляли никакой проблемы. В замкнутой системе Монда выхлоп аэромобилей циркулировал бы внутри города порождая ветра, и давая дополнительную нагрузку на элементы конструкции. К тому же, возможное столкновение со стеной или крышей грозило утечкой. Разумеется, одна или две аварии не стали бы большой проблемой: по нормам пробоина размером с автомобиль должна быть ликвидирована в течении максимум четырех минут вездесущими ремонтными роботами. Они бросались к месту аварии, затягивали отверстие сверхпрочной пленкой, и бережно сматывали ее когда пробоину заделывали. Кроме того, за семь минут над каждым кварталом можно было развернуть временный купол, который дал бы людям спокойно добраться до подземных убежищ.

Но все это не значило, что селениты когда либо допустят, чтобы над городом летали машины.

Пробка тянулась медленно через серые, похожие друг на друга кластеры. Зелёный квадрат был очень дорогим местом, и проживание в нем ощутимо отражалось на выплатах по кредиту. Но глядя на унылые кварталы, Нара была согласна подождать лишний год, пока все три корабля окончательно перейдут в ее собственность. Она бы, наверное, просто сошла с ума, если бы пришлось жить в месте, похожем на то, что было за окном. Жилые дома располагались по окружности кластера, а все, что определяло его жизнь было внутри. Больницы, магазины, места для прогулок — были сердцем этой ячейки. Если обитателю такой соты повезло, то внутри будет и рабочая зона или офисы. Если же нет — то место работы будет расположено на окраине, а то и за пределами города.

Машина вырвалась из затора, и понеслась с максимальной скоростью, наверстывая потерянное время. Пейзаж за окном оставался таким же унылым, пока она не проскочила гермоворота, тянущиеся до самого потолка. Они были словно границей между утилитарной практичностью и почти земной роскошью.

Автомобиль проехал мимо водопада, спроектированного с учетом лунного тяготения таким образом, чтобы вода разрывалась на отдельные капли, и те словно в замедленной съемке падали вниз, постепенно меняя цвет от бирюзового до голубого благодаря умело замаскированной подсветке.

Дом Нары был небольшим, но все же, в нем было две спальни. Она бы обошлась и одной комнатой, но и этот дом в «зелёном квадрате» считался на грани приличия. Меньше была только собачья конура.

Едва она переступила порог, как в глаза бросился шикарный букет.

— Я каждый день покупал по розе, ибо только они могут сравниться с тобой. И мне было не так одиноко, когда дом наполнялся красотой. Но им далеко до самой красивой девушки на Луне и в Солнечной системе, — Говард подошёл и поцеловал Нару.

— Здесь не менее трёх дюжин, а меня не было всего пять дней, — улыбнулась девушка.

— Да? — удивился Говард. — Наверное, я очень сильно скучал.

Нара рассмеялась.

— Льстец!

— Вот, клянусь, ни слова неправды! — Говард поднял правую руку.

— Льстец и подлиза. Но продолжай в том же духе.

— Я очень соскучился, и если бы ты задержалась еще хоть на день, бросил бы все, и полетел тебе навстречу!

Несмотря на дурашливый тон, Нара знала, что Говард вполне на это способен. Когда у нее горел контракт, и нужно было срочно переоборудовать корабль, Говард снял половину своих роботов со срочного заказа «Вармера», чтобы успеть в срок. Был большой скандал, и пришлось заплатить крупную неустойку, но его беспокоило лишь то, что не хватило времени поставить запасные крепления.

Они чудесно провели вечер, и Нара едва не забыла поздравить Ольгу с днём рождения.

В который раз она уже порывалась спросить о марсианских кораблях, и каждый раз себя одергивала. Нара помнила, как уверенно борт заходил на посадку, не используя маневровые двигатели.

Разумеется, она просмотрела всю доступную информацию, но кроме насмешек над марсианами, которые экономят на всем, ничего здесь не было. Бытовало мнение, что китайские пилоты невероятно виртуозны потому, что качество кораблей настолько низкое, что это просто вопрос выживания.

Нара поняла, что земляне просто не хотят признавать, что марсианские корабли лучше. Она подозревала, что Китай совершил прорыв в системах управления, и просто жаждала заполучить ее для своих кораблей. Но ни одна компания не признавалась что имеет эту технологию, и девушка сделала вывод, что, скорее всего, она все еще проходит испытания. А значит, добыть ее можно только на Марсе или Фобосе.

Может быть, Ольга и смогла бы помочь, но Нара боялась накликать на нее гнев Чжоу. Да и что могла понимать бабушка Оля в корабельных системах управления?

***

Майкл интуитивно понимал, что людям, с каждым разом, нужно все больше и больше. Его проповеди о святости труда поначалу воспринимались с большим энтузиазмом, но со временем он сходил на нет. Получив объяснение, что на их долю выпал тяжкий труд, который дает и более значимую отдачу, рабочие, впервые за долгие годы, стали выполнять свои обязанности с гордостью. «Кохито» настолько впечатлили результаты, что они решили увеличить финансирование церкви Небесных сфер. Но новизна ощущений быстро прошла, и рабочие снова стали замечать, что оборудование требует постоянного ремонта, а воздух в цехах очищается ровно настолько, чтобы не вызвать удушья.

Майкл сравнивал их с первопроходцами, говорил, что они продолжают традиции научной станции, каковой вначале и был Монд, говорил, что они останутся в памяти будущих поколений. Это давало свои результаты, но с первоначальным подъемом они не шли ни в какое сравнение.

А Майкл терял веру в себя.

Католическая или протестантская церковь для него была пустым звуком. Они казались оторванными от жизни, а их мудрость, взятая из книги двухтысячелетней давности, устаревшей. Религиозные убеждения «Сынов Тора», по его мнению, были более честными. Но классическая церковь имела неоспоримое преимущество: она готовила квалифицированные кадры. А немногочисленные священники «Сынов Тора», и отделившийся от них Майкл, были самоучками. Им приходилось все постигать самим. Взять ту же «Судьбу» Скотта. Сколько раз она редактировалась, и все равно, чуть ли не каждый год поднимаются вопросы, требующие уточнения, а то и нового переиздания. Одними благими намерениями всего не исправить. И к его досаде, местные совершенно не воспринимали книгу Скотта, даже в тех небольших дозах, что Майкл пытался им прививать. Приходилось каждый раз обращаться к авторитету Библии, а потом уже плавно переходить к историям, которые вдохновляли бы присутствующих.

— На вас, на мне, на всех нас лежит огромная ответственность — говорил Майкл. — Что, если мы единственные разумные существа во Вселенной? Что если, мы единственные, кто может в ней оставить след?

Каждый раз ему приходилось подогревать градус проповеди, обращаясь ко все более глобальным вещам. И это находило отклик в сердцах рабочих. Майкл выгодно отличался от других священников. По крайней мере, тех что были на Луне. Они мямлили о страшном суде, вечной жизни и делали это настолько нудно, что только самые упертые фанаты веры ходили на их проповеди.

Монд был настолько унылым местом, что людям только и оставалось, что надеяться на чудо, которое изменит их жизнь. С маниакальным упорством они цеплялись за ритуалы, и считали необходимым посещать церковь.

Майкл же делал эту обязанность не такой скучной. Его истории развлекали прихожан, и давали какую-то надежду, ощущение сопричастности к чему-то великому. Может быть, он действовал не по канонам, но со своей задачей справлялся: делал менее невыносимой тягость бытия. И его церковь всегда была полна.