Чтение онлайн

— А что еще она делает? — тихо спросила я, надеясь, что откровение мужчины продлится еще хоть чуть-чуть.

— Она пытается изгнать нас всеми доступными способами, — сказал он снисходительным тоном, почти по слогам, насмешливо покачивая головой и недоумевая, как и зачем я попала на его землю. Отвернувшись, он направился к лесу и начал выламывать себе новый шест. Я последовала за ним, шаг в шаг, судорожно пытаясь подобрать слова, чтобы попросить его совета.

— Не могли бы вы подсказать, как я могу попасть в город? — Мой тон был приторно-вежливым.

— В город? — рассмеялся он. — За покупками? На распродажи, небось?

— Мне нужно попасть туда, где живут люди, — сдержанно пояснила я.

— Те люди, которые только что попытались тебя утопить?

Я покосилась в сторону лодок. Если бы мужчина ушел, я бы украла одну из них и как-нибудь добралась до острова.

Мужчина проследил за направлением моего взгляда. — Ничего не выйдет. Я здесь не один. Дотронешься до лодок — умрешь на месте.

— А если я пойду в город?

— Никакого города здесь нет. Куда бы ты ни пошла, все равно умрешь. Здесь выживают только те, кто умеет это делать.

— Помогите мне, — прошептала я, дрожа от самого что ни на есть животного страха. — Я заплачу вам за лодку! Я отдам вам все, что у меня есть — драгоценности, черное золото…

— Да пошла ты! — Он отбросил шест в сторону и широкими шагами направился обратно к каменной границе.

Что мне оставалось делать? Я и пошла. Только вот проникнуть в лес оказалось невозможным. Сосны срослись друг с другом, засыпая песок корявыми ветвями. Протиснувшись между двумя деревьями, я тут же выскочила обратно: сотни ветвей смыкались над головой, и под ними я видела только тьму. Я побрела вдоль берега, разглядывая следы на песке, чтобы определить, в каком направлении ушли кавидовцы, пока не заметила узкую тропу, выжженную посреди леса. По обеим ее сторонам чернели обугленные сосновые стволы, смердящие удушливой гарью.

Бросив прощальный взгляд на море, я решительно свернула на дорогу, ругаясь в такт своим шагам. Это какой же наглостью надо обладать, чтобы решить, что я смогу о чем-то договориться с мертвой землей? О чем я думала? Скорее всего, ни о чем. Мне так надоела моя бесполезность, что я готова была пойти на любой риск, только бы вырваться с острова. Вот и вырвалась! "Королева живой земли!" "Найду способ договориться с Кавидией!" Вместо этого я погибну, причем самым наиглупейшим способом. Либо навсегда потеряюсь в лесу, либо меня растерзают те же гостеприимные люди, которые уже попытались меня утопить. Может, лучше сразу броситься в зыбучий песок?

Как будто в подтверждение моих слов, передо мной появились трое угрюмых мужчин. Я настолько самозабвенно ругалась с собой, что не заметила их приближения и чуть не ткнулась одному из них прямо в грудь. Замечательно. Надо было прыгать в зыбучий песок, пока была возможность. Я протянула к ним руки вверх ладонями, чтобы показать, что не вооружена. По крайней мере, я решила, что это хоть как-то их успокоит, но они смотрели на мои руки с недоумением.

— Кто вы и куда направляетесь? — спросил старший, в бороде которого застряли щепки и сосновые иглы. В прошлом белая, а теперь грязно-серая рубаха была подвязана вокруг пояса ободранной веревкой. С левой стороны с нее свисал длинный нож.

Я призвала все свои оставшиеся силы, чтобы ответить твердым, уверенным голосом.

— Меня зовут Вивиан, и я направляюсь к вашему королю. — Я не имела ни малейшего представления, есть ли у них король, но кроме блефа у меня ничего не оставалось.

Переглянувшись, они гулко рассмеялись. Понятно, значит, короля у них нет. А жаль. Полагаю, что мои выступления по поводу дипломатической неприкосновенности их не заинтересуют. Старший достал из кармана веревку, набросил петлю на мои послушно подставленные кисти и потащил за собой.

— К королю ей захотелось! Пойдем, принцесса! — захохотал он. — Мы устроим тебе королевский прием.

Тропа свернула в лес, и мужчины продолжали волочить меня за собой. Ветви нещадно хлестали меня по лицу, я падала, ударялась о стволы и ветви, вскрикивала от боли, потом с трудом снова карабкалась на ноги и спешила вперед. Пару раз я попыталась заговорить с мужчинами, но, в ответ, старший только сильнее дергал за веревку.

Я никогда не видела такого заросшего и при этом безлиственного леса. Вся земля была покрыта выступающими корнями, корягами, а голые ветви пересекались друг с другом в немой борьбе за солнечный свет, которого не было и в помине. На Лиивите все леса скорее напоминали красочные сады, а этот кошмар казался плодом свихнувшегося воображения. Время от времени на нашем пути попадались овраги, и старший сталкивал меня вниз, под гогот своих сотоварищей. Потом он без видимых усилий выдергивал меня из ямы, выворачивая руки и надсмехаясь над моей болью.

— Ноготок сломала, моя принцесса?

Я молча выносила их издевательства и не жаловалась, надеясь, что вскоре они потеряют интерес. Все тело горело от царапин и синяков, я хромала, а в голове гудело осознание того, что во всем этом виновата только я сама.

Лес закончился так же внезапно, как и начался, и передо мной предстала воистину удручающая картина: неровная земля, окруженная сгоревшими скелетами деревьев, на которой повсюду были натыканы кособокие деревянные дома.

— Поправьте корону, принцесса! Сейчас мы отведем вас к королю, — снова захохотал старший и потащил меня за собой мимо полуразвалившихся домов, из которых выглядывали любопытные лица. Меня подвели к покосившемуся сараю, рядом с которым в земле зияла огромная черная воронка. Я попыталась посмотреть вниз, но мужчина пнул меня коленом в спину, и, ударившись о жалобно скрипнувшую дверь, я влетела в сарай и упала на сухую землю. Привязав веревку к крюку, он запер дверь на щеколду и ушел.

Честно говоря, мне нужно было всего лишь хорошенько дернуть руками, и я была бы свободна. Покосившийся сарай не выдержал бы моего напора. Земля под ним осела настолько, что он практически зависал над ней, опираясь на несколько сухих корней, выпирающих из земли. Но куда я могла пойти? "Что ж, я хотела побольше узнать о мертвой земле, так вот теперь и узнаю", — злобно сказала я себе. Бугристая, серая земля подо мной была мертвенно холодной, несмотря на летнюю жару.

— Чем же тебя так обидели? — Я погладила землю связанными руками и прилегла, вспоминая фиолетовое тепло Лиивиты. Как договориться с мертвой землей? Как пробраться в сердце, в которое тебя не приглашают? По моим венам текла кровь друатов, но я не знала, как найти даже самые простые слова. Я была единственной из всех монархов, кто не смог найти подход к Лиивите. Пустышка, бездарность, неблагодарная беглянка. Дрожа от страха, я представляла себе пытки и насилие, которые ожидали меня на Кавидии, и это ожидание мучало меня больше, чем жесткий холод моего заточения.

Я провела в сарае целые сутки, не переставая разговаривать с землей. Бесполезно, настойчиво подлизывалась к ней и давала лживые обещания. Иногда я вставала, в гневе пинала ногами дверь, требовала отпустить меня на волю. Иногда я плакала, умоляя кавидовцев сжалиться надо мной. Большую часть времени я сидела, прислонившись к косой стене, царапая сухую землю ногтями, и вспоминала прошлое. Я прощалась с отцом, с ирриори, со слугами. Я вспоминала Рида, мысленно перечитывала его письма. Я запретила себе думать о Трое, так как от этих мыслей меня сковывала такая горечь, что мне хотелось реветь в голос. Нет ничего хуже, чем глупая смерть. Постыдная, глупая смерть.

Резкая тянущая боль в запястьях. Рев в ушах. Удар ногой под ребра. Еще один.

— Пошла! Пошла, я сказал!

Попыталась вскарабкаться на четвереньки, но кто-то снова рванул меня за руки, и я плюхнулась на живот.

— На ноги!

Горячая слюна и тяжелое дыхание у щеки. Спотыкаюсь о порог, бегу, натыкаюсь на твердое тело. Кромешная тьма. Ослепляющий свет. Снова кромешная тьма.

— Под ноги смотри!

Кто-то берет меня за грудки, трясет, бросает на землю и хватает за затылок. Следующая вспышка ослепляющего света, и мужчина кричит: "Смотри!", и я вижу прямо перед собой зияющую дыру.