Безумие
Шрифт:
– Ну уж нет, я добуду себе это чудовище! – воскликнула она горячо и едва ли не бегом кинулась к палатке. Йен даже не успел и слова ей сказать.
Кинув продавцу купюру, девушка решительно схватило ружье, привязанное веревкой к стенду. Мужчина тут же предупредил, чтобы она была осторожна, потому что даже этими пульками можно ранить человека. Йен к тому моменту уже подошел к ларьку и вальяжно развалился на стойке, с усмешкой наблюдая, как тщательно прицеливается Уилсон, прищурив глаза. В какой-то момент оружие в ее руках перестало трястись, девушка уверенно выпрямилась. В очередной раз прищурившись, Джинджер вдруг внезапно повернулась к несколько удивленному Томсону и выстрелила в него без предупреждения.
Вокруг повисла тишина, которую нарушил испуганный женский крик.
***
– Девять!
Мужчина с подбитым глазом что-то гневно проворчал и сгреб две игральных кости со скамейки. Джин, лучезарно улыбаясь, полностью довольная своей победой, сидела рядом, закинув ногу на ногу. Она просидела за решеткой в местном отделении полиции уже три часа, за которые успела не, что познакомиться со всеми четырьмя заключенными, но и обыграть каждого из них.
Терпение мужчин было уже на исходе, и те были готовы чуть ли не избить наглую девицу, когда к камере подошел тучный и хмурый участковый. Отмыкая замок, он скользнул по охотнице взглядом и проворчал:
– Джинджер Уилсон, на выход!
Та, удивленно вскинув брови, вышла наружу, и за ней тут же захлопнулась дверь. Заключенные облегченно вздохнули, и, если бы девушку не потолкали к выходу, та бы еще успела и наговорить много лишнего несчастным людям, но, к счастью, этого не случилось.
Уилсон вывели в приемное отделение, где ее ждал напарник. Йен хмуро осматривался по сторонам не с самой радостной физиономией, что не мудрено, учитывая то, что его напарница недавно прострелила ему плечо на глазах у кучи народу.
– За Вас внесли выкуп, - пробубнил полицейский под нос, отходя от девушки. – Радуйтесь, что он достаточно тупой, чтобы не подавать на вас заявление, - кивнул он в сторону Йена.
Джин сдержала все свои ядовитые комментарии по поводу разумности Томсона, опасаясь, что тот еще может передумать, а до камеры-то недалеко. Она подошла к юноше, который посмотрел на нее весьма странным взглядом.
– Ты все эти три часа размышлял над тем, стоит ли меня освобождать? – поинтересовалась Джин, надевая на себя куртку. Ни капли вины не было в ее голосе.
– Нет, - хмыкнул Томсон. – Меня все эти три часа «лечил» какой-то гений, - скривился он.
– То есть, ты не думаешь, что я действительно тебя захотела убить? – вскинула девушка брови.
– Тогда бы ты не выбрала самое неудачное оружие, - ядовито усмехнулся Томсон. – Стреляешь ты и вправду дерьмово.
– Так! Я бы попросила тут… - возмутилась Джин и быстро пошагала вперед.
Йен пошел следом за девушкой, мстительно и довольно улыбаясь своей маленькой победой. Теперь-то он знает слабое место этой женщины.
Выйдя из участка, напарники прошли совсем немного до менее населенного района. Там они, закупившись банками пива, осели на высоком бордюре. Пока Йен вскрывал свою банку, Джин надела свои перчатки без пальцев и замотала вязанный шарф вокруг шеи, - в городе скоро наступала зима.
– Ладно, давай рассказывай, что это было, - сказал Томсон, протягивая девушке банку пива.
– Честно? Я сама в шоке, - искренне ответила она.
Напарник посмотрел на нее скептично, но по взгляду быстро определил, что внутри охотницы сейчас все бурлит и вскипает от злости. Это даже несколько поразило Йена, потому что внешне Джин была спокойнее удава.
– Как ты понял… - после некоторого раздумья сказала Джин. – Не я сама управляла своим телом. Но. Все бы ничего, но это желание даже не становилось моим собственным. Просто мое тело подчинилось импульсу… - левая бровь девушки изогнулась в невиданном угле, - чужому импульсу.
Йен замер, приглядываясь к охотнице, которая была готова сгореть от ярости, но еще сдерживала в себе это негативное чувство, почти не выдавая свое негодование ничем.
– То есть, тобой кто-то управлял? – уточнил он на всякий случай.
– Ага. Какая-то мразь, - кивнула со зловещей улыбкой его напарница.
Охотники замолчали, размышляя над тем, в какую не заманчивую ситуацию может все это вылиться в недалеком будущем. Расклад был не радужным, как не взгляни.
Ветер, обыкновенно и без того весьма холодный, в эти мгновения совершенно остервенел и морозил кожу лица с небывалой силой. Скрипели, словно древние старики, обнаженные, тонкостволые деревья, прогибаясь под натиском непогоды. Небо было обыкновенное, мрачно-хмурое. Напарники получше закутались в свои куртки, стараясь сохранить остатки тепла.
От утреннего праздника души, с его красивой мелодией души и яркими красками, остались лишь догнивать жалкие ошметки под натиском измороси реальности.
– Знаешь, если я вдруг начну делать что-то… - Джин запнулась, помрачнев лицом, - в общем, сделай, что нужно.
Йен ответил не сразу, но когда все-таки заговорил, тон его был не мрачным или грустным, а, кажется, даже несколько веселым:
– Пожалуйста, если все-таки взбредет что-то, то лучше стреляй.
– Томсон, тварь! – возмущённо вскрикнула девушка, не сдержав при этом улыбки. – Я целилась в руку!
– Ага, давай, расскажи мне тут, как ты целилась, - усмехнулся парень, - я видел, как ты смотрела мне в лоб.
Джин вскочила на ноги, бросив в Йена взгляд, полный негодования. В пылу своего возмущения, она смяла пустую банку из-под пива руками, швырнув ту в корзину. Она промахнулась. Йен хохотнул в кулак, тщетно пытаясь выдать это за кашель.
– Ты мне теперь это всю жизнь будешь вспоминать?!
– А ты как думала? – искренне удивился Йен, поднимаясь следом. – Как я могу упустить такой шанс?
– Дурень! – воскликнула она, резко отворачиваясь, чтобы не раскрыть своего стыдливого румянца на лице. – Вот возьму и научусь стрелять!
– О нет, - натурально ужаснулся юноша. – Только не это.
Девушка, еще что-то бурча себе под нос, явно нецензурного содержания, пошла прочь. Охотник последовал за ней следом, уже не в силах сдержать смешков. Напарники шли в неизвестном направлении, просто бродили по городу. Мимолетная веселость быстро спала с парня, и теперь тот, тяжело размышляя над тем, что все-таки начинает происходить с ними, поглядывал на Джин, надеясь в ее лице разглядеть привычную спокойную сосредоточенность. Обыкновенно, что бы ни происходило, Джин на удивление всегда была готова к любому повороту и всегда знала, как справиться с новой напастью, словно делала это уже не раз. Но сегодня, сейчас, она шла вперед быстро, ежась от пробирающего до костей ветра, а в ее синих глазах плескалось сильное беспокойство: она едва ли сама представляла, что именно происходит.