Безумная вишня
Шрифт:
Уго подобрался намного ближе всех остальных, а всё из-за своей опеки, и из-за умения замечать то, на что никто бы никогда и не обратил внимания. Это, опять же, сыграло не в мою пользу.
Витале также достаточно увидел, чтобы сделать свои какие-то домыслы, хоть он о них мне и не говорит. Но и от его молчания не становится легче.
– Уилл, можешь отнести эти коробки девочкам в дизайнерский кабинет? Я пока займусь следующей партией. Нужно побыстрее разобраться с этими тканями, чтобы мы могли начать пошив.
– Конечно, всё сделаю.
Я бросила короткий взгляд на Флэтча, который приехал обеспечивать мне безопасность. Я более чем уверена, что его прислал кто-то из братьев, - ведь, до этого, в ателье и магазин я ездила одна, - и что-то мне подсказывает, что скорее всего, это был Уго.
Мне удалось сереть весь тот записанный день с компьютера и диска, и, наверное, это должно было принести мне какое-то облегчение, но что-то я не сильно его ощущала. Было бы также просто стереть свою память… Я бы хотела избавиться от этих мучительных мыслей, которые не покидают мою голову.
Перед глазами так и всплывало лицо Руджеро, как бы я не старалась себя чем-то занять или отвлечь. Воспоминания о нём и нашем поцелуе никак не хотели уходить из головы.
Лучше бы я также хорошо запоминала названия тканей и имена поставщиков, чтобы не чувствовать себя неловко, когда, в очередной раз, пытаюсь вспомнить имена этих троих парней, привозивших нам ткани вот уже два года.
Видимо, я памятью не лучше знаменитой памяти Руджеро…
Боже, даже здесь мой мозг провёл аналогию с этим мерзавцем, который без спроса проник в мою голову и жизнь!
И проник он точно не в том контексте, в каком он являлся к моим братьям.
– Мисс Карбоне, давайте я открою.
Флэтч оказался передо мной неожиданно, что я чуть не вздрогнула. Видимо, задумавшись, я не услышала, как он подошел ко мне.
Я протянула ему канцелярский нож, отойдя от запакованной коробки на шаг. Флэтч же быстро расправился с ней, и я приступила к расфасовке тканей.
Если быть еще более откровенной, то из головы также не выходила фраза, которую Руджеро сказал мне за несколько минут до моего отъезда из казино. И не понимала, что больше меня беспокоило в его словах: то ли то, что у Уго, возможно, кто-то появился, - и об этом знал Руджеро, а возможно и кто-то ещё из его семьи, но не знали мы, - то ли то, что он заявил, что не даст кому-то причинить мне боль. И второе меня немного пугало.
Думаю, это как-то связано с тем, какой Руджеро Аллегро на самом деле человек. Он, сколько я его знала, всегда был психопатом и жестоким безумцем в глазах моей семьи, наших людей, и за нашими пределами. Он прославился своей невероятной жестокостью и «любовью» к убийствам, - никто никогда не наслаждался этим с таким энтузиазмом, как Руджеро. Он был самым непредсказуемым из всех братьев. Руджеро мог убить человека лишь за неверный взгляд, в любой момент, и на его лице даже мускул бы не дернулся. Он любил зверски кромсать своих жертв, и я точно уверена, что не хотела юы когда-то стать этой жертвой в его руках.
Но точно ли это из-за жестокости? Почему же моё тело так и продолжает реагировать на его присутствие, чего-то желая? Может, дело в том, что он был под запретом, и мой мозг прекрасно осознавал, что нам никогда не быть вместе? Так дело в азарте? В запретном плоде? Моему телу захотелось острых ощущений, живя в, итак жестоком, мире мафии?
Резкая боль в руке заставила меня вынырнуть из глубин мыслей, возвращая в реальность. По ней бежала струйка крови.
И как я только смогла порезаться?
Флэтч мигом оказался рядом:
– Я принесу аптечку.
– сказал он своим низким голосом, и вышел из комнаты до того, как я успела запротестовать.
Флэтч вернулся с бинтом и перекисью.
– Протяните, пожалуйста, руку.
– он начал обрабатывать рану.
– Она не глубокая, можно было не перебинтовывать.
– с мягкой улыбкой произнесла я.
– Так будет лучше, чтобы вы не могли занести какую-то инфекцию.
Я кивнула:
– Спасибо.
***
– Что случилось?
Этот вопрос мне уже изрядно надоел, но я была слишком задумчива, когда забыла о такой детали, как появившийся бинт на моей руке, являющийся красным флагом для братьев, которые ни за что не упустили бы его из виду.
– Ничего страшного. Просто порезалась в ателье.
– отмахнулась я, присаживаясь за стол.
Недоверчивый взгляд Уго мгновенно выстрелил мне промеж глаз.
– Если не верите, можете спросить Флэтча. Он своими глазами видел, как я порезалась, и это он забинтовал мне руку.
– ответила я, глядя на Уго.
– Спросим.
– вместо него ответил Риккардо.
– Я также хотел поговорить и с тобой, Инес.
Что-то внутри меня напряглось от тона старшего брата.
– Буду честен, я уже давно думаю над этим, но не решался об этом заговорить или что-то предпринять по этому поводу.
Никто не притрагивался к еде, внимательно слушая Риккардо. И пока все находились в напряжении от интриги, то Энрике же был напряжен по другой причине, - он уже знал, о чем говорил Риккардо, и судя по его выражению лица, ему это не нравилось.
– Но поскольку я не могу идти против созданных правил, я обязан поднять эту тему. К тому же, традиционалисты уже всю плешь мне съели.
– он нервно провел рукой по своим темным волосам.
Традиционалисты!? Не хочет ли он сказать, что я…
– Ты выйдешь замуж, Инес.
И в моём горле пересохло, а ладошки вспотели.
– Ты моя единственная сестра, и я не могу позволить, чтобы твоим мужем стал какой-то простой солдат или тот, кто не сможет должным образом позаботиться о твоей безопасности. Я должен всецело доверять этому человеку, поэтому… - он втянул побольше воздуха.
– Ты выйдешь замуж за Гоцона Мителло, Капо Мафорда.
И кажется, только что земля ушла из-под моих ног.
***
13 июня 2020 года.
Прошло три недели, как я узнала о своём неизменном будущем, и даже Риккардо больше никак не мог повлиять на эту ситуацию, да и я бы не посмела его об этом просить, - брат итак выгораживал для меня свободу все четыре года, после моего совершеннолетия, и я благодарна ему за это.
Все эти дни пролетели, как в тумане. Я не помнила даже, как поговорила об этом с Алексой, чтобы предупредить о своём отъезде на неопределенное время. Мне оно точно понадобится, чтобы решить вопрос, как продолжать работу своего бизнеса, будучи в другом районе Кенфорда, под защитой чужого Капо. Если я переберусь под власть Гоцона, то Риккардо никак и ни на что не сможет повлиять, даже будучи в статусе Капо Сант-Хилла, и вопрос со своим магазином мне нужно будет решать напрямую с будущим мужем, но никак не со старшим братом. А вот позволит мне это Мителло - неизвестно.