Чтение онлайн

Ратмир молча кивнул. Для него это было непростое решение — ехать к своим, по сути, с ультиматумом от их нового врага.

Через час Ратмир, в сопровождении небольшого отряда верных бойцов, уже скакал по дороге к замку Шуйских, увозя с собой связанного убийцу и судьбу нашего хрупкого, еще не родившегося, союза.

Замок Шуйских в эти дни напоминал растревоженный улей. Весть, принесенная Ратмиром, взорвалась там, как магическая бомба, вызвав хаос, смятение и раскол.

Представьте себе картину: огромный зал, затянутый черным крепом. Посередине — пустой трон покойного барона. А вокруг — кипящий котел из ярости, страха и амбиций. Доказательства, представленные Ратмиром, разделили Род на два непримиримых лагеря.

С одной стороны — «партия войны». В основном, это были старшие братья и дядья покойного. Консервативные, пузатые аристократы, которые привыкли решать все проблемы с помощью меча и громкого крика. Они, подогреваемые «советниками» Орловых, которые уже не скрывались, а открыто нашептывали им на ухо, ревели, как раненые медведи.

— Фальшивка! — орал один из них, тряся седой бородой. — Этот выскочка Рокотов, «Безумный Барон», убил нашего брата, а теперь пытается свалить все на Орловых! Он просто тянет время, чтобы укрепить свой замок! Немедленно в поход! Стереть его с лица земли!

Ему вторили другие: «Месть! Кровь за кровь! Не посрамим честь Рода!» В общем, полный набор лозунгов из методички «как начать войну и быстро в ней проиграть (особенно, если нападаешь не на истинного врага)».

С другой стороны была «партия разума». К ней, как я и ожидал, примкнула леди Вероника. Ее поддерживали более молодые и прагматичные члены Рода — кузены, младшие командиры, кто понимал в экономике и политике больше, чем в махании мечом. Они видели в моих доказательствах возможность одним ударом избавиться от давнего и опасного конкурента — Орловых.

— А вы не думали, дядюшка, — ледяным голосом парировала Вероника, обращаясь к главному «ястребу», — что Рокотову это было совершенно невыгодно? Он только что заключил с нами союз! Зачем ему убивать того, кто был его единственной надеждой? А вот Орловы давно точат на нас зуб. И этот «подарок» — идеальный способ столкнуть нас лбами с Рокотовым.

Ее аргументы были логичны. Правда, логика плохо работает, когда в головах у людей кипит ярость, подогреваемая умелыми провокаторами. Силы были примерно равны. Замок Шуйских оказался на грани гражданской войны.

Когда Ратмир все это рассказывал, было все предсказуемо до определенного момента.

На сцену вышла третья сила. Вернее, не сила, а фигура. Молодая наследница. Арина. Дочь покойного барона. Девушка лет восемнадцати, которую до этого момента никто всерьез не воспринимал. Тихая, скромная, всегда в тени своего могущественного отца. Зато теперь, после его смерти, она, по законам этого мира, становилась ключевой фигурой. Тот, кто женится на ней, получит контроль над всем Родом Шуйских.

И «партия разума», видя, что одними аргументами им не победить, сделала свой ход. Хитроумный, неожиданный и поставивший меня в крайне неудобное положение.

Ратмир вернулся от них с новым посланием. Не от всего Рода, а лично от леди Вероники и ее сторонников.

— Барон, — сказал он, когда мы остались наедине, вид у него был такой, будто он только что съел лимон. — Они верят вам. Но им нужна помощь, чтобы убедить остальных. Им нужен сильный союзник. Очень сильный.

— Я готов им помочь, — кивнул я (хотя я не такой уж и «сильный», но слух — да, ходят). — Мы можем ударить по Орловым вместе.

— Они предлагают другой способ, — Ратмир помолчал, подбирая слова. — Более… надежный. Они предлагают вам… э-э-э… заключить династический брак. С леди Ариной.

Я поперхнулся.

Что, простите? Жениться? На какой-то незнакомой девице? Сейчас? Когда у меня тут война на носу и таинственный Орден на хвосте?

— Они с ума сошли? — вырвалось у меня.

— Это политика, барон, — вздохнул Ратмир. — Если вы женитесь на наследнице, вы станете частью их Рода. Вы легитимизируете власть «партии разума». Вы объедините наши силы кровными узами. И тогда никто не посмеет ослушаться. Это будет самый мощный союз, который когда-либо видела эта округа. И самый быстрый способ заткнуть рты «ястребам».

Я потер виски. План, конечно, гениальный в своем цинизме. Но я не хотел жениться! Не так, не по расчету. Я не хотел ввязываться в эти их внутренние дрязги, становиться марионеткой в руках Вероники и ее сторонников.

С другой стороны, прямой отказ мог оттолкнуть от меня единственных потенциальных союзников. Они могли счесть это за оскорбление, за слабость. И тогда я точно останусь один на один с Орловыми и их «Хозяевами».

Это был классический цугцванг. Любой мой ход ухудшал мою позицию.

— Ратмир, — после долгого молчания я вздохнул. — Передай леди Веронике мой ответ. Я… польщен. И понимаю всю глубину и мудрость ее предложения. Но я не могу дать ответ сейчас, когда над нашими головами нависла угроза. Скажи ей, что сначала мы должны разобраться с нашим общим врагом. С Орловыми. Давайте сначала победим, а потом уже будем делить шкуру неубитого медведя и решать матримониальные вопросы. Пусть это будет моим условием. Сначала — совместная победа. Потом — разговоры о свадьбе.

Это была отсрочка, попытка выиграть время. Я надеялся, что Вероника поймет мой намек. Что я готов к союзу, но не готов становиться пешкой в их игре.

Теперь мяч был на их стороне. На самом деле у меня появилась идея получше, надо просто чуть затянуть переговоры и оттянуть время атаки на мои владения.

Глава 16

Тяжелые дубовые двери Большого зала в замке Орловых закрылись с глухим, окончательным стуком, отрезая суетливый мир снаружи. Внутри воцарилась напряженная, почти осязаемая тишина. За исполинским круглым столом из черного мореного дуба собрался весь цвет северных земель — бароны, чьи имена весили больше золота, а слова могли начать или остановить войну. Их лица были суровы, взгляды — настороженны. Воздух был холодным, пахнущим воском.

Хозяин замка, барон Степан Орлов, появился в зале последним. Он проследовал к своему месту с неспешным, выверенным достоинством. Высокий, подтянутый, с ухоженной седой бородой и пронзительными глазами под густыми бровями. На нем был простой, безукоризненно сшитый камзол из темного бархата, без лишних украшений. Вся его фигура излучала глубинную силу. Он обвел собравшихся долгим, внимательным взглядом, и под этим взглядом даже самые чванливые из баронов невольно выпрямили спины.

— Скорбный день собрал нас здесь, господа, — голос Орлова был негромким, обладал такой силой, что заполнил собой все пространство зала. — Мы потеряли одного из достойнейших. Барон Алексей Шуйский был столпом, на котором держался мир в наших землях. Его мудрость и опыт служили надежным щитом от хаоса. Теперь этого щита нет.