Чтение онлайн

– Он и хотел уйти к ней, – согласился Павел. – В общем-то, поэтому мы сегодня и встречались. В том числе. Но, Яна, ты действительно не понимаешь. Эта кража договора – она вообще никому не нужна. Он даже не подписан мной был, стало быть, никакой юридической силы не имел. Да и с точки зрения информации – ну не было там ничего такого. В общем-то, вся эта история – сплошной идиотизм. Ну, неприятность. Мелочь. Пакость просто. Инга уже все разрулила. Пойми, такие сделки так не срываются. Да и потом мы с Верой, конечно, не то, чтобы друзья. Всякое между нами бывало. Но я достаточно хорошо ее знаю. Так подло, мелко, а, главное, глупо, Ковальчук бы играть не стала. Она очень порядочная женщина.

– Ух ты, как ты ее лихо защищаешь, – я почувствовала укол ревности.

– Нет, Яна. Вера вряд ли могла это сделать. Да у нее и возможности не было…

– Как это не было? Ты сам ее в приемной одну оставил, когда стал бегать по коридору и искать меня, пока я в туалет отлучилась.

– Все равно. Слишком топорно для Веры. Никогда в это не поверю. Лучше скажи, кто потом к тебе заходил?

– Потом… ох, Паш, там столько народу было, я точно всех не вспомню. До обеда Петр Васильевич, зам твой, был в приемной, кофе попросил ему сделать. Перед тем, как на склад уехал. Тоже теоретически мог слямзить договоры, пока я с кофемашиной воевала. Потом я ушла в торговый центр, приемную закрыла на ключ.

– Договоры все еще лежали на столе?

– Да не помню я. Может, и лежали. А, может, и нет. Разве уследишь за всем?

– Что потом?

– Потом? Лидия мне мозг выносила. Типа, я долго обедала и вообще… А там ты вернулся. Ну и пошли все косяком. Богдан твой, ты сам его вызвал. Олеся тоже забегала поболтать. Дама эта, как ее, не помню, Серова, кажется, Ирина Борисовна, ее ты тоже вызывал. Потом главбухша долго у меня терлась, ждала тебя. Даже умудрилась поругаться с бабой из финансового отдела, не помню, как ее зовут. Чуть не подрались, ей-богу. Что-то про просроченные платежи, извини, я не вникала. Этот еще был, такой мужик суровый, на военного похож. Завьялов. Может, и еще кто-то…

– И что, каждый мог стащить папку с твоего стола? – поинтересовался Павел.

– Да бог их знает. Я же тоже на месте не сидела. Кофе тебе постоянно таскала и всем, кто к тебе приходил. Паш, я вообще, официантка или секретарша? Ладно, ладно, это я так…

– Да, пожалуй, ничего мы так не узнаем, – вздохнул Пашка.

– А еще эта, твоя Милана. Она тоже могла. Когда она от тебя вышла, я как раз ходила посуду мыть после всех твоих любителей офисного халявного кофе. Так что она какое-то время была там одна…

– Ну, это точно нет, – Павел снова поморщился, он вообще как-то слишком остро, на мой взгляд, реагировал на любое упоминание о своей бывшей. – Мила и юридические документы? Это даже больше, чем смешно. За все время, что мы были вместе, она так и не соизволила поинтересоваться, чем я тут занимаюсь. Для нее моя компания была чем-то вроде приложения ко мне, которое позволяет мне добывать деньги, чтобы удовлетворять ее потребности. Детали ей были откровенно скучны.

– Ну все равно это странное совпадение. Именно тогда, когда она появилась, начали пропадать документы…

– Да в том-то и дело, что нет. Просто, как бы тебе объяснить. В последнее время я уже даже стал привыкать к этому – идет какая-то череда мелких пакостей. Совершенно бессмысленных, словно ребенок шалит. Ну, не совсем ребенок, конечно. Какой-то мелкий вредитель, который действует без явной выгоды и цели. Просто старается нагадить. Ну не было никакого смысла воровать эти договоры. Даже думать глупо. Детский сад, честное слово. Так что Милана тут не при чем, я думаю.

– А кто при чем? Если не Вера и не Милана. Финдиректор? Твой зам? Главбухша? Богдан с Олесей?

– Без понятия, – вздохнул Пашка.

– А знаешь, мне это что-то напоминает, – вдруг хихикнула я. – Не так давно мы тоже сидели и перебирали кандидатов на роль преступника. Кстати, мы тогда так и не догадались. Так что, хреновые из нас следователи.

– А, может, мы все преувеличиваем? Вдруг те договоры просто случайно кто-то с собой прихватил. Вместе со своими документами…

– Паш, там такая папка была, толстенькая. Как ее можно случайно прихватить? Если бы просто одна бумажка, то могла бы подколоться к другим документам, наверное. Но не целая же папка.

– Ладно, бог с ней, с папкой. Главное, все обошлось. Ян, ты бы все-таки как-то повнимательнее, что ли… Я понимаю, тебе сложно. Новые люди, новая обстановка. И вообще, не устраивай в приемной место встречи для всех. Что они там у тебя толпятся скопом? Построже с ними. Дай им волю, они там и будут тусоваться, кофе пить. Кстати, кофе тоже всем не давай. На кухне есть еще одна кофемашина, для всех сотрудников. Вот Нина их в ежовых рукавицах держала.

– Кстати, что там с этой твоей Ниной? Не проявлялась?

– Тишина. Совершенно непонятно, куда она делась.

– И вообще, Паш, вы там секретаршу новую подыскиваете? Я так долго не выдержу у тебя. Я себе за два дня паранойю заработала. Бабы эти постоянно вокруг тебя вертятся, а я еще и кофе вам должна подносить. И делать вид, что между нами ничего нет.

– Ну, это ты сама так решила, – напомнил мне Павел. – Можно было не скрывать ничего.

– Угу, чтобы все относились ко мне, как к проститутке, которая через постель получила эту работу? И так уже наверняка слухи поползли, что мы вместе уезжаем.

– А тебе не все равно?

– Не знаю. Неприятно. Как в анекдоте – шеф спит с секретаршей. Мерзость какая-то.

– Ну, по большому счету, так и есть. Работу ты получила только потому, что мы с тобой вместе. Иначе я бы в жизни тебя не взял. Без опыта работы, – развеселился Павел.

– Вот уж счастье-то, эта работа твоя. Всю жизнь мечтала, – фыркнула я. – Это я согласилась на эту каторгу только из-за тебя. Ты не путай, пожалуйста.

– Ладно, не буду. Ну, что, пошли, может, уже домой?

– И все-таки, зачем она к тебе приходила, твоя бывшая? – задумчиво произнесла я, вставая из-за стола, пока Пашка подзывал официанта, чтобы расплатиться. – Что ей было надо?

– Может быть, деньги кончились? – предположил Павел.

– Или былые чувства взыграли?

– Да, брось ты. Не было у нее ко мне никаких чувств никогда, – зло ответил Пашка.

– Почему ты так уверен? Точнее, не так. Почему ты так неуверен в себе? Почему ты считаешь, что тебя нельзя любить? Просто так, без денег.