Чтение онлайн

— Звания тоже лишили? — осведомился Дримс.

— Да… Я был старшим лейтенантом…

— Ничего, я был майором, — ответил Дримс, которому становился симпатичным этот мальчишка с ясными серыми глазами, и детским лицом. — А чего пощечину, а не в челюсть?

— Так обиднее, — вновь покраснел мальчишка. — Он — трус и негодяй, он не заслуживает иного.

— Ну, ты только здесь никому пощечины не отвешивай, — предупредил капитан. — Тут дуэли не будет, просто подставят тебя тварям, они и сожрут. Уже рассказали о правилах поведения в Миранде?

— Да, — Мэйфлауэр торопливо кивнул. — Я не боюсь.

— Зря, — пожал плечами Дримс. — Как раз здесь и надо бояться.

— Кто бы говорил, — вмешался Ленс.

— Ленс, я воевал и всю жизнь по границам мотался, если я один раз в рыло заеду — как правило, адресат минут десять в отключке находится. Вряд ли это же можно сказать о тебе, Мэйфлауэр.

— Я, конечно, не умею хорошо драться, но я — медик, я могу и другим образом за себя постоять, — младший лейтенант поджал губы и постарался выпрямиться, чтобы показаться повыше ростом рядом с высоченным капитаном.

— Тут тебе просто может не представиться шанса это продемонстрировать, — вновь пожал плечами Дримс. — Тут собраны все отбросы человечества и армии. Они понимают только силу. Ничего кроме силы. Если ты хочешь побить их силой разума или коварными таблетками — ты можешь просто не успеть донести до них свою мысль. Разума, кстати, у них тут по большей части тоже нет: или отсутствует от рождения, или отбит напрочь, или же пропит. Третье — чаще. Так что будь осторожен.

— Спасибо за предупреждение, капитан. Я учту, — парнишка улыбнулся светлой чистой улыбкой. Такую видеть капитану доводилось лишь у Ленса на лице. Они все же чем-то похожи. Хоть Ленс тот еще балбес и хитрец, но все-таки есть у него что-то общее с этим Мэйфлауэром.

— Если что — обращайся. Мне кажется, хорошие отношения с медиком нужны будут каждому, поэтому согласен доносить твои мысли до моих подчиненных, в обмен на качественное лечение, — Ривс протянул руку младшему лейтенанту. Тот пожал ее. Рукопожатие у парнишки вышло крепкое. — Уже осмотрел свои владения?

— Помойка, — честно признался он.

— Спирт прячь, — сразу порекомендовал Ленс. — Если что осталось от него, конечно.

— Спиртом надо все дезинфицировать…

— Себя тут уже продезинфицировали. Остальное полагают излишним баловством, — похлопал его по плечу Дримс.

— И что ж делать-то? — выглядел медик потерянным.

— Понятия не имею. Попробуй еще заказать. Поезда пока ходят. Или в гражданском госпитале попроси. Или еще чем продезинфицируй, — предложил Дримс. — И держись подальше от Норрика.

— Понял… Ну, я пошел?

— Иди, — отпустил его капитан. — И добро пожаловать в Миранду!

Вскоре Ривс смог сам убедиться в том, что парень толковый. Он не боялся крови, умел лечить и не пытался падать в обморок при виде жертв тварей, которых с оторванными руками, ногами и вспоротыми животами потащили через пару дней в гарнизон — твари пролезли в подвал жилого дома, где и устроили кровавый пир. Военные быстро уничтожили всех монстров, благо тем взбрело в их тупые головы выбраться из старых катакомб в подвале дома, что стоял рядом с постом у главных ворот Миранды, где постоянно дежурил взвод солдат.

Джулиан сумел не только организовать немедленную медицинскую помощь пострадавшим, но он тут же послал за подмогой в госпиталь, сделал прямо в медпункте несколько сложных операций, и даже пришил одной милой девушке оторванную руку. Рука прижилась, кстати говоря. Лейтенант заставил собраться и оказывать помощь нескольких медбратьев и полупьяных фельдшеров, что обретались при санчасти. А потом отправил их на гауптвахту — чтоб не пили в рабочее время.

Лэндхоуп и Дримс пришли к выводу, что им повезло. Шансы выжить у Миранды несколько повысились.

Что радовало больше всего, Джулиан был из хорошей семьи, где царили строгие нравы, поэтому алкоголь употреблял лишь в мирное время по праздникам и только высокого качества, чего было невозможно найти в Миранде даже в спокойные времена. Чего нельзя было сказать об их старом враче из санчасти, который пил беспробудно, не лечил никого и всем советовал лечиться касторкой или спиртом, операции он не делал уже лет десять — дрожали руки, поэтому никто особенно не грустил, когда его сожрали твари, вылезшие из его погреба. Переживали только, что вообще врача не осталось, этот хоть перевязывать раны умел. Да еще волновались, что медбратья и санитары весь спирт своруют и перепьются, а медикаменты, какие еще остались, продадут.

Утро заглянуло на виллу «Белая Роза».

Первые солнечные лучи пробрались в просторный кабинет в торце здания, где на диване свернулась клубочком маленькая королева. Она сжалась комочком, положила на голову подушку, словно пыталась спрятаться от этого мира, подтянула острые колени к груди, и только робкие солнечные зайчики видели, как вошел в кабинет генерал Бодлер-Тюрри. Он грустно и с сожалением вздохнул — надо было будить и без того измученную девочку, но ей сегодня предстояло сделать много дел.

Вслед за Винсентом в кабинет вошел глава королевской спецслужбы охраны. Оба мужчины переглянулись. Им было жалко прерывать ее сон, но… выбора не было.

— Опять всю ночь тут спала? — тихо спросил генерал.

— Да, ребята говорят, она даже не выходила, — прошептал Майкл. — Горничная не нашла Ее Величество утром в спальне, значит, опять тут спала.

— Может быть, позже разбудим?

— Нельзя, утром поездка на испытания нового истребителя. Поездку согласовывали несколько месяцев, они даже финальные испытания ради этого случая отложили на пару недель, — горестно вздохнул Фокс. — А их главного конструктора, Бредди Джастина, инфаркт точно хватит. Он там чуть ли не гений, а гении… они ранимые больно.

— Хорошо, — вздохнул генерал.

— Ладно, давай, — согласился господин Фокс, но в этот момент королева откинула подушку с головы.

— Я вас уже слышу, господа, у меня очень чуткий сон, — девушка села на диване. — Сейчас пойду, умоюсь и спущусь завтракать. Полковник Увинсон и курсант уже встали?

— Они уехали час назад, — доложил Майкл. — Я не мог не согласиться с доводами полковника, и не стал задерживать их. Их визит не стоит пока афишировать.

— Хорошо, — королева устало потерла глаза и одним рывком поднялась с дивана. — Тогда скоро буду.

Талинда приняла душ и начала свой утренний ритуал: направилась в тренажерный зал, где она занималась каждое утро на тренажерах, потом потренировалась в спарринге с кем-то из охранников, еще раз зашла в душ. Только после этого королева направилась завтракать.

Заниматься физкультурой по утрам она стала с недавних пор по двум причинам: ей это доставляло удовольствие и позволяло держать хорошую форму, чтобы быть сильной, чтобы не бояться никаких тягот и нагрузок. Спаррингами же она стала заниматься после бегства из Керши — ей было страшно вновь оказаться беспомощной перед лицом врага. Очень страшно.