Чтение онлайн

Я напряглась, почувствовав, как задрожала кровать вместе с далеким грохотом. Уэст тоже замер, прислушиваясь.

Я приподнялась на локтях, выглядывая в темноту. Через мгновение раздался новый вой. Раскат грома.

– Нет. – Я откинула одеяла, бросилась к окну и раскрыла ставни.

Рядом со мной раздались шаги Уэста, а мое сердце ушло в пятки, когда в каюту ворвался порыв ветра – сладкий, пропитанный запахом мокрой земли. Небо почти непроглядное, кое-где над кораблем виднелось мерцание звезд, но этот запах ни с чем не спутать.

Надвигался шторм.

Уэст уставился на небо, прислушиваясь. Я проскочила мимо него, сорвала висящий на стене пояс и вышла босиком на палубу.

У штурвала, наблюдая за водой, стоял Падж.

– Так и подумал, что вытащите свои задницы сюда из-за этого! – прорычал он, указывая рукой на восток.

Я перегнулась через борт и чертыхнулась, когда увидела, что он имел в виду. Волны, покрытые белыми гребнями, косо наступали на нас, и даже в тусклом свете виднелось волнующееся море.

– Ну? – По лестнице поднялась Уилла, засунув пальцы в пояс с инструментами.

Я запустила пальцы в волосы, откидывая их с лица, а из крытого прохода вышел Уэст.

– Нет времени выжидать. Будем нырять, пока не придет шторм.

Падж вскинул брови:

– Собираетесь нырять? В такую погоду?

Уэст в раздумьях смотрел на облака.

– Ты ныряла в шторм?

Я вздохнула:

– Пару раз.

– А корабль? – спросил Уэст, взглянув на Паджа и Уиллу.

Ответила Уилла:

– Посмотрим. Ветер не такой уж и сильный. Здесь достаточно глубоко, и паруса мы убрали. С кораблем все должно быть в порядке.

Мне не понравилось, что она сказала должно быть.

Уэст продолжал думать и снова поднял взгляд на небо. Нырянием руководила я, но кораблем – он, шкипер. Так что решение было за ним.

– Как течение?

– Усилится, – объявила я. – Я пойму, когда нам нужно будет выбираться.

– Хорошо. – Он стянул рубашку через голову. – Тогда ныряем.

Спустившись в трюм, я громко постучала в дверь каюты и раскрыла ее. Кой, Остер и Хэмиш все еще спали в гамаках. Храп, вырывающийся из горла Хэмиша, перебил удар двери о стену. Я сняла пояс Коя с перекладины и кинула его ему в гамак.

Кой резко подорвался, приподнялся и втянул в себя воздух.

– Какого…

– Шторм, – бросила я. – Вставай.

Он недовольно застонал и, скатываясь с качающегося гамака, опустил ноги на пол.

Когда я поднялась на главную палубу, Уилла что-то ворчала себе под нос. Она забралась на грот-мачту со смотанной веревкой, накинутой на ее плечи, готовясь укрепить оттяжки.

Кой завязал волосы и поднял взгляд на небо.

– Испугался, ныряльщик? – поддразнила сверху Уилла.

– Я нырял в штормы, которые заживо поглотили бы ваш корабль, – лукаво улыбнулся Кой.

Мы исследовали двенадцать рифов, осталось еще двадцать два, но далеко в таком водовороте мы не продвинемся. Точно собьемся с графика, и я не знаю, как мы сможем его наверстать.

Вскоре по лестнице поднялся Остер с заспанным взглядом и осмотрел палубу.

– Лодка, – направил его Падж.

Остер беспрекословно послушался и тяжело побежал на квартердек, чтобы помочь Уэсту опустить на воду маленькую лодку. Она качалась на ветру, натягивая снасти. Я балансировала на борту, чувствуя напряжение в каждом мускуле, жутко боясь прыгать. После целого дня ныряний и короткого сна болело все тело, а часы, проведенные в бурлящих водах, станут настоящим испытанием.

Прежде чем я успела передумать, я прижала руками к телу инструменты и прыгнула. Падая, втянула в себя воздух и погрузилась в море – первые волны омыли корабль.

Я начала быстро двигать ногами, чтобы пригнать кровь в мышцы моих закоченелых ног, и вдохнула, как только вынырнула на поверхность. За мной прыгнули Уэст и Кой, у борта стояла вся команда, устремив беспокойные взгляды на отдаленные облака. Они волновались.

Мы забрались в лодку, Уэст взял весла, вставил их в уключины и притянул концы к груди. Ветер усиливался с каждой минутой, отчего Уэст с трудом греб против течения, а я поворачивала румпель.

Добравшись до места, я прыгнула в воду, не теряя времени. В воду опустился якорь, а я прижала ладони к болящим ребрам и принялась заполнять легкие воздухом.

– Будьте на западной части хребта, чтобы вас не отбросило течением на риф, – проговорила я между вздохами. – И следите за водоворотами. Они усилятся. – Я кивнула подбородком в правую сторону, где море начинало вздыматься. Когда к нам подберется шторм, водовороты станут настоящим омутом, который затягивает в себя все живое.

Кой и Уэст кивнули, практически в унисон работая над дыханием. Легкие обожгло, когда я в последний раз втянула в себя холодный воздух и погрузилась под воду.

Мои руки поднялись над головой, пока я спускалась вниз, сохраняя силы для борьбы с течением. Сначала оно добралось до моих ног, а потом окутало все тело, отчего волосы закружились вокруг головы. Мы плыли над выступом тянувшегося под нами рифа – розовые ленты развевались. Но песок уже туманил воду, погружая все в зеленый туман, в котором будет очень трудно что-либо увидеть. Кой зацепился за камень, на котором остановился вчера, и устроился на плотном иле, едва различимый, когда мы стали отплывать. Заметив следующую отметку, Уэст уплыл в сторону от течения.

Его поглотила дымка, а я, добравшись до последней ленты, поплыла вниз и опустилась на риф. Звуки моря уже изменились – усиливались вместе с ревом шторма, который был еще далеко отсюда.

Я сняла с пояса молоток, выбрала самую большую стамеску и быстрыми ударами начала раскалывать поверхность коралла. Как только под ним обнажился камень, я прижала большой палец к его краю, наблюдая, как он крошится. Необычный камень, он плотно заполнял собой воду вокруг меня. Если это то, о чем я думала, то его не заметили из-за необычной формы скалы, которая скрывало залежи. Небесный кварц – редкий и ценный камень, но он образовался из полевого шпата, а не из базальта, который составлял этот риф. Никто не нырял здесь в поисках небесного кварца, и никто не натыкался на него. А если кварцу удалось спрятаться, то, возможно, и полуночнику тоже.

Когда я заметила потускневшую оранжевую поверхность базальта, я вставила стамеску в пояс и взяла зубило. Потребовалось всего несколько ударов молотком, прежде чем появился фиолетовый самоцвет, но спустя пять погружений я так и не отыскала полуночник. Стиснув зубы, я отколола последний кусок полевого шпата от хребта рифа. Но как только песок опустился, моя ладонь крепче сжала рукоятку молотка. Ничего.

В бурной воде раскачивались щупальца кораллов, беспутно плавали рыбы, сопротивляясь течению. По морю разносился гул шторма, похожий на протяжный раскат грома, от которого я терялась в пространстве. Если на этом рифе и прятался полуночник, я точно не смогу отыскать его при такой погоде.