Чтение онлайн

Она снова замолчала. Мио какое-то время стоял рядом, но в конце концов решил, что его спутнице лучше побыть немного одной. Он вернулся к своему наконец-то к тому времени насытившемуся твердокрылу. Теперь он дремал, блаженно улегшись на заметно округлившееся брюшко, подобрал под себя лапки, явно готовясь ко сну. Впрочем, солнечный лик уже почти достиг конца своего пути, им и самим нужно было подумать о сне. Он сел рядом с безмолвным и прикрыл глаза, но мысли о трагедии, когда-то разразившейся здесь, не давали ему расслабиться. Вскоре, когда стали сгущаться сумерки, наконец пришла Лика. Она все так же молча села на небольшой камень недалеко от него и все так же стала молча вглядываться в темноту.

Немного помедлив, Мио решил заговорить с ней:

— И что теперь ты будешь делать?

— Останусь здесь, что еще? Как бы там ни было, именно здесь мое логово.

— Ну это вряд ли. Насколько мне известно, служители сюда приходили из других племен, значит где-то есть и твое родное племя, где ты была до того, как попала сюда.

— Может и так, но я понятия не имею, где оно. Об этом-то месте едва смогла вспомнить спустя немало времени, а уж все остальное для меня покрыто сплошным мраком.

— Но в любом случае ты не можешь тут остаться совсем одна.

— И что же ты предлагаешь? Вернуться в прайд твоего брата и стать его капой?

В ее голосе звучала горькая усмешка. Мио немного помолчал, но потом решительно продолжил:

— Ты можешь стать моей самкой.

От его слов она вдруг резко повернулась и их глаза встретились. В ее взгляде читалось недоверие, словно она не верила своим собственным ушам.

— Твоей самкой? Я? Вот так, не имея даже своего племени?

— Да, именно вот так. В конце концов, где-то же оно существует, твое племя.

Она поднялась с камня и, сделав несколько шагов, подошла к нему. Глядя на него сверху вниз, она с нотками усмешки произнесла:

— И какой же по счету самкой вы намерены меня сделать, ваше высочество?

Она впервые обратилась к нему вот так. Он тоже поднялся и, приблизившись к ней вплотную, произнес:

— Ну-у-у, надо подумать. И сколько же у меня самок?..

Он притворно нахмурил брови, словно вспоминая что-то, но в конце концов, озорно щелкнув языком, произнес:

— Да, пожалуй, что моей первой самкой.

Он коснулся ее плеча и чуть наклонился, намереваясь впервые потереться своим носом о ее, но она не позволила — резко отвернулась и пошла куда-то прочь в сгущающийся мрак. Мио смотрел ей вслед, не зная, как ему лучше поступить: следовать за ней или все же дать ей время. В конце концов, он снова лег рядом с уже заснувшим твердокрылом, и стал ждать, чувствуя в душе сомнения — не поторопился ли он. Может, стоило повременить и дать Лики хоть немного оправиться от увиденного. Однако сожалеть было уже поздно, да и времени у них, на самом деле, было не так много.

Незаметно он стал погружаться в дремоту и вдруг услышал легкие шаги, а спустя пару мгновений почувствовал, как рядом с ним легли. Его сердце вдруг забилось — еще ни разу его спутница не ложилась рядом с ним. Все время, что они вынуждены были останавливаться на отдых, она держалась от него на расстоянии. И вдруг он услышал сдавленные рыдания. Не в силах больше бездействовать, он повернулся и прижал плачущую Лику к себе. Мио ожидал, что она как обычно оттолкнёт его, укусив при этом или поцарапав, но к его немалому удивлению, она прижалась к нему всем телом, продолжая плакать. Он крепко обнял ее и стал тихо мурлыкать, словно успокаивая маленького котенка, точно так же, как делали его мать и кормилица, если он сам, будучи еще детенышем, был расстроен. Вскоре юная львица затихла, и он услышал ее ровное дыхание. Почти до самого появления солнечного лика он провел без сна, все глядя на спящую и гадая, примет ли она его предложение или, проснувшись, снова станет неприступной, как здешние скалы.

С наступлением нового солнцехода он стал собираться в дорогу. Разделил скоромную трапезу со своей спутницей, так и не проронившей ни единого слова с самого пробуждения, после чего приказал своему безмолвному подняться. Тот с явной неохотой подчинился, и Мио занял свое привычное место на его голове. Не успел он это сделать, как Лика все так же молча села позади него и крепко обняла. И это было красноречивее любых слов — она приняла его. Мил мысленно ликовал, его сердце наполнилось такой радостью, что он едва сдержался от того, чтобы не издать радостного крик. Хотя вместе с тем он понимал, что возможно, Лика была вынуждена сделать это поневоле, под давлением обстоятельств. Все же он пообещал самому себе, что непременно сделает все, что только в его силах, чтобы она никогда не пожалела об этом решении.

Так они начали свой спуск, и на этот раз он показался юному льву куда как легче, чем путь наверх. Спустя несколько солнцеходов, они покинули скалы и отправились к логову фенеков. Когда они его наконец достигли, к немалому своему облегчению, МИо застал там свой отряд.

— Слава всем Древним! Я уже думал, что мне придется принести вашему отцу скорбную весть! — произнес Таул при виде своего юного господина.

Мио же в ответ на его расспросы сказал, что отстал из-за того, что во время бури часть его временного укрытия вдруг обрушилась, якобы завалив вход, и ему пришлось искать другой, когда стихия наконец утихла. После чего он оказался по другую сторону скал и ему пришлось искать обходной путь, а уже после этого пускаться вдогонку за отрядом.

— Хорошо хоть не пришлось гнаться за вами до самого логова.

О своей внезапной спутнице он поведал лишь то, что встретил ее в скалах, и она помогла ему найти путь. О своем посещении разрушенного святилища он не стал рассказывать, посчитав это излишним, как и то, что скорее всего именно она и была тем самым "белым призраком". И если Таул и остальные члены его отряда догадались об этом, они предпочли промолчать, особенно учитывая то, что их юный господин объявил юную львицу своей самкой.

Поведя в логове фенеков еще несколько солнцеходов и наконец встретившись с владыкой племени, от которого Мио выслушал о положении дел, и среди прочего тот сообщил, что на их территории стала уходить вода, после того как земная твердь во многих местах сместилась со своего места и его опасения о том, что им придется покинуть эти места, если так и не удастся найти новые источники здесь.

Эта весть опечалила Мио, ведь племя фенеков поставляло им самых лучших безмолвных, но он отлично понимал, что иного выхода у тех нет. В конце концов, распрощавшись со всеми, они отправили дальше. Прошло еще немало времени, когда они достигли пределов их логова, которое покинули почти три полных лика тому назад. Войдя в ворота, они подъехали к обители владыки. Тут Мио провел спутницу в свою часть прайда, где его уже с нетерпением ждали обитательницы. Обняв мать и кормилицу, он представил им свою спутницу, после чего велел собраться всем своим капа.

Когда его приказ был исполнен, он, обведя всех пристальным взглядом, представил им Лику и сообщил, что она отныне станет его старшей самкой. Его мать с радостью приняла эту новость — ее уже давно беспокоило отсутствие самки у ее старшего сына, но вот в глазах его капа он увидел печаль, ведь отныне это означало, что свое любовное ложе он будет делить лишь с ней одной, а ее место они смогут занять, только когда она будет вынашивать его детенышей.

Впрочем, каждая из них знала, что рано или поздно это должно было произойти. Оставив ее на попечении своих капа и велев им как следует позаботиться об их новой госпоже, он отправился к своему отцу, чтобы доложить о выполнении возложенной на него миссии. Но сперва он встретил Рау — он стоял на одной из смотровых площадок и что-то угрюмо рассматривал на разложенной перед ним карте.