Чтение онлайн

Завтра будет наш последний полный день здесь, и я понятия не имею, что Кира запланировала, но что бы это ни было, я буду счастлива пойти с ней и насладиться этим. Время, проведенное с подругой, помогло мне отвлечься от кошмара, который тяжелым комком сидит в моем нутре каждый раз, когда я думаю о том, что ждет меня дома.

— Итак… — осторожно говорит Кира, выжимая лайм в свою содовую. — Ты не задумывалась о подготовке к свадьбе?

— Вообще-то, не слишком. Я надеялась оставить это на усмотрение мамы. Все равно эта свадьба для нее. — Я пытаюсь и не могу сдержать горечь в своем тоне.

Кира хмурится, глядя на свой напиток, и я чувствую все слова, которые она не произносит.

— Ну, если тебе нужна помощь, я всегда к твоим услугам. Покупка платья, дегустация торта, планирование побега из церкви — все, что тебе нужно.

Я смеюсь, хотя не совсем уверена, что она шутит.

— Спасибо. Если мне понадобится помощь, ты будешь первой, кому я позвоню. Я надеялась, что София будет моей подружкой невесты, но, к сожалению, Анатолий настаивает, чтобы это была Катерина. — Я фыркаю.

— Это отстой, — прямо говорит Кира. — Ты даже не можешь выбрать себе подружку невесты?

Я помешиваю свой напиток, мой взгляд устремлен на камин рядом с нами.

— Не думаю, что из-за этого стоит спорить. Я стараюсь выбирать битвы с матерью и Петровичами, учитывая, что впереди меня ждет еще много битв.

Кира вздыхает и протягивает руку, которая ложится на мое предплечье.

— Не хочу повторяться, но если ты передумаешь, я всегда готова помочь тебе.

— Спасибо. — Я знаю, что у нее самые лучшие намерения, но она не представляет, как глубоко я запуталась в паутине Анатолия. Между долгом, который мы ему должны, и его не слишком деликатными угрозами в адрес моей сестры, я оказалась в ловушке. И действительно, теперь, когда Беловы и Петровичи неразрывно скованы, у нее связаны руки.

Кира опускает взгляд, разглаживая салфетку на коленях. Когда ее глаза снова встречаются с моими, она скрывает свою озабоченность практичной улыбкой.

— Завтра у меня для тебя будет особенный сюрприз. Опыт, который ты никогда не забудешь.

Я наклоняю голову в сторону.

— Мне стоит беспокоиться?

— Пожалуйста. Тебе понравится. — Она прижимает палец к губам. — Как только выпьешь немного, чтобы раскрепоститься.

— Звучит как неприятность.

Выражение лица Киры становится озорным.

— Только хорошая неприятность.

— Ну, это не зловеще, — шучу я, допивая последний глоток пива.

Кира недоуменно вскидывает брови и опускает взгляд на телефон.

— Максим звонит. Не возражаешь, если я выйду, чтобы ответить?

— Конечно.

Она быстро чмокает меня в щеку, затем вскакивает и направляется к входу в бар, Богдан идет за ней по пятам.

Блин, ее охранники серьезно относятся к своей работе, но это меня не удивляет. Если бы с Кирой что-то случилось, гнев Максима был бы невообразимым. Более того, Роман опекает Киру, как старший брат.

У меня такое чувство, что его интерес ко мне — совсем не братский.

В последние несколько дней Роман постоянно присутствует рядом, незаметно стоя на страже, где бы мы ни находились. Я знаю, что он просто выполняет свою работу, но его внимание часто переключается на меня, особенно когда мы остаемся одни. Несмотря на бдительность Феликса и Богдана, я никогда не чувствую, что они наблюдают за мной. С Романом все иначе — в его взгляде есть определенная интенсивность, которая, кажется, проникает мне под кожу.

Это хрупкий баланс — притворяться равнодушной, когда каждый инстинкт тонко настроен на его присутствие. Как сейчас, когда я поднимаю взгляд и вижу, как он разглядывает меня со стороны бара. Он выглядит очень круто в своих темных джинсах и повседневной белой футболке, которая демонстрирует татуировки на его шее. Он носит блейзер с единственной целью — скрыть пистолет и кобуру, пристегнутую к груди. Все в нем резко и четко — линия челюсти, скулы, сильный профиль. Он источает сырую, магнетическую мужскую энергию, которая притягивает взгляды всех женщин в пабе. Но, похоже, они его не волнуют.

Мой пульс вздрагивает, когда он смотрит на меня из-под темных ресниц и поднимает свой бокал в знак признательности. Он наполнен прозрачной жидкостью, которая, как я знаю, является водой, а не водкой, потому что он на страже. Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, когда он закатывает рукава своего пиджака, обнажая мускулистые и загорелые предплечья.

Сжав ноги вместе, я пытаюсь немного ослабить давление, нарастающее в моем ядре, но это не помогает.

А вот его пальцы наверняка помогли бы.

Вчерашний день не помог, когда он потянулся ко мне, чтобы взять книгу. Он был так близко, что я чувствовала жар его тела, обжигающий мою спину. Я была прижата к нему, вдыхая его запах; мне потребовалось все, чтобы не застонать вслух, мое тело жаждало его прикосновений.

Господи, мне действительно нужно взять себя в руки.

Я не могу продолжать горячиться и волноваться каждый раз, когда мы встречаемся взглядами. Рано или поздно Кира уловит это, и мне будет очень неловко.

Пытаясь восстановить хоть какое-то подобие контроля над собой, я роюсь в сумочке в поисках телефона и сосредоточиваюсь на проверке сообщений. Я надеялась, что София уже написала мне, чтобы сообщить о своем благополучном прибытии, но не тут-то было.

Ранее сегодня она написала, что Анатолий отвезет ее в школу. Как только я прочитала эти слова, меня пробрала холодная дрожь. Я знаю, что он отвозит ее не по доброте душевной; как и все, что он делает, он напоминает мне, что если я переступлю черту, София поплатится за это. Ему не понравилось мое поведение после того, как он объявил о нашей предстоящей свадьбе. Он хочет, чтобы я была милой и покорной, когда вернусь домой. Это та роль, которую мне суждено играть.

— Почему ты хмуришься?

Голос Романа испугал меня, и я прижала руку к сердцу.

— Господи, Роман. Может, не стоит подкрадываться к девушке?

— Я не подкрадывался; я стоял над тобой целых двадцать секунд. — Между его бровями образуется линия. — Тебе нужно поработать над своей ситуационной осведомленностью.

— С ситуационной осведомленностью у меня все в порядке. — Я кладу телефон обратно в сумочку. — Это ты подкрадываешься к людям, как ниндзя.

Он забавно надувает губы.

— Хочешь еще выпить? — Он наклоняет голову в сторону бара.