Чтение онлайн

Мои пальцы пробежались по экрану телефона. Я отвлекся, когда дедушка поинтересовался моим мнением. Я указал на один букет в его руке.

– Красный выглядит хорошо.

Мой дедушка лишь усмехнулся в ответ, зная, что я ничего не смыслю в этом. Тем не менее он спрашивал мое мнение, и я ценил это. Его дом был и моим домом и всегда им будет. Он срезал бутон.

– Я это учту, сынок. Думаю, нам нужно больше таких цветов в саду.

Я направился посмотреть, что он хотел для этого: побольше красного, розового и даже немного бирюзового. С ним был его помощник Джошуа, поэтому всякий раз, когда дедушке что-то нравилось или он останавливался посмотреть, Джошуа делал пометку. Я предполагал, что однажды возьму на себя роль Джошуа, вот почему я получал степень по бизнесу, чтобы однажды взять все в свои руки. Моя семья была очень заметна в моем маленьком городке. Мы владели многими предприятиями, как и Принсы, семья моего приятеля Ройала.

Когда я пропустил очередной вопрос касательно цветов, дедушка повернулся и улыбнулся мне.

– Тебя что-то отвлекло, да?

Да, но у меня было слишком много гордости, чтобы согласиться. Я пожал плечами.

– Не о чем беспокоиться.

– Это из-за учебы? – Он махнул рукой, чтобы Джошуа делал, что хочет. Парень кивнул, как слуга и, оставив нас, скрылся из виду за кустами. То, что рядом были люди, которые прислуживали мне и моей семье, было просто частью моей жизни, я привык к этому. Дедушка нахмурился. – Ты ни о чем не говорил.

Это было потому, что в последнее время я лгал ему, скрывая многое. Из-за всей этой истории с Грир я стал одержим идеей утаить то, что она видела той ночью в братстве, но со временем это переросло в нечто совершенно иное. В еще одну одержимость.

Она полностью выбила меня из колеи, и я мог злиться только на себя. Я поделился с ней частью себя, рассказал о своей семье, хотя это было не ее собачье дело, а она не только использовала это против меня, но и предала. У нее хватило наглости написать и позвонить мне после того, как я покинул ее общежитие вчера. Она сказала, что извиняется за назойливость, просто хотела поговорить со мной, как будто у нее есть на это право. Она предала мое доверие. Моя челюсть дрогнула.

– Учеба меня не беспокоит.

– Так что же тогда?

Я покачал головой, и он снова улыбнулся.

Его руки лежали на трости.

– Знаешь, ты так похож на своего отца. Такой волевой.

Усмехаясь, я почесал шею.

– Ты все время так говоришь.

– Потому что это правда. – Дед направил трость в мою сторону, а затем обнял меня. – Я не смог о нем позаботиться. Никто не смог, потому что…

– Он был слишком упрямым, – сказал я. Мы уже говорили об этом. – И больше заботился о других.

– Он был отличным защитником. – Глаза дедушки потеплели. – Он бросился бы в огонь ради того, кто был ему небезразличен. И забрался бы так глубоко, прежде чем понял, что это может навредить ему. К тому времени, конечно, всегда бывает слишком поздно, не так ли?

– Да. – Эту историю я тоже слышал много-много раз. Отец на все реагировал очень остро. И не умел ждать. Дедушка говорил, что, когда отец был ребенком, это доставляло ему много неприятностей. Я определенно мог это понять. Мои руки скользнули в карманы. – Но как тебе удается не обжечься?

– Никак, и это превращает жизнь в ад, не так ли? – В случае моего отца жизнь была чертовски короткой, он ушел слишком рано.

Несчастный случай никак не был связан с его опрометчивостью, но отец был авантюристом. Ему всегда не хватало адреналина, и это было то, что даже я помнил о нем.

Дедушка встряхнул меня и, позвав Джошуа обратно, спросил, не хочу ли я поужинать перед отъездом из города. Я всегда был чертовски голоден, так что, конечно, я ответил согласием. У нас была любимая бургерная, куда мы оба любили ходить, когда приезжали в Нью-Йорк. После того как Джошуа подогнал нашу машину и наполнил ее растениями, мы направились туда от рынка. Седан благоухал цветами моего дедушки.

– Ты не надумал ничего касательно матери? – спросил дедушка. Я снова залип в телефоне, но тут поднял глаза. Он нахмурился. – Я не хочу давить на тебя, но…

Решение действительно нужно было принять, и мне стоило взять яйца в кулак и наконец сделать это. Может быть, если я отпущу маму, мы оба сможем жить дальше. Мы с дедушкой могли бы погоревать, а мама, ну, она могла бы быть с папой на нашем семейном участке. Отпустить ее было ответственным поступком.

Я вцепился в телефон.

– Наверное, стоит.

– Да? – Наклонившись, дедушка сжал мое плечо. – Я просто не хочу, чтобы это решение мучило тебя. Я понимаю, что так может быть.

Он был прав, конечно, и даже за это короткое время размышлений именно это и происходило. Думаю, я знал, что все шло именно к этому, и, конечно, была причина, по которой я не мог пойти и увидеть ее в последнее время. Просто было больно видеть маму в таком состоянии. Больно каждый раз, черт возьми. Я снова кивнул.

– Я думаю, так будет лучше. И ты прав… пришло время.

– Ты уверен?

– Уверен.

Дедушка больше ничего не сказал, отпустив мое плечо, но я знал, что он позаботится обо всех приготовлениях. Он был похож на моего отца и на меня, в нем тоже жил этот «защитник», должны же мы были откуда-то это унаследовать. В конце концов я потерпел неудачу, решив защитить не того человека. Когда мы направились к ресторану, я решил задать дедушке вопрос. Он всегда спрашивал о том, какие программы и отделы, по моему мнению, нуждаются во внимании в кампусе, в финансировании, ведь я был там. Он чувствовал, что у меня есть понимание того, чего не хватает кампусу, в прошлом я неохотно делился своими мыслями. Тем более о факультетах, у которых нужно отнять деньги, сократить их…

– Дедушка, я думаю, что некоторые деньги в колледже нужно перераспределить, – сказал я и когда он поднял бровь продолжил: – Это, конечно, лишь мое мнение. Но мне интересно, нужно ли Пембруку столько, сколько им выделяется для некоторых факультетов…

Я заметила Найта в перерыве между занятиями, когда шла из одного корпуса в другой. Я пересекала площадь, а он шел по бетонной дорожке, рядом с ним был его дедушка Джеральд. Они были в группе, среди других стариков в костюмах, которые шли по этому месту, как будто оно им принадлежало.

Я догадалась, что в каком-то смысле так оно и было.

Мне было жарко, и я, как пчела, понеслась в том направлении, не в силах мыслить здраво. Черт, смотреть прямо было страшно, а если бы не было, то я бы непременно глядела, куда иду. И ни за что бы не подошла прямо к Найту Риду…

И не ударила его по его великолепному лицу.

Он, конечно, не ожидал такого поворота событий и схватился за челюсть, а моя рука горела, и я буквально размышляла о том, что будет дальше и что это будет означать. Этот парень уже причинил много вреда.