Чтение онлайн

Спасение от арамейцев Дамаска пришло в лице других завоевателей — ассирийцев. Царь Ассирии Адад-нирари III разгромил сына Хазаэля, Бен-Хадада III и, захватив Дамаск, наложил на него большую дань. Тяжелое поражение Дамаска снова меняет всю расстановку сил в регионе: Израиль возвращает потерянные территории и опять подчиняет Аммон и Моав, а Иудея восстанавливает свою власть над Эдомом. Отныне древнееврейские царства господствуют почти над всей Палестиной, однако их усиление, как и следовало ожидать, не улучшает взаимоотношений друг с другом, напротив, оно приводит лишь к новым войнам между ними. Переоценив свои силы после победы над Эдомом, иудейский царь Амация затевает войну с Израилем и терпит полное поражение, которое стало роковым и для самого Амации. Придворные царя, недовольные его безрассудными действиями, организовали заговор и убили его. Наследники незадачливого царя не осмеливались больше воевать с Израилем, но отношения между древнееврейскими царствами оставались по-прежнему напряженными.

Новое наступление ассирийцев на Сирию и Палестину во второй половине VIII в. до н. э. привело к очередному изменению в расстановке сил и конфигурации союзов. Израиль, сильно пострадавший от войн с Ассирией, стал заметно слабеть; с другой стороны, Иудея, сумевшая избежать многих столкновений с этой державой, начала усиливаться. Впервые соотношение сил между Северным и Южным царствами стало выравниваться. В то же время войны с Ассирией сблизили двух непримиримых в прошлом врагов — Израиль и Дамаск; между ними воцарился мир, и они стали действовать совместно. Оба государства были обескровлены тяжелыми войнами с Ассирией и, чтобы держаться «на плаву», нуждались в союзе друг с другом. Одной из главных целей их совместных походов стала Иудея. Израильтяне и арамейцы осадили Иерусалим, но взять его не смогли. Тем временем эдомитяне перестали платить дань Иудее и стали независимыми. Так сложился временный альянс против Южного царства, состоявший из Дамаска, Израиля и Эдома. Перед лицом этого нового опасного для нее блока Иудея, со своей стороны, стала искать могучего союзника и покровителя, и нашла его в лице все той же Ассирии. Вмешательство ассирийцев привело к разгрому Дамаска и Израиля, но обошлось очень дорого: Иудея надолго попала в зависимость от Ассирии.

Враждебные отношения между Израилем и Иудеей продолжались вплоть до падения Самарии в 722 г. до н. э. Только гибель Израильского царства под ударами ассирийской державы изменила отношение Иудеи к своему северному соседу. Пытаясь распространить свое политическое влияние на население бывшего Северного царства, иудейские цари стали аппелировать к общим традициям и историческому прошлому северных и южных племен, старались привлечь к себе на юг жителей наиболее пострадавших от войны районов, приглашали их в иерусалимский Храм отмечать общие праздники. Эта политика имела известный успех и привела к значительному приливу населения в Иудею и к усилению влияния яхвизма в центральной и северной Палестине. Существенно улучшились отношения между северными и южными левитами. Позднее, после падения ненавистной всем Ассирии, иудейский царь Иосия даже присоединил к своему царству часть областей, принадлежавших ранее Израилю. Однако политический и военный вакуум, возникший после гибели ассирийской империи, был очень быстро заполнен другой крупной военной державой — Вавилонией, и планы присоединения к Иудее территорий бывшего Северного царства оказались неосуществимыми.

Северные колена, известные под названием Израиль, состояли из трех различных ветвей. Первая, и самая важная, «дом Иосифа», представляла собой три близкородственных племени — Эфраим, Менаше и Биньямин. Очевидно, они первыми из древнееврейских племен ушли в Египет и первыми вернулись оттуда в Ханаан, причем не позднее середины XV в. до н. э. В качестве младшего партнера к «дому Иосифа» примкнуло еще одно племя, Нафтали, которое, возможно, вернулось вместе с ним из Египта. Вторую ветвь северных колен составили четыре аморейских племени — Исахар, Звулун, Гад, Ашер — и одно предположительно индоевропейское (ахейское?) племя — Дан, которые ушли из Египта вместе с южными коленами Моисея в начале XII в. до н. э. Наконец, еще один, третий, компонент северных колен образовали сами южане — племя Реувен и большинство левитов, представлявших часть «дома Иакова». Присоединение новых племен к израильскому союзу в начале XII в. до н. э. существенно усилило его и позволило перейти к завоеванию Ханаана, которое осуществил Йеошуа.

После овладения частью Ханаана и окончательного оседания на землю древнееврейских колен израильский племенной союз ослаб и даже временно распался. Эти годы известны нам как библейский период судей, «когда каждый делал, что он хотел». Но внешняя угроза в лице филистимлян не только вновь сплотила израильские племена, но и добавила к ним новых союзников — южные колена Йеуду, Шимон и часть левитов, осевших в южном Ханаане после четырех десятилетий скитаний по пустыне. Расширенный союз возглавил биньяминянин Саул, который стал первым царем сначала северных, а потом и южных племен. Однако поражение и смерть Саула в войне с филистимлянами привело к подчинению древнееврейских племен завоевателям и к новому распаду израильского союза.

На этот раз инициативу в воссоздании союза взяли на себя младшие партнеры — южане — и их военный лидер Давид. Южному царю удалось сделать то, что не сумел северянин Саул: создать мощное объединенное царство, которое не только защитило, но и раздвинуло далеко на северо-восток границы древнееврейских племен. Однако южная династия давидидов откровенно пренебрегала интересами северных племен, младший партнер понукал старшим, поэтому этот союз был обречен на распад. Интересно, что политические интересы племенной аристократии оказались важнее племенного родства: южное племя Реувен, обделенное в «доме Иакова», вновь предпочло северян, а часть кланов из северного колена Биньямин, конфликтовавших с эфраимлянами, остались вместе с южанами.

Первый собственно израильский царь Йаровам (928–910 гг. до н. э.) был не военачальником, а одним из вождей колена Эфраим. Его избрание удовлетворило притязания племени Эфраим на главенство как в «доме Иосифа», так и среди израильских колен. Однако прерогативы Йаровама были весьма ограничены, и их нельзя было сравнить с безусловной властью его соперника — иудейского царя Рехавама. Чтобы угодить вождям и старейшинам северных племен, новый царь отменил трудовые повинности, наложенные на них давидидами, и существенно снизил налоги. Он не мог позволить себе содержание пышного двора или сколь-нибудь значительной наемной армии, более того, он вынужден был мириться с немалой степенью внутренней автономии израильских племен. Такова была цена избрания на царство, цена «условной» монархии.

Во внешней политике перед Йаровамом встали три серьезные проблемы: хронический конфликт с Иудеей из-за территории колена Биньямин, нараставшая военная угроза со стороны арамейского Дамасского царства и неожиданное вторжение египетского фараона Шешонка. Первые две задачи так и не нашли своего разрешения за годы его правления. Конфликт с Иудеей затянулся надолго — по меньшей мере на полвека, а для разгрома арамейцев требовались куда большие силы, чем те, которыми располагал Йаровам. Что касается нападения египетской армии, то Библия сообщает лишь немногие подробности, касающиеся Иудеи и Иерусалима, и ничего не говорит относительно похода египтян на Израиль. Весьма скудную информацию об этом можно почерпнуть только из египетских источников. Шешонк I оставил барельеф в храме бога Амона в Карнаке, где перечислил все города, захваченные им в Ханаане. Если этот список верен (хотя нельзя исключить и сильные преувеличения), то, значит, от египетского вторжения пострадала не столько Иудея, сколько Израиль. Во время раскопок 1925–34 гг. в районе Мегиддо был обнаружен фрагмент стелы Шешонка, подтверждающий факт захвата этого израильского города египтянами. Очевидно, ставя стелу под Мегиддо, египтяне рассчитывали на продолжительную оккупацию захваченных областей Ханаана, но повторить успехи фараонов XVIII и XIX династий им не удалось, и этот поход оказался лишь однократным грабительским рейдом.

Вопреки надеждам левитов из Шило, раскол объединенного царства не только не укрепил их положение, а, наоборот, ослабил его. Более того, объективно он понизил и роль яхвизма в новообразовавшемся Северном царстве. Как бы ни были напряжены отношения между северными левитами и южными ааронидами, сам факт того, что культ Яхве считался главным в объединенном царстве, помогал поддерживать позиции левитов из Шило. Теперь, после разрыва союза с яхвистской Иудеей, Йаровам не был больше связан никакими обязательствами ни с ааронидами, ни с яхвизмом. Поэтому он вернулся к традиционным языческим культам, заимствованным у ханаанеев за столетия совместной жизни с ними, а также к старой языческой форме яхвизма, куда более доступной и понятной народу, чем абстрактный монотеизм Моисея. Вероятнее всего, Йаровам вообще ничего не менял; он просто узаконил то, что уже существовало в религиозной практике северных племен, легитимизировал уже имевшиеся культы и их жрецов нелевитского происхождения. Главным изменением стал фактический разрыв с главенствующей ролью ааронидов и левитов. Их религиозная гегемония сначала была условием союза с южанами, а потом уже навязывалась Иерусалимом. Яхвизм остался, но уже не в качестве главного, а всего лишь как один из существовавших тогда культов, причем в той, старой языческой или полуязыческой форме, которая была ближе всего народу. Религиозная реформа Йаровама свелась не столько к изменению в самом культе, сколько к устранению из него аарот нидов и левитов. Этим-то и объясняется крайняя неприязнь носителей традиции — тех же левитов и ааронидов — к личности Йаровама и его делам.

Институт царской власти предполагал и наличие столи цы, которая была бы целиком и полностью во власти самого царя, а не какого-либо племени, поэтому как в свое время Давид сделал своей вотчиной иевусейский Иерусалим, так и Йаровам избрал своей резиденцией хивейский Шхем. Правда, позднее он перенес свою столицу в небольшой городок Тирца, немного севернее Шхема. Возможно, это было связано с конфликтом из-за хивейских областей между Северным и Южным царствами. Как известно, в период завоевания Ханаана Йеошуа заключил мир с хивеями Гивона и обязался не посягать на их земли. Однако несмотря на это, северное племя Биньямин не отказалось от своих претензий на территории южных хивеев — Гивон, Беэрот, Кирьят-Йеарим — и во времена судей неоднократно пыталось их захватить. Со своей стороны, хивеи обращались за помощью к своему традиционному союзнику и покровителю — южному колену Йеуда, которое в годы правления судьи Отниэля воевало на их стороне против биньяминян. Хотя в результате этих столкновений южнохивейские земли были фактически поделены между Йеудой и Биньямином, они еще долгое время служили яблоком раздора между этими племенами. В период царствования Саула биньяминяне лишили всякой самостоятельности южнохивейские города, в том числе самый крупный из них — Гивон. Когда царская власть перешла в руки Давида, то он использовал обиды, нанесенные хивеям, чтобы их руками уничтожить потомков Саула. После раскола объединенного царства южные хивеи, естественно, предпочли остаться с Иудеей, а не с Израилем, претендовавшим на их земли. Вероятно, те биньяминяне, которые, согласно Библии, выступили совместно с иудеями против отколовшихся северных племен, в действительности относились не столько к самому племени Биньямин, сколько к южным хивеям. Длительный конфликт из-за хивейских земель вызвал напряженность в отношениях с населением Шхема, которое в большинстве своем было тоже хивейского происхождения и симпатизировало династии давидидов за поддержку хивеев против колена Биньямин. Не желая подвергать опасности свою резиденцию, Йаровам счел за лучшее перенести ее в близлежащую и более надежную Тирцу, находившуюся на племенной территории «дома Иосифа».

Другим объектом градостроительства Йаровама стал древний город Пенуэль в Заиорданье. Раскол объединенного государства привел к восстановлению независимости Аммона и Моава, поэтому возникла насущная потребность укрепить восточную границу Израильского царства. Пенуэль прикрывал с востока проход в Иорданскую долину, и Йаровам решил его срочно укрепить, опасаясь, что соседний Аммон может в будущем присоединиться к врагам Израиля — арамейцам Дамаска.

Согласно библейской книге Царств, Йаровам правил 21 год, однако его надеждам основать собственную династию не суждено было осуществиться. Буквально через год после вступления на престол сын Йаровама, Надав, пал жертвою кровавого переворота, устроенного его собственным военачальником: «И Баша, сын Ахии, из дома Исахарова, устроил заговор против него, и убил его Баша в Гиптоне филистимском, когда Надав и все израильтяне осаждали Гиптон… И было, когда он (Баша. — И.Л.) стал царем, то перебил весь дом Йаровама: не оставил ни души у Йаровама, пока не истребил его…» (3 Цар. 15:27, 29).