Библиотека Данталиона
Шрифт:
Мои спутники разбрелись по амфитеатру. Ренар устроился поодаль, изучая свою книгу с таким видом, будто пытался выудить из неё все секреты за одну ночь. Адам сидел в углу, прижавшись спиной к холодной стене, и его глаза светились в полумраке — он читал жадно, торопливо, боясь упустить каждое слово. Катарос, Солани, Сефаро, Голд, Сэнд, Флюмен — все они рассредоточились по залу, каждый в своём маленьком убежище, погружённые в полученные знания.
Я закрыл книгу и убрал её в сумку. Мысли путались, в голове роились десятки новых плетений, которые нужно было осмыслить, разобрать, понять. Но сейчас было не до того.
— Широ, — тихо позвал я, поглаживая кристалл на груди.
Бельчонок не откликался. Я чувствовал его присутствие — слабое, приглушённое, будто он спрятался в самую глубину, в самое сердце кристалла, куда не мог добраться никто. Даже я.
— Широ, — повторил я, и в моём голосе прозвучало больше настойчивости.
— Я здесь, — донёсся наконец мысленный шёпот. — Просто… Мне нужно немного времени.
— Ты как?
— Не знаю, — в его голосе слышалась усталость, не физическая, какая-то другая, глубинная. — Я нарушил обещание. Я показал себя. И теперь… теперь Данталион знает.
— Он и так догадывался, — возразил я. — Ты видел его взгляд. Он ждал этого. И специально подобрал для меня противника, который был слишком силён. Это была ловушка.
— Для меня, — тихо сказал Широ. — Он хотел выманить меня. И я попался.
— Ты спас мне жизнь.
— Я знаю, — он вздохнул, и этот вздох был полон горечи. — И поэтому я злюсь на себя. Потому что я сделал это, зная, что меня увидят. Зная, что ты можешь попасть в беду из-за меня. Но я всё равно не смог стоять в стороне, когда он собирался тебя убить.
Я молчал, гладя на кристалл. Широ был прав — его появление создавало проблемы. Но он был прав и в другом — без него я бы вряд ли справился. Азагреот был слишком силён. Моя магия, мои клинки, мои плетения — всё это оказалось бесполезным против его демонической мощи.
— Что теперь будет? — спросил я.
— Не знаю, — честно ответил Широ. — Данталион… он не простой демон. Он один из столпов. Он может захотеть использовать меня, захотеть узнать больше о моём роде, захотеть…
Он замолчал, и я почувствовал, как его маленькое тельце дрожит внутри кристалла.
— Он не причинит тебе вреда, — сказал я с уверенностью, которой не чувствовал. — Я не позволю.
— Фауст, — Широ почти усмехнулся, — ты не сможешь защитить меня от демона, который старше, чем все королевства твоего мира вместе взятые. Не сейчас. Может быть когда-нибудь… но не сейчас.
— Тогда что нам делать?
— Ждать, — ответил он. — Смотреть. Узнать, чего он хочет. Данталион не из тех, кто действует грубо. Он будет наблюдать и оценивать. А потом предложит сделку. Демоны всегда предлагают сделки.
— И ты её примешь?
— Посмотрим, — он снова замолчал, и я понял, что разговор окончен.
Я откинулся на ступени, чувствуя, как холод камня проникает сквозь одежду. Вокруг было тихо — все маги, уставшие после боёв, либо спали, либо занимались своими книгами. Ренар, заметив, что я закончил читать, поднялся и подошёл ко мне, бесшумно ступая по каменным плитам.
— Не спится? — спросил он, садясь рядом.
— Думаю, — ответил я.
— О чём?
— О Широ. О Данталионе. О том, что будет завтра.
Ренар кивнул, будто ожидал этого ответа. Он достал из кармана небольшой свёрток, в котором были вяленое мясо, хлеб и немного сыра, после чего протянул мне.
— Поешь. Ты почти ничего не ел сегодня.
Я взял хлеб, но есть не стал. Аппетита не было.
— Тот демон, — тихо сказал Ренар, глядя куда-то в темноту над нашими головами. — Он испугался Широ. Настоящий, полноценный демон испугался маленького бельчонка. Как такое возможно?
— Я сам не до конца понимаю, — признался я. — Но его предок, по всей видимости, весьма известная личность даже среди демонов.
— Да уж… — Ренар усмехнулся. — Белки, от которых бегут демоны. Звучит как анекдот. Но Азагреот бежал. Не просто ушёл — бежал в ужасе. Я видел его глаза. Он боялся. По-настоящему боялся.
— И Данталион тоже, — добавил я, вспоминая выражение лица демона. — Он не испугался, но… он насторожился. Впервые за всё время я видел в его глазах что-то, кроме любопытства и насмешки.
— Значит, Широ — это не просто фамильяр. Он кто-то больший.
— Он — мой друг, — твёрдо сказал я. — И не важно, кто он и откуда. Он спас меня. И я в долгу перед ним.
Ренар посмотрел на меня долгим взглядом, и в его синих глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.
— Ты всегда был таким, — сказал он. — Слишком серьёзным для своих лет. Слишком… правильным, что ли. Ты взял всех нас под своё крыло. Взял ответственность.
— А разве не должен?
— Должен, но не обязан, — согласился он. — Но не забывай иногда думать о себе. Ты тоже человек. Ты тоже можешь уставать, ошибаться, нуждаться в помощи. Это не слабость. Это норма.
Я не ответил. Ренар, видимо, понял, что его слова не достигли цели, и сменил тему.
— Что думаешь о завтрашнем дне?
— Данталион приготовил что-то особенное, — ответил я, глядя в темноту над амфитеатром. — Эти бои… они были только разминкой. Проверкой. Он хотел посмотреть, на что мы способны, как реагируем на опасность, как действуем в группе.
— И что он увидел?
— Он увидел наши слабости. Катарос слишком горд, Сефаро слишком эмоционален, Адам неуверен в себе, Флюмен полагается только на технику, Солани… Солани слишком привязана к своему долгу. И он будет использовать это. Завтра — не будет командных боёв. Завтра каждый будет сам за себя.
Ренар нахмурился:
— Думаешь?
— Уверен. Данталион не зря устроил эти групповые испытания. Он хотел, чтобы мы узнали друг друга, чтобы появились связи, симпатии, долги. А потом он разобьёт нас. По одиночке. И посмотрит, кто выдержит, а кто сломается.
— И ты выдержишь?
Я посмотрел на свои руки — на мелкие шрамы от неудачных экспериментов с артефактами, на мозоли от тренировок.
— Должен, — ответил я. — Я пришёл сюда не для того, чтобы проиграть. Пришёл за главным призом. И я его получу.