Чтение онлайн

Уайтсайд ухмыльнулся. «Делай то, что тебе говорит твоя возлюбленная».

«Отпусти ее сейчас же, или ты лишишься жизни».

Туннэдайн попытался вытащить свое оружие, но, прежде чем он успел это сделать, в руке другого мужчины чудесным образом появился пистолет. Имоджин и Рода отпрянули назад. Уайтсайд использовал дуло оружия, чтобы указать, чего он хочет.

«Выбирайся из ловушки», — приказал он. «Пройди вперед десять ярдов и положи выкуп на землю. Потом можешь вернуться».

«Что ты будешь делать?»

«О, я буду считать деньги, сэр. Как только я увижу, что вы заплатили мне предписанную сумму, я освобожу дам».

Политик колебался. Ки сказал ему, чтобы похититель говорил как можно дольше, чтобы детектив мог занять позицию. Он поднял сумку и выбрался из ловушки.

«Я презираю тебя за то, что ты сделал», — сказал он с крайним презрением.

«Я могу прожить и без вашего доброго мнения, сэр».

«Ты же знаешь, за тобой будут охотиться».

Уайтсайд рассмеялся. «Пока меня никто не догнал».

«Откуда мне знать, что ты сделаешь так, как обещал?»

«Ты этого не делаешь».

«Убери это оружие».

«Мне бы хотелось подержать его в руках, если ты не возражаешь».

«Где ты их хранил?»

«Как видите, они остались целы и невредимы, «сказал Уайтсайд с тихим смешком. «А теперь перестань задавать вопросы. Ты еще хуже, чем сэр Маркус.

Туннэдайн был потрясен. «Вы видели сэра Маркуса?

«Да, сэр, он был настолько любезен, что сделал мне щедрое пожертвование. Посмотри на это с моей точки зрения. Зачем посылать одно письмо с требованием выкупа, когда два принесут вдвое больше? Теперь подойди на десять шагов вперед и положи его на землю.»

Мозг Туннэдайна гудел. Если сэр Маркус заплатил выкуп, его явно обманули, потому что две леди все еще находились в плену. Мало того, что похитителю нельзя было доверять, у него в руках был пистолет. Политику нужна была помощь.

Пригибаясь, Албан Ки крался вдоль края поля. Он снял шляпу, чтобы она не выступала над изгородью. Он также убрал оружие внутрь, чтобы оно было готово к немедленному использованию. Насколько он мог видеть, поблизости никого не было. К тому времени, когда появился похититель, Ки стоял на коленях, выглядывая в щель в кустах и мог видеть противостояние двух мужчин. Он снял шляпу и достал пистолет из-под пальто. С оружием в каждой руке он чувствовал себя почти непобедимым. Его чрезмерная самоуверенность была ошибочной. Он так сосредоточился на сцене перед собой, что не услышал, как Каллен бесшумно спрыгнул с дерева примерно в двадцати ярдах позади него. Ирландец крадучись приблизился. В тот самый момент, когда Ки встал, чтобы выстрелить, приклад пистолета сильно ударил его по затылку.

«Как любезно с вашей стороны снять передо мной шляпу, сэр!» — сказал Каллен, когда тело упало на землю перед ним. «А теперь, если вы будете так добры и отдадите мне это ваше опасное оружие, я положу его туда, где оно не сможет причинить вреда».

Имоджен Бернхоуп не могла вынести этого зрелища. Неподалеку стоял мужчина, за которого она согласилась выйти замуж, но от которого сбежала. Рядом с ней был человек, которого она вынуждена была принять как преданного любовника, только чтобы узнать, что он предал ее ради денежной выгоды. Ни один из них не привлекал ее вообще. Вынужденная выбирать, она должна была выбрать Тунннадина, потому что он никогда не угрожал убить ее, как это сделал Уайтсайд. С другой стороны, он оскорбил бы ее, когда понял, что она с ним сделала. Имоджин была в агонии. Ее крепко держали между двух жерновов.

«Подойди и положи деньги, «резко сказал Уайтсайд, «или я пристрелю тебя на месте и оставлю на съедение птицам».

Туннэдайн с надеждой огляделся, но Альбана Ки нигде не было видно. Он прошел вперед на десять шагов, поставил сумку на землю, затем встал, уперев руки в бока, и уставился на нее.

«Встреться со мной лицом к лицу, если осмелишься», — бросил он вызов. «Я хочу посмотреть тебе в глаза».

«Очень хорошо», — ответил Уайтсайд, спрыгивая с трапа. «Я так и сделаю. Вы счастливый человек, мистер Таннадайн. Вы сделали правильный выбор. Имоджин станет для тебя страстной женой.»

«Заткни свой грязный рот!»

Уайтсайд взмахнул пистолетом. «Помните, кто из нас вооружен, сэр.

«Я тебя не боюсь».

Похититель направился к нему, затем остановился, когда был в паре ярдов от него. Он встретил испепеляющий взгляд политика, не дрогнув. Он поднял пистолет.

«Бросьте деньги на землю и пересчитайте их для меня».

«Все это есть».

«Ради Имоджин, делай, что тебе говорят. Не заставляй меня стрелять. Она ненавидит вид крови. Он шагнул вперед и опрокинул мешок. «Пересчитай!

Туннэдайн был вынужден подчиниться. Надеясь на вмешательство Ки, он пришел к выводу, что детектив не в состоянии предложить ему помощь. Он был предоставлен сам себе, но, по крайней мере, у него был шанс против похитителя. Было ясно, что этого человека невозможно запугать и подчинить упорному сердитому взгляду, который Туннэдайн так успешно использовал против политических оппонентов. Сила была единственным ответом.

Когда он наклонился, то открыл сумку, открыл ее и высыпал содержимое на траву. Оттуда высыпались толстые пачки банкнот. Уайтсайд ликовал.

«Не беспокойтесь, сэр», — сказал он. «Леди стоит каждого потраченного пенни».

«Ты получил свои деньги — освободи ее».

«Сначала пересчитай. Я хочу быть уверен, что все на месте».

«О, это он», — сказал Туннэдайн, снимая ленту с первой пачки. «Если тебе так нужны деньги, возьми их».

Он швырнул банкноты в лицо Уайтсайду и отвлек его на достаточное время, чтобы завладеть пистолетом и отвести от него дуло. Они яростно сцепились. Однако политик не привык к дракам, и Уайтсайд постепенно взял над ним верх. Он развернул своего противника так, что Туннэдайн оказался спиной к изгороди на одной стороне поля. Раздался оглушительный выстрел, и бой был окончен. Политик напрягся, издал приглушенный крик, затем упал на землю, где и остался лежать, корчась. Рода вскрикнула, а Имоджин чуть не потеряла сознание. Уайтсайд спокойно наклонился и смахнул деньги в кожаную сумку.

Голова Каллена высунулась из-за изгороди.

«Я же говорил тебе, что не промахнусь с такого расстояния», — крикнул он.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Когда детективы покидали студию, они чувствовали, что смогли дать Люсинде Грэм хоть какую-то надежду и помощь. Она все еще испытывала явную боль, но в ее единственном видимом глазу мелькнул проблеск удовольствия, когда ее заверили, что ее ужасные травмы приведут к судебному преследованию нападавшего. Когда Колбек и Лиминг с грохотом спускались по длинной лестнице, сержант все еще был ошеломлен.