Билет в забвение
Шрифт:
«Как может такой образованный человек, как мистер Таннадайн, совершить такое?»
«Я подозреваю, что он заявит, что его спровоцировали», — ответил Колбек. «Возможно, конечно, что так и было, но никакая провокация не оправдывает того, что он с ней сделал. Мисс Грэм не могла сравниться с кем-то гораздо большим и сильнее ее.»
«У меня такое чувство, что я хочу хорошенько его припрятать, сэр».
«Я чувствую то же самое, Виктор, но в нашу задачу не входит осуществлять наказание. Это должно быть предоставлено тем, кто уполномочен это делать. Все, что мы можем сделать, это сообщить о том, что мы узнали, а затем попытаться найти Тунннадин. Он оглянулся через плечо. «Главное, что сейчас за ней хорошо ухаживают. Долли будет хорошей сиделкой.»
«Джордж Воэн тоже заслуживает благодарности. Именно он сообщил о нападении». Лиминг был озадачен. «Почему сэр Маркус не поверил слову собственного племянника?»
«Это было потому, что он не мог признаться самому себе, что совершил такую ужасную ошибку, выбрав Туннадина своим будущим зятем. Он принял его за чистую монету».
«Что он сделает, когда узнает правду?»
«Будет интересно узнать, когда мы расскажем ему об этом».
Выйдя из дома, они направились к ближайшей стоянке такси и наняли свой транспорт. На обратном пути в Скотленд-Ярд они обратили свое внимание на исчезновение Имоджен Бернхоуп, Роды Уиллс и двух мужчин, удерживавших их.
«Леди когда-нибудь выйдут на свободу?» — спросил Лиминг.
«Я не знаю. Уайтсайд и его друг не задержат их надолго. Они станут помехой. Я предполагаю, что они, возможно, не первые жертвы, попавшие в их руки, и, более того, не последние. Получив столько денег от этого похищения, — сказал Колбек, — они вполне могут поискать новую цель. Увы, в богатых семьях этой страны много не от мира сего и ничего не подозревающих молодых леди. Похищение людей — прибыльное занятие.»
«Это только в том случае, если они смогут опережать нас на шаг, сэр».
«Нам придется идти большими шагами, Виктор».
Прибыв к месту назначения, они направились прямо в офис Таллиса, чтобы сдать отчет. Он был явно встревожен.
«Это может быть неловко», — сказал он, теребя усы.
«Я не понимаю, почему это должно быть так, сэр», — сказал Лиминг. «Факты налицо. Нет никаких сомнений, что мистер Таннадайн избил ее».
«Ее травмы соответствуют описанному ею нападению», — добавил Колбек.
— Все это может быть правдой, — неуверенно сказал Таллис, «но мисс Грэхем, похоже, содержанка. Она совершенно открыто призналась, что была любовницей мистера Таннадайна.
«Какое это должно иметь значение, сэр?»
«Уж кому-кому, а тебе не следовало бы спрашивать меня об этом, Колбек. Суды весьма туманно относятся к обвинениям, выдвигаемым дамами легкого поведения, и, вероятно, они правы, поступая так. Такие женщины осознают опасность еще до того, как попадают в эти переделки. В глазах некоторых судей — и я не говорю, что согласен с ними, — слово кого-то вроде мисс Грэм имеет меньший вес, чем слово члена парламента.»
«Нет закона, который санкционировал бы жестокость», — сказал Колбек.
«Он выбил ей зубы», — сказал Лиминг, указывая на свой рот. «Сколько еще доказательств преступления вам нужно?»
«Не смейте приставать ко мне, сержант», — предупредил Таллис.
«Все, чего хочет юная леди, — это справедливости, сэр».
«Тогда давайте запустим процесс». Он взял со стола документ и протянул его Колбеку. «Это ордер на арест Клайва Таннадайна по обвинению в умышленном убийстве. На этот раз я обошел сэра Маркуса стороной, так что не будет дружелюбного магистрата, который просто погрозит пальцем заключенному, а затем освободит его. Возьмите джентльмена под стражу.»
«Он не джентльмен», — резко сказал Лиминг.
«У вас есть адрес мистера Таннадайна, сэр?» — спросил Колбек.
«Да, знаю, — ответил Таллис, «но лучшее место, где его можно найти, — это его клуб на Пэлл-Мэлл. Они с сэром Маркусом часто бывают там вместе».
«Сэру Маркусу нужно сказать правду о его предполагаемом зяте».
«Да, это так, но не жди, что он в это поверит».
Благодаря любящей заботе преподобного Перси Воана его тетя смогла стряхнуть с себя усталость, одеться и спуститься вниз. Хотя она все еще была крайне обеспокоена судьбой своей дочери, она больше не была подвержена приступам черного уныния. Сидя в кресле с высокой спинкой в гостиной, Паулина чувствовала себя уютно в присутствии своей сестры и двоих детей. Кассандра все еще могла придираться и шипеть, когда ее будили, но Эмма была успокаивающей гостьей, а ее брат — тем более. Паулина была ошеломлена, когда еще один член семьи Воан прибыл в Бернсайд Мэнор. Доминик Воан вошел в комнату, где его встретили с противоположной реакцией.
«Папа! «воскликнула Эмма, вскакивая, чтобы обнять его. «Так приятно видеть тебя!
«Приятно видеть тебя», — сказал ее брат, не менее довольный.
«Почему ты вмешиваешься, Доминик?» — спросила его жена почти раздраженно. «Мы прекрасно справлялись и без тебя».
— Не будь таким негостеприимным, «упрекнула Паулина, принимая поцелуй от своего шурина. «Мы рады видеть тебя, Доминик.
«Спасибо», — сказал он. «Я чувствовал, что мое место здесь».
«Ты как нельзя более желанный гость».
«Это зависит от того, что он сделает», — пробормотала Кассандра.
Эмма услышала комментарий. «Мама, это жестоко!»
«Как видишь, отец, «сказал его старший сын, «тетя Паулина в некотором роде поправилась. Она терпеть не могла оставаться наверху и быть отрезанной от последних новостей. Боюсь, однако, что этого было немного. Суперинтендант Таллис из Скотленд-Ярда остался здесь на ночь, а затем рано ушел с дядей Маркусом. С тех пор мы никого из них не видели.»
«Что случилось с инспектором Колбеком и сержантом?» — поинтересовался Воан.
«Из Лондона они ехали порознь. Все четверо должны были встретиться в Оксфорде, но мы действительно не знаем почему».
«О боже!» — сказал Воан со смехом. «Мы все учимся в шестерках и семерках, не так ли? Фактически, вся моя семья переехала сюда, в то время как почти все остальные уехали в Оксфорд. Если бы ситуация не была столь напряженной, у этого был бы большой комический потенциал. Из этого можно было бы извлечь отвлекающую проповедь, Перси.»
Викарий не согласился. «Я не думаю, что добрым людям Северного Черни нужно рассказывать о наших испытаниях и невзгодах, святой отец», — сказал он. «На публике я предпочитаю прикрывать все это завесой приватности».
«Перси читает замечательные проповеди», — сказала Эмма, одобрительно улыбаясь.
«У него редкий дар», — сказала Паулина.
Кассандра была нетерпелива. «Тогда пошли, Доминик. Зачем ты здесь?
«Это было потому, что я с нежностью вообразил, что ты, возможно, скучаешь по мне, моя дорогая». Он поцеловал ее в щеку. «Я, конечно, скучал по твоему обществу. Однако что на самом деле побудило меня к этому визиту, — продолжал Воан, — так это то, что я испытывал приступы вины.