Чтение онлайн

У меня было ощущение, будто я нахожусь в стеклянном ящике, откуда я могла видеть всё, что происходит вокруг меня, но не могла выйти, потому что меня заперли. Я много раз пыталась сбежать, но каждый раз меня ловили прежде, чем я успевала приблизиться к входной двери. В первый день я пыталась сбежать восемь раз, на следующий день - семь, потом - пять… и в итоге я поняла, что как бы ни старалась, из этого места мне не сбежать.

Я не видела Сальваторе после нашего последнего разговора. Один из охранников сообщил мне, что он уехал в Египет и вернётся в конце недели. И конец недели как раз был сегодня. Я не могла поверить, что прошла целая неделя с тех пор, как я застряла в его доме. Всё это время копы продолжали наматывать круги вокруг дома, пытаясь спасти меня и своего шерифа. Но я прекрасно понимала, что они лишь создают видимость того, что пытаются нас спасти. Все они ненавидели моего отца из-за его безнравственного образа жизни, и теперь они, вероятно, ликовали, что избавились от него.

Каждую ночь я смотрела на луну и молилась за свою мать. Я молилась, чтобы она была в безопасности, от всего сердца желая, что бы она уехала как можно дальше от этого города, и никогда больше не сталкивалась с Сальваторе.

Постепенно я начала терять надежду. Глубоко внутри я знала, что Сальваторе не отпустит меня, что он собирается держать меня здесь до конца моих дней, которых, вероятно, у меня осталось не так уж и много. Единственной возможностью сбежать - было бы убийство Сальваторе. Либо моя жизнь, либо его. Я не была убийцей, но чтобы выжить, мне, возможно, пришлось бы ей стать.

Я ненавидела Сальваторе, потому что он забрал у меня всё. Он забрал у меня Лангу, моего отца, мою мать, мою жизнь и невинность. Не прошло и месяца с момента моего появления здесь, а я уже была сломлена. Но больше всего я ненавидела и винила саму себя. Этого никогда бы не произошло, если бы в тот день я послушалась отца и не спустилась вниз, чтобы взглянуть на людей, которых отец пригласил к нам в дом в тот вечер. Сальваторе никогда бы не узнал, кто я такая, если бы я не выглянула из-за угла и не встретилась с ним глазами. Если бы только я послушала предупреждения бабули о человеке с серыми глазами. Если бы только я не пошла в «Lounge Languid» чтобы посмотреть выступление Рэйчел. Мне бы хотелось никогда не танцевать с ним в ту ночь. Не улыбаться ему так, как я это делала, когда он держал меня в своих руках, покачивая в танце, положив мою руку себе на грудь, пока мы двигались в танце. Мне очень жаль, что я ослушалась отца и нарушила его правила.

Теперь посмотрите на меня…

Я сидела на полу посреди фойе, подтянув колени к груди, и смотрела на входную дверь особняка Сальваторе, который с лёгкостью мог конкурировать по изысканности с замком королевской семьи, периодически отвлекаясь на вид за окном. Вид открывался на территорию с фонтаном посреди круговой подъездной дорожки. Я наблюдала за этим прекрасным видом, и мне казалось, что свобода так близко. Обычно входная дверь была закрыта, потому как, я не оставляла своих попыток сбежать, но два дня назад, ничего не планируя, я просто попросила оставить её открытой, чтобы я могла сидеть и смотреть во двор. К моему удивлению, они исполнили мою просьбу.

Я даже не думала о побеге. Я просто смотрела, наблюдая за красивым фонтаном в форме дракона, окружённого непрерывным потоком воды. Каждый день я садилась здесь и молилась, чтобы к подъездной дорожке подъехала машина и волшебным образом моя мать, или ФБР, или ЦРУ, или кто-нибудь пришёл и спас меня из этого кошмара.

Но дни шли, и никто за мной так и не пришёл. Как бы я не надеялась на чудо, в глубине души я знала, что этого никогда не произойдёт. Сальваторе был опасным человеком, и, вне всякого сомнения, ни Том, ни Дик, ни Гарри не осмелились бы прийти сюда, если бы у них не было желания умереть.

— Мисс, вам пора поесть.

Одна из множества служанок присела передо мной, закрывая мне обзор, и я несколько раз моргнула, чтобы восстановить фокус, глядя на молодую девушку перед собой.

— Синьор Эспозито скоро вернётся домой, и вы должны быть готовы к его приезду, — продолжила она.

Девушка была итальянкой, я сразу это поняла по её акценту. На самом деле, мне нравилось, когда люди говорили на ломаном английском с небольшим акцентом, я находила это таким уникальным и привлекательным. Эта девушка напомнила мне Лангу и её сильный акцент всякий раз, когда она говорила по-английски.

Я понимала, что лучше не спорить с ней. Я не хотела разозлить Сальваторе, ведь он не угрожает просто так, и я не желала, чтобы он наказал меня. Воспоминание о том, как моего отца зажарили заживо, убивало меня, и до сих пор не знала, что с ним и где он в данный момент. Часть меня просто молилась, чтобы он умер, поскольку Сальваторе уже его уничтожил, и я не могла себе представить, какую боль он испытывал.

Я позволила ей помочь мне подняться, и она провела меня через дом в столовую, где для меня уже был приготовлен обед. Я съела немного севиче4, приготовленного для меня шеф-поваром, и выпила стакан воды. Затем служанка снова подошла ко мне и проводила меня обратно в спальню Сальваторе, прямиком в ванную комнату, велев мне раздеться. Ванна уже была наполнена водой, и я подумала, что она решила меня искупать, поскольку до этого я отказывалась это делать.

Глубоко вздохнув, я залезла в ванну, позволив ей поскрабировать мою кожу. Я закрыла глаза, чувствуя пузырьки вокруг себя, и лёгкое покачивание воды при каждом движении. Мне было страшно, и я не могла думать ни о чём, кроме Сальваторе, который скоро должен был вернуться домой.

Следующее, что я помнила, как я сидела в гримёрке, а девушка стояла позади меня, аккуратно выпрямляя утюжком пряди моих волос. Я взглянула на платье, которое они на меня надели. Платье было от Givenchy, по всей длине расшитое серебряными блёстками. Вырез был достаточно откровенный и глубокий, а рукава длиной до самых запястий, спина была полностью открыта и высокий разрез красовался у левой ноги. Самое красивое платье, которое я когда-либо видела. К платью мне предложили серебряные туфли Saint Laurent и пару бриллиантовых серёжек, и, судя по тому, насколько тяжёлыми были серьги, они, должно быть, стоили целое состояние. После того, как служанка привела в порядок мои волосы, которые превратились в птичье гнездо, ведь я пренебрегала ими в последнее время, она собрала их в элегантную прическу, скрепив их мерцающей заколкой. Затем она подошла и провела щёточкой по моим бровям, нанесла тушь на ресницы, красную помаду на губы и румяна на щёки. Она делала это с нежностью, не говоря при этом ни слова, заставив меня на мгновение почувствовать себя в безопасности рядом с ней.

†††

Сальваторе усадил меня к себе на колени, обняв одно рукой за талию, а другой нежно гладил мою обнажённую спину, отчего у меня по спине пробежали мурашки. Ужин был устроен для двоих, в его огромном саду. Мы были окружены пышной травой и цветами, красиво подстриженными деревьями и множеством статуй горгулий, разбросанных по всему саду, создавая сказочную атмосферу. Он провёл носом по моей шее, вдыхая мой запах, пока я сидела в его объятиях, бессильная и потрясённая.

— Что ты делал в Египте?

Я решила спросить, чтобы отвлечь его и себя от нежных чувственных прикосновений к моему телу. Он откровенно говорил о том, как хочет меня, рыча мне на ухо о том, как сильно ему нужно быть похороненным глубоко внутри меня, и как он скучал по моему запаху.

— Я заказал особый саркофаг, который можно было бы поставить в нашей спальне.

Я не упустила, что он сказал «наша спальня», и от этого у меня волосы на затылке встали дыбом. Я не хотела иметь ничего общего с ним, его спальней или его жизнью, но я не осмелилась произнести это вслух, потому что боялась того, что он сделает со мной, если я осмелюсь возразить ему.

— Что это? — переспросила я, не расслышав точно что он сказал.

— Саркофаг. Ты скоро сама увидишь. Пока мы будем ужинать, его установят в спальне, — он ответил мне.

Меня не особо заботило, что он делал в Египте, и меня не волновали сувениры, которые он получал или покупал. Я просто хотела уйти, но была слишком напугана, чтобы перечить ему.

— Как часто ты совершаешь подобные поездки?

Решила я снова сменить тему. На самом деле это не было отвлечением, в основном я хотела узнать о нём больше. Я мало что знала о Сальваторе, но мне хотелось узнать больше о человеке, который держал в страхе наш город.