Чтение онлайн

Суждения его спутницы выдавали её превосходные знания о лошадях. Интересно, где же она жила, если «выросла в седле»? Хью хотелось, чтобы Кит призналась, что именно с ней он встретился в парке тем утром. Не то чтобы Хьюго в этом сомневался, но он желал, чтобы она созналась сама. 

Он ничего не имел против существования секретов у мисс Синглтон – но лишь до тех пор, пока у неё не будет секретов от него. Хьюго вдруг осознал, что размышляет о… Великий Боже! О чём он только думает? С трудом отбросив непрошенные мысли, Хью сосредоточился на том, что говорила Кит. 

– Я вижу несколько великолепных животных, но, судя по всему, большинство кобылок, на которых восседают эти леди, отнюдь не норовливы. Вон у той вороной спина чуточку вогнута, вам не кажется? И я не одобряю того, что бедным лошадкам отрезают хвосты – смотрится унизительно, да и животным не на пользу. 

– То есть вы предпочитаете, чтобы хвосты оставались длинными, - пробормотал Хью, всё ещё гадая, почему же его так волнуют её секреты. 

– Взгляните, это не принцесса Эстерхази? Жена австрийского посла – вон та маленькая брюнетка в зелёном прогулочном платье? Там, около дамы с половиной страуса на голове? Кстати, что я ещё терпеть не могу – так это чрезмерное увлечение страусиными перьями. Вы не согласны? 

Хьюго бросил взгляд в указанном направлении. 

– Нет, это не принцесса, хотя и похожа немного. А в каком возрасте вас начали обучать верховой езде? 

– Я забыла. А вы где выросли, мистер Девениш? – живо спросила Кит. – А то мы всё обо мне да обо мне. Я же так мало о вас знаю. 

Маленькая плутовка вновь сменила тему. И чтобы не показаться невоспитанным, придётся дать ответ на её вопрос. 

– Детские годы я провёл в Шропшире, - коротко ответил Хью. 

Кит заинтересованно вскинула голову: 

– Детские годы? Вы хотите сказать, что куда-то переезжали? Или вас рано отправили в школу? Признаться, мне кажется, что в Англии мальчиков зачастую отсылают в школу в излишне юном возрасте. Вас отправили в школу ещё совсем ребёнком, мистер Девениш? 

– Не в школу. В море. 

– В море? Как необычно... это ведь необычно? Я мало что слышала о сыновьях английских джентльменов, отправленных в море в раннем детстве. 

– Верно. – Он помолчал, так как был вынужден объехать скопление людей, возникшее на пути у экипажа. – Но я уже говорил, что я не обычный сын джентльмена. 

– Что вы имеете в виду? Вы хотите сказать, что ваш отец не принадлежал к знати? – Хотя вопрос был задан как бы невзначай, Хьюго заметил направленный на него излишне пристальный взгляд своей спутницы. Почему её так интересует респектабельность его отца? 

– Не отец. Мать. 

– О, и как же... Нет! Мне крайне жаль, мистер Девениш. Я была так вульгарно назойлива. Мне не следовало задавать такие личные вопросы. Как вы думаете, зима в этом году будет ранняя? На некоторых деревьях листва уже начинает желтеть. 

Хьюго улыбнулся резкой смене темы. 

– И сколько же зим вы провели в Англии? Известно ли вам, когда листва должна желтеть? 

– О, как нелюбезно с вашей стороны, сэр, - рассмеялась его спутница. – И правда, английскую осень я ещё не видела, но очень многие замечали, что листва нынче желтеет рано, и я решила, что высказывание на подобную тему будет вполне безобидным. Что ж, тогда расскажите мне о Шропшире – это уж точно превосходная тема для беседы. 

Хью вновь улыбнулся: 

– Ну хорошо. Шропшир... дайте подумать. Это одно из графств в центральной части Англии, ближе к северо-западу, недалеко от границы с Уэльсом. Столица графства – город Шрусбери. Благоденствие Шропшира поддерживается в основном за счёт молочного скотоводства, земледелия, а также лесозаготовок и добычи угля. 

Кит поморщилась: 

– О, какой кошмар. С тем же успехом я могу открыть путеводитель. 

– Вам трудно угодить, мисс Синглтон, - вздохнул Хьюго. – Ну ладно, это очень красивое место, там много холмов и лесов и всё утопает в зелени. 

– Спасибо, мистер Путеводитель. Всё это, разумеется, ужасно интересно. – Смешинки в девичьих глазах говорили об обратном. – Но на самом деле я хочу узнать о вашем доме, о том, чем вы занимались, когда были мальчишкой, где прятались, с кем играли, и всё такое, а вовсе не о всяких скучных вещах наподобие распространённых в Шропшире отраслей промышленности. Мне нравится слушать, как люди рассказывают о своём доме. Понимаете, у меня самой его никогда не было, но я всегда мечтала о том, каким он может быть, продумывала всякие мелочи вроде мебели, ковров и тому подобного, выдумывала истории о семейных вечерах у камина... 

Кит осеклась. 

– У вас никогда не было своего дома? 

Она издала торопливый отрывистый смешок. 

– Ну конечно же был – у каждого есть свой дом, верно? – слишком уж настойчиво, по мнению Хьюго, попыталась убедить его она. – Я имела в виду дом в Англии. Я часто выдумывала истории об Англии, понимаете, как любой человек, живущий не в родной стране. Разумеется, дом у меня был! 

Хью пристально вгляделся в лицо своей спутницы, но по его выражению не смог определить, о чём она думает. Кит смотрела на парк, на каких-то детишек, плывущих по пруду на утлой лодчонке. Когда она заговорила о доме, в её голосе прозвучали нотки, от которых защемило сердце... 

Неужели у неё никогда не было собственного дома? Нет никаких оснований подозревать нечто подобное. Вот только эти странные нотки в её голосе... 

Он вдруг вспомнил, зачем пригласил девушку на прогулку – чтобы побольше разузнать о её происхождении. Хьюго не ожидал подобного поворота. Ему нужны факты, а не эмоции, мечты или такие неопределённые доводы, как тон её голоса. 

– И где же был этот ваш дом? – спросил он. 

Кит рассмеялась и погрозила ему пальцем: 

– Нет-нет! Я первая спросила. Вы должны рассказать мне о доме, в котором прошло ваше детство, и я добавлю эту историю в свою копилку. А уж потом, возможно, расскажу о своём собственном доме. 

– Я мало что могу рассказать. По большей части я находился под неусыпным надзором довольно-таки строгого и лишённого воображения наставника, считавшего, что латынь и греческий – это всё, что нужно знать маленькому мальчику. Оставшееся время я был предоставлен сам себе. 

– Но, разумеется... а что ваши родные? 

– Мать умерла, когда мне было шесть. 

– О! Мне очень жаль. Моя тоже. – Кит мягко положила руку на его колено. – Я знаю, каково это. Вам очень её не хватало? 

– Да нет, - откликнулся Хью. – Мы нечасто виделись. Она предпочитала Лондон.