Чтение онлайн

— А и верно — получается что наша. Главное — не наврать, что сами завалили подранка — не поверят.

— А если в башку клинком потыкать?

— Тогда точно не поверят — туша уже околела, похоже, кровь идти не будет, — покачал головой Такай.

— Проверим?

Принц снова начал лучится воодушевлением. Робко и аккуратно, но всё равно это чувствовалось. Шоуки идея подходить к туше была не по душе. Да, рассмотреть её хотелось, и из чистого любопытства, и — необходимости. В будущем ему на таких охотиться предстоит! Но с другой стороны, его нервировал до дрожи этот третий глаз твари. Всё казалось, что монстр на него смотрит. Пристально так. Наверное, дело было в том что он вообще в первый раз видел настоящего монстра. Ну почему нельзя позвать старших, и только потом радостно дёргать м’кари за иглы?! А именно этим кариты заняться и собирались. Конечно, парни ещё были настороже… Ну, может кроме Кими. Шоуки поглядывал и на них, и по сторонам, и на тварь — видел.

И чем ближе они подходили к туше, тем сильнее шалили нервишки. В десятке шагов Шоуки уже готов был поклясться, что оно на него смотрит. В упор, здоровенным как хорошее яблоко, белёсым буркалом. Невольно отставать начал, не сводя с морды монстра взгляда. И потому, наверно, успел среагировать, когда туша выпрямилась как пружина, выбрасывая вперёд длинную, покрытую толстыми кожистыми пластинами лапу. Чёрные острые когти едва не мазнули по его одежде на груди, прежде чем завершить хватательное движение.

Принца просто оттолкнуло, задев плечом рванувшей вперёд туши, кто-то из парней с запозданием шарахнулись прочь. Такай, отшатнувшись от пронёсшейся мимо него лапы успел выхватить клинок и тут же, снизу вверх рубануть по сгибу локтя, удачно попав лезвием между толстых кожистых пластин. Тварь взревела, и не смогла сделать новый рывок вперёд, опершись на выброшенную вперёд раненую лапу. От её рёва Шоуки едва не оглох, выхватил собственный клинок, продолжая торопливо отступать назад. Не поворачиваться спиной к опасности, не поворачиваться… Вон, лёгкий взмах хвоста, и двое парней с воплями катятся в кусты. Видели бы, успели бы перепрыгнуть эту дубину. Такай тоже пятится, но — забирая влево, клинок обнажён, лезвие чуть алое по кромке. А тварь, сверля парней взглядом всех трёх глаз выпрямилась, стоя на четырех задних лапах, и совсем по-человечески придержав раненую переднюю правую передней левой. Выглядело чудовище очень раздражённым. И сильно раненным — кожистые пластины покрывавшие грудь и часть живота твари были местами взрезаны, один бок располосован, из-под гривы костяных игл на спине поблёскивал меч, то ли воткнутый в шкуру, то ли застрявший в жёстких иглах и густой шерсти, покрывающей бока. Мгновение все сверлили друг друга взглядами, (ну из тех кто не валялся на земле оглушённым, и не орал в кустах), а потом тварь снова рванула вперёд, прямо на Шоуки, широким взмахом когтистой лапы отбив в сторону клинок Такая.

— Шо!!! — рявкнул он, и не успевающий увернуться от рывка твари Шоуки вскрикнул, взмывая в воздух. Тварь попыталась затормозить, задрав морду. Шоуки опешил сперва, но потом привычно извернулся в воздухе и перепугу метнув клинок в морду почти проскочившей под ним зверюги. Довернул, заставив лезвие изменить направление и почти горизонтально полоснуть тварь по глазам. Взревевшая туша пронеслась дальше, Шоуки больно ударился пятками о землю и тут же ушёл в перекат, гася инерцию, но практически сразу Такай снова толкнул его своей духовной силой, но на этот раз не подбрасывая вверх, а отшвыривая в сторону. И хорошо — только бок обожгло хлёстким ударом кончика хвоста, а не приложило серединой этого бревна со всей дури. Но вот приземлится удачно не получилось, несмотря на всю практику. Покатился кубарем, проламывая кусты и отбивая всё что можно о выступающие из земли корневища деревьев.

Со стоном перекатился на бок, — в ушах гудело от рёва твари и каких-то глухих ударов. Кажется, или он отрубился на какое-то мгновение? Спохватился, схватился за пустые ножны. А, нет, клинок лежал всё там же, на тропе через лес. Он его чувствовал. Приподнялся, заметив, как принц торопливо тащит на себе бессознательное тело одного из парней, а за ним хромают, цепляясь друг за друга Кими и Акари. Оба бледные от боли и страха.

— Очнулся?! — Амарими глянул на него какими-то бешеными глазами. — Быстро, за деревья, туда где гуще! Пока Такай его на себя отвлёк!

Шоуки приподнялся, придерживаясь за ствол дерева, о который его и приложило похоже, и увидел, как невдалеке между деревьями мечется самый старший из их компании, Такай, а за ним, периодически врезаясь в деревья, мечется тварь. Да так глупо врезаясь…

— Что это он… — пробормотал Шоуки растерянно.

— Ты нормальные глаза ему выбил, — пояснил принц, аккуратно опуская ношу за большим деревом на землю. — А третьим он только сосуды и видит.

Голос его был напряжён. Губу закусил, глядя, внимательно за метаниями Такая, потом, похоже, что-то решил, и почесал обратно, к тропе.

— Сидите тут! — Велел, на ходу обернувшись. Шоуки ругнулся — ну куда он попёр?! Хотя наверно — за клинком. Тоже ножны пустые.

Такай, пытаясь оторваться от твари, невольно вывернул на тропу, чтобы обогнуть кусты в которых бы завяз на радость твари, тяжело дышащей, взрыкивающей от ярости и боли. Она сейчас чесала на всех шести лапах, припадая сильно на переднюю, поводила головой из стороны в сторону. Монстра шатало, но он всё ещё был быстр, хотя спотыкался и врезался в деревья то и дело.

— Постойте! — Шоуки побежал за принцем, собираясь ухватить его за воротник и оттащить назад, за деревья, но тут Амарими замер, будто чего-то выжидая, а потом резко дёрнул рукой вверх.

М’кари едва не подпрыгнул, будто какой-то гигант с размаху пнул его в самое брюхо между второй и третьей парой ног. Споткнулся, проехавшись по земле и заревел с такой яростью, что у Шоуки чуть ноги не подогнулись. Зато он сообразил — клинок принца валялся там, на тропе. И он сумел подхватить его на таком расстоянии и направить вверх — невероятно!

Такай успел отбежать за ближайшее толстое дерево, развернулся. Шоуки тоже замер подле принца, во все глаза глядя на раненую тварь. Та попыталась подняться, глухо кашлянула, из пасти засочилась кровь и какая-то желтоватая дрянь, да и на траву закапало обильно из-под брюха. Сделала несколько шагов на подгибающихся лапах, и рухнула, начав бестолково дёргаться и хрипеть булькающе.

Парни наблюдали за конвульсиями несколько минут не шевелясь. Потом подошёл тяжело дышащий, растрёпанный Такай, обойдя тушу по широкому кругу. Ещё помолчали.

— Нам не поверят. — глухо констатировал принц.

***

Дерево пропитывалось долго, тряпку то и дело приходилось смачивать в дурно пахнущей смеси м снова расстилать на размачиваемом участке. Не вымочишь как следует — замучаешься работать скребком. Если дерево впитает слишком много влаги — начнут отходить волокна, что тоже нехорошо.

Так и приходилось всё время проверять, насколько хорошо пропитались доски, и скрести, скрести липкие смолистые выделения, успевшие нацепить на себя огромное количество пыли и грязи. С древесиной красной горной лиственницы всегда так — вроде и просушишь, вроде и обработаешь пропиткой, потом настелишь, а она возьми, впечатлись перепадом температур, или тёплым весенним солнышком — и давай истекать вязкой коричневато-бурой смолой, мелкими липкими каплями.

По крайней мере, так слуга сетовал, что показывал, как правильно доски обрабатывать. Амарими не знал, верить ему или нет — подозревал, что дорогое дерево, привезенное издалека, быстро попилили, быстро застелили им террасу между двумя зданиями, да сделали вид, что оно уже просушено и проблем не будет. Так быстрее же! А если вдруг что — всегда можно сослаться на непредсказуемое поведение именно этой породы.

А может его специально сырым застелили — на случай провинившихся слуг или каритов? Со старших станется.