Чтение онлайн

— Валька, милый, ты откуда? — вспыхнула та солнечной улыбкой.

Индусский юнец, опешив от такой откровенности, тут же растворился в пространстве.

— Прямо из Москвы, сбежала от очередного любимого и сварливых родителей, — отвечала девушка, задорно покачивая вьющимися русыми локонами, которые очаровательно обрамляли ее миловидное, подернутое свежим загаром личико. Слегка замусоленный наряд тинейджера ей, как ни странно, жутко шел.

Валя была соткана из противоречий. Дочь известного в российских кругах журналиста, она с детства выросла на умных книжках и интеллектуальных фильмах, была подвергнута культурному воспитанию на основе современных методов развития творческих способностей в специальной английской школе, проходила усовершенствование своих навыков в Америке и с успехом закончила филологический факультет Московского университета. И даже преподавала на кафедре иностранных языков.

Но по прошествии времени все это вылилось в стремление обрести независимость от своей известной и влиятельной семьи, стать менее культурной, менее соответствующей правилам, которые ей осточертели еще с детства.

Казалось, что она задалась целью превратить свою жизнь в нечто противоположное тому, о чем мечтали ее высококультурные предки.

Она перестала ночевать дома, пропадая неделями с подозрительными друзьями, внезапно уезжала в другие страны и так же внезапно возвращалась, без денег, голодная и слегка потрепанная жизнью. Даже в быту Валя вела себя невоспитанно. Она разбрасывала свои вещи и одежду везде, где ей только заблагорассудится, часто забывала чистить зубы, умываться и даже расчесывать свои вьющиеся волосы. При этом, будучи все же очень привлекательной и сексапильной, она не придерживалась никаких правил приличия и меняла мужчин как перчатки, не делая из этого никакого секрета для окружающих.

Милая улыбка никогда не сходила с ее губ, но это ее не всегда выручало. Многие, кто знал ее только поверхностно, относились к ней не очень серьезно, некоторые осуждали за свободное поведение и манеры.

Но на самом деле она была Белой Тарой, той самой Богиней, которая благословляет и дарует долгую жизнь. Просто обычные люди об этом ничего не знали.

— Валюшка, я по тебе скучала, — сказала Стеша и опять залилась своей солнечной улыбкой. — Как ты? Что нового в твоей жизни?

— Как всегда: новый роман и новая трагедия. Теперь мне хочется побыстрее все забыть. Я приехала, чтобы сменить обстановку, отдохнуть и набраться новых впечатлений.

— И как впечатления?

— Да уже не успеваю впечатляться. Мужчины здесь на любой вкус, еле успеваешь отбиваться.

— Да, ты права, — подтвердила Стеша.

Валя заказала себе тоже кофе и опять обратилась к Стеше:

— Слушай, а почему ты одна? — спросила удивленно она. — Ты очень популярна здесь, смотри, как жадно на тебя смотрят мужчины. Неужели тебя они совсем не интересуют?

— Это все ерунда, — ответила Стеша.

— Странно, неужели они тебе совсем не нужны?

— Почему же, нужны, но не так часто, как они этого хотят, — ответила Стеша, рассматривая праздно гуляющую публику.

— Как это?

— Да так, мне они нужны только один раз в месяц для возгонки энергии, а такого мужчину очень сложно найти.

— Почему только так? — спросила Валя, прикрывая глаза от лучей заходящего солнца, которые врывались в огромное окно.

— Я принципиально не хочу серьезных отношений, это всегда порождает проблемы и несвободу. Я уже достаточно взрослая, чтобы не верить в сказки про какую-то прекрасную любовь. Все это полная фигня. Люди настолько разные, что найти человека, который бы тебя понимал и смог разделить с тобой жизнь, практически невозможно. В лучшем случае, это томительная привязанность, основанная на скуке и вранье. И я даже не могу понять, зачем людям все это нужно.

— Просто так их воспитывает общество. — Валя под пристальными взглядами индусов чувствовала себя совершенно свободно и непринужденно. Ее русые волосы легкими волнами спускались на худенькие плечи, придавая ее виду налет романтичности и загадочности.

— Спрашивается, зачем гробить драгоценную человеческую жизнь, подчиняя ее правилам, выдуманным недоразвитым обществом? — сказала Стеша, снимая шоколадную пену.

— Ну, пусть общество несовершенно, но ты не думаешь, что врешь сама себе, ведь любой женщине хочется иметь рядом с собой мужчину, опору, друга?

— Думаю, что не вру. Мужчины для меня ценны только как друзья и половые партнеры, что же касается остального, то есть романтики и пуси-муси, я смотрю на это как на бесполезную трату времени. И потратила я этого времени уже уйму. Как только возникают отношения, то тут же мужчина начинает тебе досаждать своей романтикой и требовать уйму внимания, начинает отгораживать тебя от других мужчин, ревновать, и еще, самое ужасное, — страдать. Это бывает так невыносимо, что единственной моей целью становится от этого куда-нибудь сбежать и в одиночестве опять обрести некое подобие свободы.

— А как же все-таки любовь?

— Валя, ты совсем как маленькая, любви нет. Просто есть желание кого-то поиметь. Если бы люди могли любить… Любовь — это то, что выше эгоизма и желания удовлетворить собственные потребности. Может быть, и возникают проблемы именно из-за того, что люди называют этим словом совсем не то, что они имеют, а то, что им только хочется иметь. Это самообман, который крепким капканом держит людей в сансаре, потому что они видят в простом желании иметь привлекательный объект нечто возвышенное. Нечто превосходящее их обычную рутинную будничность. Просто они не в состоянии видеть, что есть более высокие ступени, надо лишь попробовать подтянуться выше. Но они не задумываются об этом. А потом удивляются, почему все заканчивается душевной болью?

— Ты поэтому отказалась выходить замуж за Санжея?

— Не только… Основная причина все-таки была в том, что у индусов, как ни странно, сильно довлеют правила подчинения семье. Ну и, конечно, сыграло свою роль то, что Санжей не занимается духовной практикой, а это значит, что никакого взаимопонимания не получится. К тому же у нас разные религиозные конфессии. Хотя я глубоко уважаю индуизм, однако в одном доме две религии как-то не очень уживаются.

Да и Джецун была против нашей женитьбы, и я теперь понимаю, что она была совершенно права.

— Но он же такой добрый, вдруг бы что-нибудь и получилось. Ради этого можно закрыть глаза на многие вещи.

— Да, я не спорю, он очень хороший и заботливый, но я не уверена вообще, нужна ли мне семья как таковая. Все чаще приходится убеждаться, что любая семейная жизнь неизбежно выдвигает приоритет физиологии. Это не только постоянный секс, на который уходит уйма энергии и драгоценное время, но и элементарное потребление пищи. Ты же знаешь, как мужики много едят…

Ну представь себе: человек сидит в туалете и удивляется, насколько легко его организм преображает ароматные фрукты и овощи в нечто вязкое и дурно пахнущее. Это уже порождает проблему, потому что этим вязким и дурно пахнущим наполнены буквально все. И все ежедневно что-то потребляют и перерабатывают. И мне иногда кажется, что миллионы людей этим, в сущности, и живут. И носят эту неприглядного вида смесь в своих телах. Еще страннее думать, что этим же самым наполняется и мое тело.

Но когда я одна, я могу не идти в магазин и не готовить, а свободно посвятить свое время книгам, творчеству или практике. И мысли о содержимом наших тел уходят на второй план, потому что я могу заполнять не только желудок, но и мозги, и гораздо более достойной пищей.

А если я выйду замуж? Мне придется каждый божий день думать о том, что купить, что сготовить и чем накормить семью, не говоря о прочих заботах. То есть моя жизнь превращается в стирание белья, в уборку жилья, в обслуживание семейной фабрики по переработке пищи и извержению ее в туалете. А когда же жить, чтобы развивать свои мозги и душу?!