Чтение онлайн

Летящая птица свободна, но она ничего не знает о свободе. Только человек, даже если он заключен в тюрьму, знает, что такое свобода. Отсюда, с одной стороны – страдание и рабство, а с другой – мечта о свободе. Реальность, уродливая реальность, и возможность, сияющая невообразимо ярким светом.

Человек может страдать так, как не может страдать ни одно животное. Вы когда-нибудь видели животное, которое горько рыдает, проливает слезы, совершает самоубийство? Вы когда-нибудь видели животное, которое смеется, смеется глубоким смехом, исходящим из живота, сотрясающим самые его основы? Нет, все это возможно лишь для человека. Отсюда величие человека, отсюда его достоинство, и отсюда также его беспокойство.

Это беспокойство по поводу того, совершите вы что-то или нет, случится это на этот раз или нет. Это беспокойство – естественное следствие двух диаметрально противоположных возможностей: вы можете провалиться в ад или же вознестись на небеса.

Человек всего лишь лестница, и вы движетесь по этой лестнице, как мячик на резинке. В какое-то мгновение вы на небесах, а в следующее мгновение – в аду. В какое-то мгновение неожиданно возникает залитая солнцем вершина, а в следующее мгновение – самая темная долина из всех, какие когда-либо вам встречались. В какое-то мгновение – любовь и щедрость; а в следующее мгновение – гнев и скаредность. В какое-то мгновение сердце расширяется настолько, что может заключить в себя весь мир, а в следующее мгновение вы становитесь таким подлым, что не могли даже предположить, что способны на такую низость. Человек, как маятник, непрерывно движется между этими бесконечностями.

Твой вопрос важен, поскольку касается каждого. Это даже не вопрос, а нечто гораздо более существенное. Это проблема, и ответ здесь не поможет; должно быть найдено какое-то решение.

А возможных решений два. Одно – отступить назад и довольствоваться своей животной природой. Быть удовлетворенным – именно так пытаются делать миллионы: пить, есть, спать и забыть о более высоких вызовах, бросаемых жизнью. Ешьте, пейте и веселитесь, поскольку завтра нас уже не будет, – так рассуждает материалист.

Материалист принял низшее «Я»; он отрицает высшее «Я» просто в качестве самозащиты. Он отрицает его не потому, что знает, что высшего я не существует; нет, он вообще ничего о нем не знает. Он отрицает его, потому что, если не будет отрицать, он снова окажется в ситуации «или-или». Снова у него будут проблемы, снова нужно будет что-то делать, снова он лишится покоя. И снова его ждут странствия, скитания, дискомфорт, неудобства и опасности путешествия.

Лучше заявить, что высшего не существует, что Бога нет, что никакого Бога никогда и не было, что души нет, что нет ничего внутреннего, что у человека нет внутреннего мира, что человек лишь то, что он есть снаружи, что человек – это его поведение, и внутри у него нет никакой души.

Именно этому учили так называемые ученые-психологи, бихевиористы, от Павлова до Б. Ф. Скиннера, – тому, что человек – всего лишь поведение. Внутри никого нет, точно так же, как никого нет внутри машины. Машина – это функциональное образование, в ней нет органического образования, нет души. Вы можете ее разобрать, а затем снова собрать.

Именно на это надеются ученые: что рано или поздно они научатся разбирать человека и собирать его заново. По крайней мере, теоретически это кажется им возможным. Но это невозможно. Человека нельзя разобрать и собрать заново, потому что в нем есть кое-что немеханическое. И эта немеханическая часть – его красота и великолепие. Однако лучше ее отрицать; это делает жизнь более простой, менее беспокойной, менее проблематичной. Вы можете по-прежнему жить поверхностной повседневной жизнью, полной так называемых удовольствий, – есть, пить и веселиться.

Те, кто принимают такое решение, отвергают возможность, о которой говорит Атиша. Они отвергают возможность стать богами. Они соглашаются на что-то очень низкое, очень дешевое; они упускают нечто очень существенное. Да, со своим низшим «Я» вы можете чувствовать себя спокойно, вы можете договориться с сомневающимся «Я». Но тогда не будет роста. И не будет экстаза, потому что внутри вас никогда не родится будда. Вы никогда ничего не узнаете о сознании Христа. Вы останетесь в темноте – конечно, вам будет удобно, но что толку от этого удобства?

Гораздо ценнее творческая неудовлетворенность, гораздо ценнее опасность неизвестности, гораздо ценнее бесприютные скитания в поисках подлинного дома.

Религия для тех, кто не принимает низшее как начало и конец всего. Помните: я не призываю отвергать низшее, поскольку существуют глупцы, которые впадают в другую крайность. Одна разновидность глупцов отрицает высшее, утверждает, что его нет, и успокаивается на низшем. Другая разновидность глупцов отрицает низшее, утверждает, что низшего нет, что есть только высшее. Одни говорят, что Бог – это иллюзия, а истиной является мир. Другие говорят, что мир – это иллюзия, а Бог – истина.

С моей точки зрения, глупы и те, и другие, поскольку и те, и другие делают одно и то же. И те, и другие хотят покоя, удобства; и те, и другие отрицают полярную противоположность, и те, и другие отрицают возможность любого внутреннего напряжения. Запомните: именно внутреннее напряжение делает вас живыми. И чем больше напряжение, тем вы живее.

Вам это знакомо, вы это уже ощущали. В большей или меньшей степени это испытал каждый – притяжение к противоположности. Мужчина притягивается к женщине, и наоборот – почему? Отрицательный полюс электричества притягивается к положительному полюсу, и наоборот – почему? Почему происходит это притяжение к противоположности? Потому что именно в этом притяжении возникает жизнь. Как можно в этом напряжении оставаться мертвыми? Именно в этом напряжении вы начинаете пульсировать.

Те, кто успокаиваются и выбирают одно за счет другого, застаиваются, мертвеют. Материалист становится поверхностным, а ваш так называемый спиритуалист тоже становится фальшивым. Ваш так называемый материалист живет поверхностными удовольствиями, а ваш так называемый спиритуалист живет в воображении, в фантазиях. Оба упускают жизнь с ее животворными состояниями напряжения. Человек должен жить и тем, и другим, не отрицая ни то, ни другое, и так, чтобы обе части дополняли друг друга. «Да» не обязательно должно противостоять «нет»; нет никакой необходимости в том, чтобы «нет» противостояло «да». Они могут определять друг друга, они могут питать друг друга.

Именно на это направлены все мои усилия. Я даю вам новый завет о том, что земля и небо должны приниматься одновременно. Душа и тело, мир и Бог должны приниматься одновременно. В низшем нет ничего плохого, низшее должно стать основанием для высшего. Низшее должно функционировать в качестве фундамента; если вы его отвергнете, у вас не будет основания.

Именно поэтому религиозные страны, такие как Индия, становятся все беднее, беднее и беднее. Они лишились своих оснований и стали очень фальшивыми. Как можно быть честным, если отрицать то, что вас окружает и так реально? Как можно быть честным, утверждая, что мир – это иллюзия, майя? Вы знаете, что это не так.

Даже человек, утверждающий, что мир – это майя, не пытается пройти сквозь стену; он проходит через дверь. Если и то, и другое – майя, иллюзия, то какая разница? Какая может быть разница между двумя иллюзиями? Одна немного менее иллюзорна, а другая – немного более? Даже человек, утверждающий, что мир – иллюзия, не начинает питаться камнями. В чем тогда разница между хлебом и камнями? И то, и другое – иллюзии; и то, и другое – сны.

Отрицая мир, вы теряете связь с реальностью. Именно это произошло на Востоке и особенно в Индии. Индия потеряла ощущение реальности, утратила свои корни в земле. Она стала незаземленной, немного призрачной. Таково мое ощущение Индии: Индия – это призрак, утративший свое тело. И ответственность за это лежит лишь на ней самой. Ей не хватило храбрости, чтобы принять полярные противоположности. Индия стала бедной, стала уродливой, стала больной.