Блондинка в бегах
Шрифт:
– Что с тобой случилось, Мики?
– Мне пришлось переждать шторм. И потом я проспал, да ещё и в двигателе обнаружились неполадки. Надо ставить новый охладитель масла.
– Я так беспокоилась...
– Перестань, ты же знала, что я вернусь. Успокойся.
– Я присел на край кровати, ощущая источаемое ею тепло. Я нагнулся и дотронулся до её локонов, рассыпавшихся по плечам.
Роуз положила мне руку на голову и потрепала за волосы.
– У меня был кошмарный сон про тебя - жуткий!
– Но я же вернулся, со мной все в порядке, милая!
Не сводя с меня пристального взгляда, она медленно кивнула. И тут вдруг случилось то, чего раньше с ней никогда не было - она разрыдалась! Я много раз видел, как Роуз плакала от ярости или отчаяния, но на сей раз это был нежный счастливый плач.
– Не надо плакать, милая, - сказал я. И мы стали самозабвенно целоваться. А я подумал, какой же я все-таки везунчик - даже если бы вся эта история закончилась для меня электрическим стулом, я ни о чем не жалел.
Потом, когда я уже устало провалился в блаженный сон, Роуз меня вдруг растолкала. Я вскочил.
– Что такое?
– Да ничего, - мягко ответила она и, легким толчком отбросив меня обратно на подушку, прижалась к моей груди.
– Мики, можно я тебе кое-что скажу?
– Конечно.
Ее губы сложились в какие слова, но я ничего не услышал. Наконец она выпалила:
– Знаешь, я кажется, в тебя влюбилась. Только не иронизируй - я серьезно.
– А я и не иронизирую.
– Кажется, я это вчера поняла. Я чуть с ума не сошла - так за тебя волновалась. Я боялась, что больше тебя не увижу, и вдруг поняла, что если так и случится, я просто свихнусь. А сейчас, Мики, мне... так было... хорошо. Впервые в жизни мне стало ясно, что мужчина и женщина могут значить друг для друга... Можешь считать, что я свихнулась, но это правда. Я ведь говорила, что у меня было много мужчин. Но я просто хочу сказать, что до вчерашней ночи - ты был для меня просто очередным мужиком. Может, чуть лучших других, но все же... А я ненавижу мужчин. Секс для меня всегда был только способом добиться от мужика того, что мне нужно. Так оно было всегда, Мики, а иначе... если бы все мои мужики что-то для меня значили, хоть вот столечко... я бы с ума сошла. Я это могу тебе сейчас сказать, потому что когда ты сюда вошел, я обрадовалась как девчонка. Мики, в жизни не испытывала ничего подобного!
Она бросилась мне на шею и крепко обняла Я тоже обхватил её, не понимая, поверил ли я ей или нет. Мне всегда доставляло огромное удовольствие спать с Роуз. Но даже если это был просто пустой треп, меня это все равно не трогало - я был рад обладать Роуз на любых условиях. Я был бы даже рад просто смотреть на её фотографию на стене. Так уж я к ней относился.
– Мики! Родной мой! Я так тебя люблю! Что б мне для тебя сделать? Ну хочешь, возьми все мои деньги, все до последнего доллара!
– Меня вполне устраивает все как есть, - с опаской ответил я. Раньше она никогда не предлагала мне деньги.
– Нет, Мики, ты не понимаешь. Я хочу сделать для тебя что-нибудь очень важное! Все что хочешь. Хочешь ребенка? Я рожу тебе малыша!
– Нет, не хочу, - и я поцеловал её в щеку.
– Но ты должен позволит мне что-то для тебя сделать. Я хочу быть с тобой такой же, каким ты был со мной.
– Ладно, Роуз, есть одна вещь...
– Мои пальцы щекотали её ухо.
– Любимый!
– Она стала покрывать мое лицо жаркими поцелуями.
– Скажи мне: от кого ты скрываешься?
Неприятное было ощущение - её тело вдруг подобралось, одеревенело, и она отпрянула от меня так, точно я был ядовитой змеей - и я сразу пожалел, что задал этот вопрос. Забившись в дальний угол кровати, она злобно прошипела:
– Дурак, какого черта ты все испортил?
– Я-то ничего не испортил. Но ведь ты мечтаешь, чтобы наш вымышленный мир стал реальностью. Послушай, Роуз, я хочу чтобы между нами все оставалось по-прежнему, но если ты хочешь, чтобы все это было не понарошку... давай-ка раскроем карты. Ты должна мне абсолютно доверять. Я должен знать, что ты наделала.
– Что я наделала... Несчастный идиот, с чего ты решил, будто я что-то наделала? Я ничего не сделала!
Она приготовилась выпрыгнуть из кровати, но я отшвырнул её обратно. Мы несколько секунд боролись, но тут я имел преимущество, и у неё не было ни единого шанса. Прижав её к кровати и упершись коленом ей в грудь, я сказал:
– Я хочу все знать не из любопытства - просто это поможет мне защитить тебя. Ты видная девочка. Тебя на этих островах все запомнят. Так что рано или поздно нам придется сниматься отсюда. В Порт-о-Пренсе я случайно встретил старинного приятеля, И ещё не раз кого-то встречу. Я должен четко знать, что мне можно про тебя рассказывать, или мне вообще следует всех избегать. И еще...
– Что ты ему про меня рассказал?
– прошептала она со страхом.
– Лапшу на уши навесил. О Хэле можешь не беспокоиться...
– Да как ты можешь знать, о чем мне надо беспокоиться!
– Вот именно! Я должен все знать, для твоего же блага.
– Черт, да зачем тебе вообще было рассказывать ему про меня?
– Потому что я не смог от него скрыться, и он заметил меня на яхте. Такие яхты, как наша, за версту видно - я наговорил ему кучу вздора насчет того, что я служу капитаном на яхте одного богача. Неужели ты не понимаешь, если уж мне придется лгать - а я не прочь соврать ради нас с тобой - то я по меньшей мере должен ясно представлять себе, о чем я лгу! И ещё одна штука. Мне тут у Анселя на острове очень нравится. И тебе нравится - хотя бы иногда. Но если бы я все про тебя знал... тогда, может быть, мы смогли бы найти себе местечко и получше. Может быть, мы даже смогли бы пожить какое-то время в большом городе...
– Нет!
– Но почему ты все решаешь за нас двоих? Если полиция тебя повяжет, то ведь и меня вместе с тобой загребут!
– Я не совершила ничего противозаконного.
– Тогда чего же ты так боишься? Почему мы в бегах? Роуз, при том, как я отношусь к тебе, я бы ни за что не... испортил наших отношений. Но мне надо знать.
Роуз встала с кровати и прошлась по комнате. Потом подошла к кровати и уставилась на меня тяжелым взглядом - ну ни дать ни взять томная красотка с журнальной обложки. Она едва заметно дрожала.
Наступило тягостное молчание. Закрыв глаза, я сказал как ни в чем не бывало:
– Я все купил по списку. Вот отдохну немного и пойдем разгрузимся. Новые пластинки, которые ты просила, газеты, журналы. Я потратил 419 долларов 67 центов. Сдача у меня в бумажнике. Я тебе даже мороженого купил.
Она размахнулась, чтобы ударить меня по щеке, но я поймал её ладонь.
– Перестань вести себя так, точно ты мой наемный слуга!
– крикнула Роуз.
Я притянул её к себе.
– А разве ты ко мне относишься не как к слуге?
Она снова заплакала, прижимаясь ко мне всем своим горячим мягким соблазнительным телом, обнимала и шептала мое имя.
– Мики, мне даже страшно говорить об этом!
– Милая, тут только мы с тобой - и больше никого. Давай поговорим и вместе все обмозгуем. Я должен все знать - если ты хочешь, чтобы между нами все было так, как ... ты сказала.
Роуз как-то вся обмякла, точно умерла. Потом я услышал, как она шумно набрала полные легкие воздуха, села рядом со мной и проговорила: