Чтение онлайн

Что делать? Сказать ему или лучше промолчать? Если скажу, тогда-то он, наконец, поверит, что я не просто капризничаю. Но это серьёзно испортит его отношения с другими. После такого, отношения с ними можно и не восстановить. А я не хочу быть причиной разлада с семьёй и друзьями, какими бы они ни были. Может, просто с новой силой и на полном серьёзе нажать на тему переезда? В конце концов, одного моего уверенного желания должно быть достаточно для того, чтобы съехать? Ведь мы же партнёры!

У меня такой стресс, что можно начать заикаться, как когда-то в детстве. Тогда меня от заикания вылечила бабка-знахарка в деревне Тимофеевка, под Тольятти. Баба Наташа ходила вокруг меня и читала заклинания или молитвы. И после первого же сеанса я уже была в состоянии говорить, а после второго даже говорить, совсем не заикаясь. Поэтому я никогда не стану атеисткой. Как это глупо — верить в ничто!

В этот раз меня от заикания спасает гитара. Я больше не выхожу из комнаты. Гитара, гитара, гитара…

«Деньги пропали? Да мне во всём мире ключи от „квартиры, где деньги лежат“, давали после первой встречи. В Лондоне, в Брайтоне, в Москве, В Индии, в Таиланде. И никто об этом не жалел. Как бы я ещё смогла путешествовать?»

Этим людям просто не хочется посмотреть мне в глаза. Они выбрали не смотреть ещё до того, как я сюда приехала.

— Пожалуйста, давай переедем! Мне здесь очень плохо!

— Что тебе опять не нравится?! Я не хочу больше об этом говорить!

«Моего желания не достаточно».

— Хорошо, на этот раз я хочу с тобой серьёзно поговорить, — продолжаю я.

— Что ещё? — он раздражённо морщится.

— Пойдём в парк, поговорим там.

— Это к лучшему, я могу выйти из себя и не хочу, чтобы меня слышали, раз уж этого разговора не избежать.

Мы молча идём в парк. Я обдумываю, как бы сказать всё помягче. Вот у него будут глаза! Наконец, он поймёт, что это не просто необоснованный каприз, что я ничего не придумываю и что действительно нужно срочно съезжать.

— В общем… я слышала разговор и… В общем, они сваливают на меня пропажу денег у соседки… — выпаливаю я на выдохе и жду взрыва.

Пауза.

— Ну что ж, их можно понять, ты очень асоциальна, — вяло, без интереса отвечает мужчина моей мечты, мой белый рыцарь, который обещал быть моей защитой и опорой не меньше, чем до конца моей жизни.

Я в замешательстве открываю рот и молчу.

— Это всё? — спрашивает он, зевая.

— Эээ…

— Я вымотан, хочу отдохнуть. Пошли в дом.

Мы молча возвращаемся в дом. Там он подобострастненько здоровается с соседкой. Спрашивает, как она. Несколько слов бойфренду соседки. Несколько слов снохе. Со всеми мил и сахарно дружелюбен. Со мной подчёркнуто сух. Глазами даёт понять всем, насколько ему со мной тяжело, как бы призывая их в свидетели. Всё, он сыт по горло моим неуместным поведением. Сколько ещё я буду испытывать его терпение? Я не умею налаживать отношения с людьми. Да придёт ли этому конец?

Охота на ведьм в разгаре. Местные мещане с широкими взглядами опять недосчитались долларов. Деньги-то потом найдутся, но осадок неприятный останется. «Ели, пили, веселились, подсчитали — прослезились». Ресторан, новые шузы… Всё равно виновата ведьма. Держите её. Кто на скотину мор нагнал? А яблоня третий год не родит?

Меня обвиняют в ереси. Вон и костерок уже развели. А мой единственный и любимый, дабы выглядеть достойно в глазах родни, подкидывает в него дровишек и сам себя, конечно, оправдывает тем, что их всех можно понять. Вполне объяснимая травля, раз они не знают, чего от меня ждать. А он, естественно, делает выбор не в мою пользу. А потому, милый друг, что семья — это важнее!

По атмосфере ситуация напоминает «Догвиль» Ларса фон Триера. Нет, это уже даже не фильм. Это мыльная опера. Индийская мыльная опера. Есть отрицательные герои, которые до корней волос отрицательные, и все телезрители это видят с первого кадра. Есть главная бесхарактерная героиня, это я, которая не может всех послать на «ухо», пинком открыть дверь и удалиться. Есть и главный бесхарактерный герой, который к тому же настолько туп, что не замечает того, что видят все телезрители с первого кадра. Смехота. Но как его не понять? Можно быть храбрым воином на улице, но не в кругу друзей и людей, чьё мнение для тебя важно. Их толстеющие или дурнеющие подруги науськивают его на меня. Я им не нравлюсь. Конечно, с моими квадратиками на животе и светлыми волнистыми волосами, кому я понравлюсь? Да вот, горжусь я собой. Горжусь и не скрываю. Глотайте, самки. Кому что. У кого жизнь с финансовым благосостоянием удалась, а у кого — тело.

На дворе Хеллоуин. Люди вырезают из тыквы монстров и ставят на крыльце. Некоторые проявляют массу фантазии. У нас тоже есть свой монстр.

Тыква. Опять тыква. Карета в тыкву, кучер в… Да плевать на кучера! Но когда твой принц превращается в крысу, вот это драма!

Итак, пришло время называть вещи своими именами: этот человек — подлый пресмыкающийся клоун и предатель! А ведь мог бы остаться «белым рыцарем». Я бы закрывала глаза на его недостатки и скрывала бы их от других и подставляла бы опору там, где он теряет равновесие, сбитый с ног своими мелкими слабостями. Но он предпочёл навсегда остаться в моей памяти верным слугой низкопробной, лицемерной общины. Всплывают пророческие слова, сказанные в Лаосе француженкой-психиатром:

«И пожалуйста, запомни, Анна, если ты встретишь ну очень-очень хорошего парня, беги! Ему есть что скрывать. Любые перегибы — зло. Возможно, это говорит болезненная уверенность в собственной ничтожности, порождающая ненависть к миру. Людям, которые не зафиксировали у себя подобных отклонений, нет нужды притворяться ангелами. Очень-очень хорошие люди по факту маньяки, по меньшей мере, латентные. Они знают или подозревают о своих отклонениях и скрываются под маской „хорошести“…»

Ему есть что скрывать. Что же?

Уверенность в собственной ничтожности, сказано же. Он выбирает «королей» с уже существующей империей и начинает им служить, поскольку сам не в состоянии создать свою собственную империю. Мимикрирует под них. Покупает их внимание. Платит за отношение. Так же он служил и мне, когда у меня была своя «империя» дорог и свободы. Теперь я её потеряла, у меня не осталось ничего, кроме него. Служить мне ему больше не интересно, я и так у него в кармане, и уже ни к чему метать передо мной бисер. Теперь перебежчик лебезит перед другими властелинами.

Есть одно высказывание на этот счёт: «Главное заблуждение женщины в том, что она думает, что он изменится. Главное заблуждение мужчины в том, что он думает, что она никуда не денется».

Лучше не скажешь.

Я ясно понимаю: даже если бы мы переехали, ничего бы не изменилось. Дело не в них, а в нём. По иронии, я даже должна быть им благодарна за то, что, создав такие несовместимые с жизнью условия, они в кратчайшие сроки, за какие-то полгода, показали мне всего его, как он есть, со всем его пассивно-вероломным раболепием. Ничего не утаили. В нормальных условиях это могло занять годы.

— Спасибо вам, кучка паршивцев! А дураку — дурацкая жизнь!

Ну, что ж. Наверное, он хочет, чтобы я догадалась уехать сама? Он просто вынуждает меня уехать. Значит, время ехать. Я в туманной прострации, требую билет и уже собираю вещи. Таков первоначальный уговор. Билет с него. «Он меня уважает и поэтому, конечно, исполнит обещание купить билет по первому требованию».

Всё, билет в Россию куплен, сумка собрана. Я встаю по будильнику. Кладу его антикварные бриллианты в бронзового лебедя на ночном столике.