Чтение онлайн

Моржов насторожился, ожидая чего-то явно неприятного.

– Как ваши дела, Борис?
– дежурно поинтересовался Манжетов.

– В порядке. А как ваши дела, Александр?
– тотчас ответил Моржов, будто для проверки толкнул Манжетова в бок.

Манжетов чуть вздрогнул, словно сморгнул своё отупение. Нарушение субординации уравнивало его с Моржовым, а Моржов это сделал сознательно. Моржов решил атаковать первым. Манжетов, понимаешь, весь такой начальник, на тачке прикатил с красивой бабой, а Моржов - педали вращает. Значит, Моржову выгоднее воевать на благоустроенной территории соперника. Соперник побоится разрушать своё благоустройство, надеясь одолеть малой кровью, а Моржову плевать на благоустройство Манжетова, и для него на территории соперника оперативный простор шире.

Манжетов не спасовал, а ответил фланговой контратакой с выходом по моржовским тылам к моржовскому штабу:

– Всё ли нормально у вас в лагере?

– Вроде бы всё, - осторожно ответил Моржов.

Манжетов тоже закурил, протянул руку над столиком и передвинул пепельницу, которую Моржов подтянул к себе, ровно на середину. Это выглядело каким-то шахматным предложением компромисса. Но Моржову была нужна Милена, а не компромисс.

– До меня дошли слухи, что у вас проблемы с наполняемостью.
– Манжетов поглядел на площадь, где разъезжались машины и сновали люди.- Что детей не хватает…

– Хватает, - непроницаемо сказал Моржов.
– Погрешность в пределах нормы. А от кого вы узнали подобное?

Милена сидела с таким видом, словно внутри себя от всего отвернулась и ничего не слышала. На её высоких скулах тёплой тенью проступил неровный румянец - то ли от смущения, то ли от возмущения.

– Для вас это не важно, - хладнокровно пресёк тему Манжетов, давая понять, что есть вещи, в которые Моржову лезть запрещено.

Моржов мысленно похвалил Манжетова: тот легко восстановил субординацию, определив, кто здесь запрещает, а кто подчиняется.

– Я ведь не начальник лагеря, - по-иезуитски мягко сказал Моржов.
– Почему же вы спрашиваете о лагере у меня?

Моржову пришлось играть на проценты. Его вовлечённость в дела Троельги была куда выше его полномочий, а вот вовлечённость Манжетова - куда ниже. В таком ракурсе официальная субординация теряла своё значение.

Девушка-таджичка принесла на подносике три чашки кофе. Моржов широко улыбнулся девушке и спросил:

– Сахар н-н-т?

Девушка тоже ответила ему ослепительной улыбкой - точно старому, всё понимающему другу.

– Н-н-т сахар, - сказала она.

Всё верно: это был прежний юноша, но трансвестировавшийся в девушку. На сахаре скопил деньжат для операции по смене пола.

– С вами интересно беседовать, Борис, - задумчиво произнёс Манжетов, помешивая в чашке пластмассовой ложечкой.

– Взаимно, взаимно, - закивал Моржов то ли услужливо, а то ли по-барски.

– Многие вещи вы понимаете априори, и не надо лукавить.

– Не надо, - согласился Моржов.

«Хрен чего ты сделаешь без лукавства, - подумал Моржов.
– Даже эта фраза - заговаривание зубов».

– Я подозреваю… Нет, я уверен, что центр мозговой деятельности Троельги - это вы, - заявил Манжетов.
– Поэтому и хочу поговорить с вами, а не с Галиной Николаевной и не с Михаилом Петровичем.

Манжетов имел в виду Шкиляиху и Каравайского.

– У нас в Троельге обнаружена мозговая деятельность?
– дебильно обрадовался Моржов.
– Наконец-то! Вот это да!

– Я хотел сказать, что вы - инициатор и вдохновитель всей активности лагеря, - поправился Манжетов.

– Наверное, вы намекаете на нашу жалобу в областной департамент образования?
– предположил Моржов.

Он посмотрел на Милену. Ведь не он же был инициатором и вдохновителем кляузы, которую девки накатали на Шкиляиху. Милена напряглась, демонстративно откинула с лица прядку волос, словно ничего не собиралась скрывать и не желала перекладывать вину на Моржова, но глаза её потемнели. Значит, не всё она рассказывает Манжетову, если тот заподозрил Моржова. А если она чего-то не говорит, значит, есть о чём молчать. Это ободряет.

– Да, - корректно подтвердил Манжетов.
– Из областного департамента мне по телефону сообщили суть претензий. Вы могли бы, и я в своё время всем предлагал, сразу обратиться ко мне.

«Суки», - подумал Моржов про областной департамент.

– Вы должны понимать, - рассудительно заметил он, - что жаловаться на Галину Николаевну вам, Александр Львович, - это бессмысленно. Ведь она - проводник ваших идей.

– Следовательно, причина вашего недовольства - мои идеи?

– Да. А Троельга - повод. Для нас Троельга - повод нажаловаться, чтобы для вас Троельга не стала поводом реализовать ваши идеи без проволочек.

– Чем же вас не устраивают мои идеи?
– усмехнулся Манжетов.

– Тем, что ради собственной выгоды вы приносите в жертву и без того жалкий достаток многих других людей.

Моржов сказал всё открыто. И Манжетов этот удар выдержал.

– Вы, я гляжу, альтруист?
– саркастически осведомился он.

– Нет, - согласился Моржов и напоказ Манжетову посмотрел на Милену. Милена словно окаменела, не зная, куда себя девать. Она походила на невесту меж двумя женихами.
– Я не альтруист. Но мне выгоднее жить на общих основаниях.

– Кажется, вы обвиняете Александра Львовича в коррупции?
– неуверенно спросила Милена, зыбко определившись с женихом, и косо глянула куда-то на локоть Моржова.

– Я не думаю, что Антикриз - это непременно банальный откат, - сказал Моржов, наваливаясь на спинку стула.
– Антикриз - это финансовый поток, на управлении которым можно жить хорошо и незаметно. Это долгоиграющий ресурс. Наконец, с него можно получить и политические дивиденды. Может быть, Александр Львович рассчитывает баллотироваться в депутаты, а? Центр - отличный козырь.

– В Антикризисном центре, и я даже склоняюсь к мысли о тривиальной зависти, вы находите для меня просто вотчину для наживы, - аккуратно заметил Манжетов.

– Я вам не завидую, - спокойно парировал Моржов.
– У меня есть другой ресурс. И его никому, кроме меня, не приватизировать.

– Важна ещё и востребованность ресурса, - дипломатично подкорректировал Манжетов.

И Моржов с радостью нанёс Манжетову удар его же приёмом:

– А это уже не относится к теме нашей беседы. Вот теперь они квиты. Не надо мериться статусами, как тайменями. Из разных иерархий статусы несопоставимы. Только в детском саду всерьёз решают задачку, кто кого победит: кит слона или слон кита.