Чтение онлайн

Они были пугающими. Но человеческая девушка, улыбнувшаяся Пауну, и маленькая белая гнолл не казались такими напуганными, как Селис.

— У меня для вас куча еды! Просто подождите… я сейчас всё приготовлю!

Лионетта практически бегала вокруг, пытаясь показать Пауну своё последнее приобретение, пока Селис сидела, делая глубокие вдохи, а Мрша бегала вокруг, обнюхивая Солдат и отбегая в сторону, когда они на неё смотрели. В трактире царила неразбериха, и Паун не помогал сделать ситуацию лучше, пытаясь одновременно извиниться и объяснить:

— Мне очень жаль, мисс Селис. Я не хотел вызвать тревогу…

Селис махнула на Пауна когтистой лапой, наполовину отпив стакан воды и наполовину подавившись им же. Она не могла отвести взгляда от Солдат.

— Нет… нет, я просто… это не твоя… Почему Солдаты находятся на поверхности? Предки, только не говори мне, что началась война?!

Дрейк была в ужасе. Паун поспешил её успокоить:

— Нет, ничего подобного. Улей просто послал патруль, чтобы… патрулировать местность. Мы уничтожим всех монстров, которых встретим, и попытаемся поднять моральный дух жителей своим присутствием.

— Поднять? Наш моральный дух?

Паун кивнул. Это была официальная версия, которую дал ему Клбкч, и Паун считал, что она довольно хороша. Увидев абсолютно пустой взгляд Селис, антиниум задумался, насколько правдоподобным было это объяснение.

— Хорошо. Понимаю. Я рада за тебя. Это ведь повышение, так?

— Повышение? Ах. Хм. Да, я думаю, можно и так считать.

Паун никогда не думал о своей новой работе в таком ключе. Но эта мысль показалась Селис обнадёживающей, и она с ней согласилась. Дрейк уставилась на Солдат, которые всё ещё неподвижно стояли в трактире, ожидая следующего приказа Пауна.

— И они подчиняются всем твоим приказам? Правда?

— Такова их природа, к сожалению.

Пауну хотелось бы, чтобы это было не так. Но Солдаты, похоже, действительно не отличались индивидуальностью или желанием что-то делать по собственной воле, если уж на то пошло. У них этого было даже меньше, чем у Рабочих, если честно.

С тех пор как он посетил трактир вчера вечером, многое произошло. После довольно… нервного разговора с Клбкчем Паун, к своему большому удивлению, получил одобрение на свою просьбу вывести Солдат за пределы Улья. Он также предпринял несколько попыток вдохновить Солдат, рассказать им о своём взгляде на жизнь.

Это прошло не очень хорошо.

Первым делом Паун вручил им шахматную доску. Даже когда он объяснил, как она работает, Солдаты просто пялились на фигуры. Когда он попросил одного из них сыграть против него, Солдат начал передвигать фигуры, следуя правилам, но, по всей видимости, не имея ни малейшего представления о том, как на самом деле работает игра. Паун сыграл пять партий, и после пятой партии Солдат лучше не стал. Фактически он просто передвигал шахматные фигуры вперёд слева направо, пока Паун медленно устранял их с доски.

Это было удручающе. Но тут у Пауна возникла блестящая идея дать солдатам имена! Эрин сделала это для него. Он сел с Солдатом – с некоторой опаской, поскольку знал, что может произойти, – и дал ему имя.

Роберт. Однако Солдат даже не отреагировал на то, что у него теперь было имя. Паун заметил, что подобное происходило, ещё когда они с Клбкчем испытывали Рабочих и некоторых Солдат. Рабочие становились либо Аберрациями, либо Личностями, когда им давали имя, но вот Солдаты – нет. Они просто вели себя так, словно имя было… ну… просто словом.

Солдату, похоже, было всё равно, что у него есть имя. Паун надеялся, что это что-то в нём пробудит, какое-то чувство индивидуальности, но Солдат просто покорно реагировал на имя так же, как если бы Паун указал на него и сказал: «Эй, ты».

Это озадачило Рабочего. Как Солдат могут не волновать имена? Но потом он осознал… какой смысл в имени, если ты не можешь его произнести? У Солдат не было ни голоса, ни речи. Они не могли говорить, и что для них имя? Просто ещё одно слово, которое они никогда не произнесут.

Паун мучился. Он бы поддался отчаянию, если бы не осознавал, что он всё же принял одно разумное решение. Внутри Улья Солдатам было нечего показать. Но снаружи…

Селис, казалось, была готова уйти. Она всё время поглядывала в сторону двери, но не двигалась с места. Возможно, так было из-за двух Солдат, что стояли рядом со входом, словно охраняя его.

Так оно и было на самом деле. Клбкч велел Солдатам защищать Пауна, однако Паун велел им ни на кого не нападать. Это означало, что они всего лишь выглядели так, словно раздумывали над тем, как оторвать Селис хвост и скормить его ей же.

— Ну, мне пора идти. Я уже опаздываю, а в Гильдии полно людей, с которыми ещё нужно разобраться… жаль, что я не могу остаться и поболтать, Паун.

Селис встала, беспокойно подёргивая хвостом, и направилась к двери. Она посмотрела на пол и резко окликнула:

— Мрша, пошли! Пойдём.

Юная гнолл вскинула голову в предательском шоке… Селис попыталась её схватить, но Мрша в очередной раз нырнула под стол. Лионетта выдержала паузу и обернулась к дрейку с обеспокоенным видом.

— Ты говорила, что она может остаться!

— Говорила. Но теперь пришли Паун и его… друзья, и я уверена, что безопаснее будет…

Селис поймала взгляд Пауна и виновато посмотрела в другую сторону. Внутри антиниум чувствовал грусть и даже немного злости.

— Мы надолго не задержимся, мисс Шивертейл. Я лишь хотел показать Солдатам этот трактир, прежде чем мы продолжим патрулирование.

— Ох. Что ж…

— Мрша будет в порядке. И я могу прокормить Солдат. У меня есть не только бекон и яйца.

— Сыр, например?

— Что?

Лионетта выглядела озадаченной. Она поспешила на кухню и вышла оттуда с чем-то на тарелке.

— Я только что приготовила это! Не так хорошо, как то, что может сделать Эрин, но… я достала больше пчёл!

Паун уже собирался отказаться от предложения Лионетты поесть. Он не хотел навязываться и не хотел тревожить Селис тем, что Солдаты будут обедать в трактире. Но всё изменилось, когда он услышал слова Лионетты.

— Вы сказали… пчёл?

Он как-то пробовал… пчелу. Одну пчелу. И, как и с кислотными мухами, это было не то, что Паун мог легко забыть. Он жадно уставился на то, что лежало на тарелке. Лионетта действительно поджарила то, что заставило Селис отшатнуться, а Солдат – прикипеть взглядами к тарелке.