Чтение онлайн

Я засовываю нож чуть дальше в её рот, и она булькает. Когда я приближаю к ней своё ухмыляющееся лицо, становятся видны белки её глаз.

Я улыбаюсь. Я не могу прекратить это делать. Её грубая кожа трескается под моими руками в перчатках, когда я шепчу ей на ухо:

— Почему ты такая серьёзная? Разве ты не можешь посмеяться над шуткой?

Это была дешёвая издёвка. Но она всё ещё не слышит меня. Демон-офицер что-то кричит, пока я тащу её по улице. К горящему зданию. Я слышу, как кричат лошади в конюшне.

— Тс-с. Тише. Пойдём поздороваемся с милыми лошадками, ладно?

На двери тяжёлый засов. Я пыхчу, пыхчу и едва не тяну мышцу, вытаскивая его! К тому времени, как двери открываются, лейтенант уже пытается сбежать от меня по улице.

— Подожди, подожди! Мы только что добрались до хорошей части! И, после того как мы проделали весь этот путь… давайте вместе посмотрим финал шоу, а?

Я заваливаю её на землю и хватаю за лодыжку. О-о-о, у неё копытца. Как извращённо.

Она несколько раз пинает меня по лицу, но я не отпускаю. Я просто наблюдаю за конюшней. Просто в любую секунду…

Лошади внутри почти обезумели от страха и паники из-за пламени и запаха крови. Почувствовав, что есть выход, они выбивают свои загоны и устремляются к выходу.

Двери распахиваются. Лошади выбегают наружу. Девушка-демон, которую я держу на руках, кричит и пытается вырваться, но я удерживаю её на месте.

— Мой маленький пони, мой маленький пони… что-то, что-то, опасайся копыт!

Обезумевшие лошади проносятся мимо нас, заглушая громким ржанием крики лейтенанта. Она уже не пытается вырваться; просто сворачивается в клубок и совершенно не обращает внимания на развлечение!

Я? Я смеюсь.

Первая лошадь сбивает меня с ног, и я слышу звон. И смех. Другая бьёт меня по лицу, и мой нос ломается. Третья наступает мне на руку. Кости трещат, и я чувствую, как рвётся плоть. А я всё так же смеюсь.

Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

Я вновь прихожу в себя уже утром, когда солнечный свет ярко освещает мою кожу. Я моргаю, смотрю вниз и вижу кровь. Она повсюду на мне. На руках, на лице, на одежде…

Я стою в кольце тел. Не человеческих; демонических. Солдат. Они все мертвы.

Кроме одного. Как я умудряюсь не заметить последнего? Должно быть, дело в слепом пятне, так как один из моих глаз ничего не видит.

Я поворачиваюсь к демону, слегка пошатываясь. Эй, что случилось с моим телом? Выглядит так, словно кто-то станцевал на мне чечётку на роликовых коньках.

Солдат-демон вздрагивает, когда я поворачиваюсь к нему лицом. Я стараюсь выглядеть спокойным. Мне стыдно. В конце концов, я на поминках. Его. Он слышал, как я хихикал?

У него странное, полурасплавленное лицо. Не от ранения… оно выглядит слишком чистым, чтобы быть раной. А вот пять кровавых дыр в его кожаных доспехах – это, наверное, моя вина.

— Эй, приятель. Что-то ты неважно выглядишь.

Солдат скалит на меня зубы и пытается поднять булаву. Но он уже слишком сильно изранен. Демон что-то говорит, падая в лужу собственной крови. Я не знаю слов, но даже так я его понимаю.

— Монстр.

Это справедливо. Жёстко, но справедливо. Я ощупываю своё лицо. Порезы, порванная кожа… ничего похожего на то, каким я его оставил. Но краска на лице осталась нетронутой, а это главное. Вообще-то, я думаю, что вся эта кровь положила начало новому слою. Какой авангард!

Я оглядываюсь вокруг в поисках моего особого друга, Лейтенанта, который не умеет шутить. Это её тело? Вот это? Нет?

Я переворачиваю трупы, но не нахожу рогов… не тех, которые я ищу, по крайней мере. Её среди тел нет. Не могу сказать, разочарован ли я или испытываю облегчение.

Я осознаю… мои мысли не совсем правильные. Я жив. После всего этого я жив. Я не должен быть, но я жив.

И я всё ещё безумен.

— Хех. Ха. Ха-ха-ха.

Упс. Видимо, я был абсолютно прав. Ну, вы знаете, что такое скрытые платежи и всё такое? Наверное, стоило прочитать мелкий шрифт.

— Том, Том сошёл с ума! Какой шок; какой переплёт! Аха-ха-ха-ха-ха!

Вот таким они меня и находят. Смеющимся и покрытым кровью, потерявшим рассудок в руинах деревни.

Огромная группа людей, держащих в руках оружие. Некоторых из них я знаю; другие – новые лица.

Я машу рукой Ричарду. Он ведёт группу из восемнадцати [Солдат] и нескольких боеспособных горожан из поселения в нескольких милях вниз по дороге. Они останавливаются, когда я приближаюсь, и [Солдаты] поднимают оружие. Гражданские просто застывают и пялятся на меня.

— Том?..

Смуглая кожа Ричарда очень бледна за лицевой защитой его шлема. Он смотрит на меня, и я вижу белки его глаз.

Я смотрю на него, и он вздрагивает. Остальные даже в лицо мне не смотрят. Я вижу, как Эмили рвёт на землю, и даже лицо Ричарда слишком бледное. Я ухмыляюсь ему, и он делает шаг назад.

— Эй. Хочешь увидеть фокус?

— Фокус?..

Я раскидываю руки и театрально кланяюсь. Я делаю жест, указывая на смерть и разрушения вокруг меня; мёртвые тела и сожжённую деревню.

— Та-да.

***

Деревня разрушена. Те, кто не успел убежать, погибли от рук демонов и монстров. Но демоны погибли в процессе ужасной комедии, а тролль, думаю, просто решил вернуться домой.

Люди из моего мира бродят по руинам вместе с немногочисленными жителями деревни, смотрят на мертвецов, пока солдаты собирают тела, и пялятся на меня. На самом деле, все пялятся на меня.

Мои друзья – ну, те, с кем я прибыл, – они даже не могут на меня посмотреть. Я улыбаюсь им своей лучшей улыбкой, а они просто застывают. Или убегают. Но солдаты и горожане смотрят на меня по-другому.

Они тоже не могут вынести вида этой бойни. Но они смотрят на меня и на мёртвых немного иначе. Они считают. Они видят только вражеских солдат и меня, стоящего в окружении мертвецов.

В их глазах есть что-то ещё. Страх. Страх перед неизвестностью. Но и надежда тоже. Это самое смешное. Они не понимают, что я сделал и что я такое. Но я убил монстров, и они думают, что это делает меня хорошим человеком.

Уморительно.

Сон и бодрствование – одна и та же часть кошмара. Я слышу голос, эти бесстрастные слова, которые не столько произносятся, сколько проецируются в моё сознание.