Чтение онлайн

Но время шло, столица ширилась. И сейчас оплот адептской дури был аккурат между центральной ярмарочной площадью (которую в гильдии именовали весельной, поскольку именно на ней много наших полегло) и предместьем.

Впереди уже маячили серые стены, башни с бойницами, флаги с гербами, когда меня обогнал какой-то шустрый верховой на лошади. Едва грязью, летевшей из-под копыт вороной, не обдал, паразит.

У ворот академии он даже не спешился, лишь показал привратнику свиток, махнув им.

«Не местный», — поняла я, и от этой догадки был какой-то противный, металлический привкус.

Я же не прошла мимо стража, а остановилась. Поздоровавшись, в паре слов объяснила, что перевожусь в академию, и уточнила дорогу до приемной ректора.

Привратник оказался тот еще тролль, хоть и чистокровный оборотень, судя по заостренным ушам, чуть удлиненным клыкам и повышенной волосатости. При последней возраст идентификации поддавался тяжело и варьировал между тридцатью и семьюдесятью. В общем, такой непредсказуемый период, когда с одинаковой вероятностью может захотеться влюбиться и наследника, или на пенсию и в деревню — сажать рядки, печень, дракона на поле…

— Видно блохи твои дела, деточка, раз в конце года перевестись решила, — беззлобно заметил перевертыш, на котором форменный академический мундир сидел так, будто мужик в нем спал, ел и, возможно, даже родился. Пуговицы расстегнуты, ворот мятый, из-под фуражки, сдвинутой набекрень, торчал клок серой шерсти.

— Может, плохи?

Уточнила я, прикидывая, зачем вообще здесь привратник нужен. Магия же кругом. Но не иначе местный ректор на одни лишь чары не привык полагаться. И правильно, к слову, делал. Кругом столько чародеев с потенциалом взломщика заклинаний средней руки…

— Ну, тебе лучше знать, что там у тебя: паразиты или проблемы, — белозубо улыбнулся шерстистый, довольный собственной плоской шуткой.

М-да, похоже, этот тип был из тех, кому нравится, чтобы девушки получали образование. Для таких это все равно что дать кролику в лапки ножичек — длинноухому все равно, а они умиляются.

Очень уж хотелось ответить типу, что у меня ни с чем проблем нет. А у него таки прямо беда. С достоинством.

Одним словом, смолчала, вместо этого изобразив глупость, граничащую с тупостью, которой можно глушить не хуже дубины, и произнесла:

— Пока у меня единственная проблема — найти кабинет ректора.

И глазками активно так хлоп-хлоп. Еще немного — и откроется взлетная тяга.

Впрочем, оборотень не стал дальше изгаляться и объяснил-таки, куда идти. В общем, повел себя как типичный двуликий, которому важно показать, что он здесь самый могучий, кусучий, крупнючий и… вонючий альфа.

Утвердил свою самость и стал адекватен. При этом он даже не заметил, как остался без ремня на штанах.

А все потому, что не надо девушке хамить!

Все же иногда я радуюсь, что в столице не так много нелюдей — все же налог для иноземных рас выше, да и не все горожане любят иных. Впрочем, подозреваю, что в провинциях люди еще менее терпимы…

Я же не любила ни дивных, ни перевертышей по иной причине — красть у таких было сложнее.

Попрощавшись, я вошла во внутренний двор. Тот гудел, как улей. Адепты сновали туда-сюда, кто-то тащил манекены для тренировок, кто-то спорил о тактике, кто-то просто сидел на лавках и грелся на утреннем солнце. Пахло драконами, жареным мясом из столовой и той легкой порой, когда уже исчезли прыщи, но не начались морщины.

Я уже шагнула на первую ступень мраморной лестницы, когда тень накрыла меня — огромная, стремительная. Вскинула голову и замерла.

Драконы.

Три силуэта — два поменьше и один огромный, с размахом крыльев, наверное, как весь мой дом — пронеслись надо мной так низко, что я почувствовала ветер от их крыльев. Чешуя отсвечивала изумрудом, синевой и бронзой, когти поджаты к брюху.

А на этих ящерюгах — люди.

Всадники в алой форме, прильнувшие к спинам драконов, как одно целое. Боевые маги. Разглядеть не то что лиц толком — даже силуэтов особо не удалось. Драконы ушли в небо, только хвосты мелькнули, рассекая лазурь.

Обычно в столице так низко крылатые не летали и приземлялись на специальном взлетно-посадочном поле, недалеко от залива. А здесь же, в академии, был свой стадион, где и тренировались боевые маги со своими животинами, и проходили соревнования.

Я тряхнула головой, прогоняя ненужные мысли. Оглянулась на привратника, мимо которого наверняка уже успела пройти уйма магов, а сейчас шествовал какой-то, судя по виду, профессор. Перед ним оборотень едва не во фрунт вытянулся.

И… есть вот торжественное поднятие флага. Оказалось, и спуск штанов тоже. Те слетели как по команде.

Что ж, перевертыш оказался не лишен достоинства. Мужского — так точно. Оно весьма красноречиво приподнимало исподнее — в положенном месте.

Испытала ли я при этом угрызения совести? Пф! Когда этой глупости нет, то и грызть нечему.

Глава 3

Полюбовавшись на падение штанов, а с ними и нравов в академии, я ускорила шаг. Лестницы здесь были широкие, каменные, стертые тысячами ног. На стенах в самом главном корпусе висели портреты бывших ректоров — все как один суровые мужики с бакенбардами. Интересно, а женщин здесь вообще жалуют? Судя по портретам и привратнику — не очень.

То ли дело родная гильдия. Никаких предрассудков по полу, возрасту, вере — в ее ряды вступить мог любой. И выйти — тоже. Правда, вперед ногами. Ну а для самых талантливых была даже торжественная церемония, которую мог почтить даже король. Виселица на центральной площади — старинная забава в королевстве, всегда собиравшая толпу. И надо было иметь немалую сноровку, чтобы протиснуться через скопище в первый ряд или обнести кого…

Впрочем, ловкость, как оказалась, вещь необходимая и в стенах академии. Особенно когда на тебя из-за угла в лучших традициях крупных неприятностей выскакивает девица.

Она вылетела с такой скоростью, будто за ней все демоны Пекла гнались, — худая, длинноносая, в огромных круглых очках, державшихся на кончике ее носа вопреки всем законам гравитации и анатомии. В руках — внушительная стопка писем.

В последний миг, когда я уже разминулась с востроносой, краем глаза увидела надпись на верхнем конверте «Ректору Енгр Небориш» и решила, что не стоит упускать подвернувшийся (вернее, выскочивший на меня) случай.

— Осторожнее! — пискнула девица, но поздно.