Боевая птица
Шрифт:
Небо казалось девочке более низким, чем обычно. Оно было тяжелым от туч, затянувших небо серой пеленой. Вот-вот мог начаться дождь, но Рейва не собиралась поворачивать назад — деревья скроют ее от дождевых капель.
Она шла босиком по мягкому мху, всматриваясь в землю, чтобы не наступить на какую-нибудь колючую ветку. Меньше всего Рейве хотелось поранить ноги, блуждая по этому лесу, который так настойчиво ее звал. Его зов она слышала от самого замка, ей пришлось ждать так долго, чтобы наконец-то явиться сюда и узнать, чего же от нее хотели лесные покровители.
Но до них еще надо было добраться. Поэтому девочка упрямо шла вперед, любуясь зелеными листьями. Она так соскучилась по ним за время зимы!
Когда Рейва проходила мимо раскидистого дуба, она увидела сову на его толстой ветке. Птица уставилась на нее круглыми глазами, ухнула что-то на своем языке и вспорхнула в воздух. Рейву пронзил страх. Почему-то она не ожидала увидеть в этом лесу кого-то живого, кроме нее и хозяев леса.
Из-за пасмурной погоды в глуби леса было темно, как во время сумерек, и Рейва пожалела, что под рукой у нее не оказалось ничего, чем бы можно было осветить себе путь.
Чем дальше она продвигалась, тем менее приятными стали казаться деревья. Ровные стволы сменились кривыми, ветви стали корявыми, а листья на них оказались мелкими и жухлыми, словно зараженными какой-то болезнью. Тропинка, по которой Рейва покорно двигалась от самого края леса, становилась все менее заметной, и вскоре вовсе исчезла. Девочка стала пробираться между деревьями, опасаясь, что острые ветви расцарапают ей лицо и руки. Она коснулась корявой коры какого-то дерева, и внезапно ее пронзило резкое ощущение боли.
Это было не так страшно, как те голоса, которые закричали в ее голове.
«Кто ты?» — прошептал шипящий голос. Рейва не могла понять даже чей он: мужской или женский. Неужели это духи леса говорили с ней?
Тогда она ошибалась, когда представляла их людьми с волосами из листьев.
«Кто ты такая?» — повторил голос.
Рейва резко отняла руку от коры, и голос внезапно стих. Она стояла на месте, словно вкопанная, вслушиваясь в неестественную тишину. Леса не бывают такими тихими. В кронах деревьев наверху должен шуметь ветер. Ветви старых дубов должны слегка поскрипывать от веса пышных листьев.
«Кто ты!?» — голос вернулся, и Рейва отшатнулась.
Ее сердце заколотилось в груди в несколько раз быстрее. На лбу выступили капельки пота, и девочка неосознанно вонзила ногти себе в ладони.
— Я — Рейва. — Прошептала она, — Вы же… сами меня позвали.
Лес снова погрузился в тишину, настолько долгую, что Рейва уже перестала ждать ответа. Она уже собралась бежать и как раз сорвалась с места, когда голос снова напомнил о себе:
«Я!? Ты ворвалась ко мне! Я не звал тебя!»
Рейва огляделась по сторонам. Она искренне не понимала, что происходит, и теперь ей становилось еще страшнее оттого, что хозяин этого голоса оказался зол на нее. Что он теперь сделает? Отпустит ли ее просто так?
— Тогда… можно, я уйду? — Несмело спросила девочка.
Не дожидаясь ответа, она бросилась бежать прочь, но не видела даже намека на тропинку. Со всех сторон лес казался ей одинаковым. Он будто бы окружил ее безликими деревьями, взял в кольцо и не собирался отпускать. Рейва боялась заблудиться, и поэтому остановилась. Может, если голос решит отпустить ее, то сам лес поможет ей выйти? А если нет?
«Ты-то уйдешь, но даже если завязать разрезанную нить, целой она не станет. Так и с тобой, ведьма!»
— Я не ведьма! — Выпалила Рейва.
Голос леса ничего не ответил, но девочке показалось, что она услышала смех. Может, это лес сотворил что-то с ее разумом, и теперь ей мерещится всякая ерунда?
Она осмотрелась вокруг: ничего не изменилось, значит, лес не мешал ей уйти, но и не помогал. Как бы Рейва не сталась, она не могла вспомнить, откуда пришла, и решила пойти в любую из сторон.
«Ведьма» — преследовал ее голос, когда девочка уже вовсю пыталась найти путь назад. На этот раз он изменился: стал женским и более тихим. Он повторял одно и то же слово снова и снова, заставляя Рейву бояться и злиться все сильнее.
Она почти бежала по замшелой лесной земле, уже перестав бояться оцарапать босые ноги — Рейва просто хотела выбраться отсюда, и ей было уже неважно, какой ценой. Страх медленно сковывал ее, и все, что девочка могла противопоставить этому чувству — это свою скорость. Но, пробежав без остановки минут десять, Рейва наконец осмотрелась — не было даже намека на то, что она добралась до края леса. Деревья стояли со всех сторон непроглядной стеной, сквозь кроны едва виднелись клочки пасмурного неба.
«Ведьма!» — повторил голос.
Рейва зажала уши руками, но это не помогло. Голос эхом повторялся в ее голове, будто кто-то околдовал разум Рейвы и запер в нем всего одно слово. Девочка закричала, пытаясь заглушить навязчивое эхо, но сквозь свой крик она все равно слышала:
«Ведьма, ведьма, ведьма!»
— Нет! — Сорвалась она, — Я не ведьма!
Теперь Рейва не сомневалась: ей в ответ звучал зловещий раскатистый смех. Наверху зашумел ветер, и неожиданно с ветвей какого-то дерева вспорхнула стая ворон. Птицы громко каркали, и их голоса почти заглушили смех лесных духов, пока голос снова не произнес:
«Сама же ступила на этот путь, а теперь отрицаешь, ведьма?»
— Я ничего не отрицаю: я не ведьма. Это факт. — Рейва понимала, насколько глупо выглядит, разговаривая с чем-то бестелесным, да еще и пытаясь ему что-то доказать. Но молчать она уже не могла.
«Было когда-то. Но не теперь» — ответил голос.
— Отпусти меня! — Голос Рейвы сорвался, когда она прокричала это изо всех оставшихся сил.
«А куда тебе спешить? Ведьмы живут дольше людей. И мне есть, что тебе рассказать!»
— Мне от тебя ничего не нужно!
«А мне нужно» — подхватил голос, хихикая, — «Чтоб ты знала, ведьма.»
— Что!? Что знала?
Лес снова погрузился в гнетущую тишину. Рейве показалось, что эта хозяйка леса играет с ней. Когда хочет — говорит, а когда не хочет — молчит. Вот и сейчас она молчала, испытывая терпение Рейвы. Хотя что десятилетняя девчонка могла сделать этому духу леса, который старше ее на целую вечность? Ничего. Поэтому Рейва стояла и молчала, надеясь, что ей соизволят ответить.