Боевая птица
Шрифт:
Но ответа она так и не получила. Текли минуты, и Рейва решила снова попытаться найти выход из леса. Теперь она уже размеренно плелась, выискивая едва заметную тропинку.
«Их двое» — раздался шепот.
Рейва насторожилась. Неужели лесная хозяйка решила снизойти до нее?
«Две сестры. Им суждено подняться. Из праха в золото и снова в пепел.»
— Бред. — Буркнула себе под нос Рейва, двинувшись дальше.
«Но только первой. Для второй…»
Рейва раздвигала перед собой колючие ветки, перешагивала через трухлявые коряги и неустанно высматривала просвет между стволами деревьев, а его все не было и не было.
«Со второй придет спокойствие. Никто ее не свергнет. Будет она великой!»
— Замолчи! — Завопила Рейва, не выдержав.
«С ней воцарится тишина» — продолжила лесная хранительница, «Когда ведьма сгинет!»
Последние слова этой фразу превратились в поистине змеиное шипение. Рейву снова сковал страх. Такая интонация не предвещала ничего хорошего, как и непроглядная темнота, ни с того, ни с сего опустившаяся на лес, по которому бродила девочка.
С неба послышался вороний крик. В кронах деревьев шуршал ветер. Рейва застыла на месте, словно ее ноги вросли в замшелую землю. Ее сердце пропустило удар.
«Ведьма сгинет» — шипением разнеслось между деревьями.
Вороны над головой Рейвы каркали все громче, и девочка вспомнила, что несколько минут назад «ведьмой» называли именно ее.
«Сгинет» — повторил неестественный голос.
Рейва очнулась ото сна в своей кровати, нервно сжимая в ладони свое одеяло. Девочка вскочила и, уставившись на стену, несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь привести себя в чувство. То, что сейчас было, всего-навсего приснилось ей. Обычная глупая фантазия. Рейва понимала это разумом, но не сердцем.
Ей все еще было невероятно, до крайности страшно, хотя в ее покоях стояла невообразимая ночная тишина. Очертания мебели едва проглядывались в темноте спальни, и девочке все еще казалось, что на нее уставился кто-то невидимый и могущественный. Кто-то, чей голос пленил ее во сне.
Рейва никогда не боялась темноты, даже наоборот — она видела в ней какой-то уют и спокойствие, которое невозможно найти при свете дня. Но сейчас она пугалась даже не того, что могло таиться в ней, а того, что спряталось в темном углу ее души. Того, что вызывало эти сны и заставляло ее чувствовать себя в них, словно в реальности. Рейва по-настоящему начала бояться перепутать реальность со сном.
Этого не было, пока она жила в бедном квартале Грери и думала только о том, когда им с Вайном удастся поесть в следующий раз. Неужели ее разум позволил себе такие игры, когда она достигла той мечты, с которой засыпала и просыпалась каждый день? Рейва не хотела сходить с ума. Но вряд ли хоть кто-то из сумасшедших действительно этого хотел.
Девочку бросило в дрожь, и она, закутавшись в одеяло и все еще сидя в кровати, прижала колени к груди. Неосознанно проведя пальцами по шраму на ладони, который остался после чего-то, о чем Рейва до сих пор боялась думать, она немного расслабилась, словно увечье помогало ей осознать реальность — тишину, спокойствие, а не то, что случилось в лесу, где ее называли ведьмой и намекали на ее смерть.
Мысли о кошмаре не выходили у девочки из головы, и она неподвижно сидела еще минут десять, прежде чем решила выйти из своих покоев в прохладную свежесть коридора, накинув на плечи шерстяную шаль.
Ее дверь скрипнула негромко, когда закрылась за спиной Рейвы, и она уверилась, что Элисер, чья каморка располагалась неподалеку, точно не услышала это звука. Девочке искренне не хотелось, чтобы служанка заставила ее вернуться в комнату и начала убаюкивать, окружив своей бесполезной заботой со всех сторон.
Мягко ступая по коридору, неярко освещенному факелами, Рейва подошла к огромному окну, оперлась на подоконник и обратила взор вдаль, где за нагромождениями домов, издали похожих на муравейники, простиралось заснеженное поле. Снег на нем был уже не таким чистым, как пару-тройку месяцев назад, и он успел уже порядком поднадоесть Рейве. Приближался конец зимы, и девочка с нетерпением ждала, когда же все это грязно-белое безобразие растает.
На темном небе висели тяжелые снеговые тучи, их очертания Рейва различала даже на почти черном ночном фоне. Хотя, возможно, уже было утро, только слишком раннее, чтобы на горизонте показалась полоска света или хотя бы намек на него.
— Тоже люблю смотреть в это окно. — Прозвучал голос откуда-то справа.
Рейва слегка испугалась, хотя уже давно знала объяснение этому явлению. Просто, сейчас она и так была напугана и не собрана, а тут еще и невидимые собеседники объявились!
— Крам, сделай одолжение…, -Начала она, но парень уже подчинялся.
Его стройный силуэт появился рядом словно из ниоткуда. Согнувшись, Крам опирался на подоконник и вглядывался в окно. Он даже не посмотрел на Рейву, когда заговорил:
— Знаешь, это обидно.
— Что? — Рейва недоуменно уставилась на юношу.
— Ну, тебе бы понравилось, когда тебя не принимают такой, какая ты есть? Например, ты любишь зеленый цвет, и у тебя есть любимое зеленое платье, но тебя снова и снова заставляют надевать красное.
Рейва задумалась. Глядя на поле вдалеке, она наконец ответила:
— Думаю, нет.
— Ну вот! — Подхватил Крам, — А мне так приходится почти всю жизнь. Никто не хочет разговаривать с воздухом…
— Тогда… прости.
— Да ладно, — Отмахнулся парень, — ерунда. Иногда я ставлю себя на место каждого из вас и понимаю, что… реагировал бы так же.
Рейва не нашлась, что ему ответить, поэтому она просто стала смотреть на город, простирающийся внизу. Наступившее молчание ни чуточки не смущало ее, но довольно быстро мысли девочки вернулись к кошмару и одному-единственному слову, звучащему там. Ведьма.
Разговор об этом с Вайном вызвал бы подозрения. Крам — идеальный вариант.
— Скажи, а сложно это — владеть магией? — Спросила она с такой интонацией, будто интересуется лишь из праздного любопытства.
— Поначалу — очень. Потом привыкаешь и уже не можешь без нее. — Ответил парень, наконец-то одарив ее взглядом.
— А как же прошлая жизнь… без магии? Не скучаешь по ней?
Крам отвел взгляд:
— Да мне-то особо не по чему скучать. Вайн рассказал мне, где и как вы жили, и у меня было не намного лучше.
— А твои родственники? Где они? — Рейве показалось, что она начала слишком настойчиво лезть Краму в душу, но остановиться она уже не могла, — Неужели они… изгнали тебя?