Чтение онлайн

— Я хочу прочесть тебе стихи, — проговорила Шинобу; сухой язык едва ей поддавался. — Я нашла их недавно…

Слово «недавно» прозвучало так неестественно, подумал Роберт.

— «Не окрыляет. Не властвует. Не влечёт… Выброшено. Развеяно у обочин. Взгляд отрешён или попусту обесточен…»

Роберт закрыл глаза — и умиротворяющий вид террасы Кубуса вернулся, подрагивая в мареве безвременности.

— «Официант, принесите мне гамбургский счёт…»

Он слышал ветер, он чувствовал влагу моря, он видел, как солнечный свет, выглядывая из-за крыши, освещает носки его ботинок. Кубус протянулся от его разума до самых далёких мест, которые он только мог себе вообразить.

«Все эпилоги — ложь…»

Сознание медленно успокаивалось, звук сердца слился с шумом ветра.

«Все дороги — прах…»

В разуме не осталось ничего, кроме бело-стального умиротворения.

«Бог одинок… и, похоже, серьёзно болен…»

И в самом конце Роберт вдруг вспомнил, как он мечтал хотя бы раз оказаться в космосе, пролететь на шаттле до орбиты Левена, увидеть со стороны свой родной мир неестественной формы — желание вспыхнуло и растворилось в вечности, подобно едва заметному дымку, который испускает спичка, когда гаснет огонь.

Город отчаялся, и со своих колоколен он распевает гимн об иных мирах.

***

Стеклянный потолок атриума Академии раскололся с громким треском, когда опутанный нитями Перехватчик рухнул на него, отчаянно пытаясь выстрелом попасть в своего пленителя. Так и не восстановив стабильность полёта, он застрял в ветвях раскидистого дерева, растущего в центре атриума; красное лезвие рассекло Перехватчик надвое, и Атексетский пилот выскочил из кабины.

Ловко цепляясь тремя руками за ветки, Атексет спускался вниз, на пол. Но сверкающий белизной метапласта Истребитель вместе с каплями жестокого ливня стремительно ворвался в атриум; он повернулся в резком вираже, и появившиеся из ниоткуда нити подхватили его, аккуратно прижав к стене. Открылась кабина, откуда вниз, с высоты нескольких десятков метров, выпрыгнул Рыцарь.

Ещё больше пепельно-серых нитей выскочили из стен, пола и веток дерева; они подхватили Рыцаря, а Атексета оплели со всех сторон, вырвав лезвие из рук. Опустившись на пол, Рыцарь откинул с лица длинные чёрные волосы и подошёл к дереву, туда, где беспомощно бился опутанный нитями пилот Перехватчика, крича, подобно птице. Синяя вспышка света — и Атексет замер, сжавшись от страха. Рыцарь невесело усмехнулся.

***

— Ну-с, кого вы отловили на этот раз, Лориан? — Альмер Зормильтон любопытно склонился над существом, надёжно зафиксированным на лабораторном столе.

Атексет выглядел… необычно. Из туловища у него росли три конечности, все были похожи на цепкие руки; но при этом из головы, на которой нашлось место двум вполне обычным глазам, тоже росла пара рук, но меньших размеров и совершенно иной формы. Всё это разнообразие конечностей надёжно охватывали метапластовые оковы, которые Лориан сотворил модулем из того, что Зормильтон ему мог предложить.

— Хе-е-е, — протянул тот, когда в нейру начали поступать данные с приборов. — У дружка-то скелет из неплохо структурированного углерода…

«Пока Альмер разбирается с анатомией, хочу поделиться информацией крайне увлекательного толка, — прозвучал голос Агмаила, доступный лишь Лориану. — У всех пилотов Перехватчиков, что ты поймал, есть нейра, причём очень похожая на нейру, которую используем мы. Однако либо она работает недостаточно корректно, либо у врагов наших действительно отсутствует какая-либо память, и из эмоций лишь страх».

«Это может быть защита, — ответил Лориан также в мыслях. — Вы бы тоже не хотели, чтобы ваши воспоминания враг мог взять и считать».

«Возможно, друг мой, — ответил Бог Разума задумчиво. — Но важно не это. Сегодня я узнал, что некоторое подобие нейры есть у всех Атексетов, и это не просто передатчик, с помощью которого они обмениваются информацией. Это метод полного контроля всем потоком информации, который отдельный Атексет получает от мира. Мы можем заставить вражеские дроны видеть то, чего нет, и чувствовать то, что мы прикажем — надо лишь научиться. На этой войне мы уже показали всё, что умеем — и надо начинать делать то, чего не умели раньше. Paliro elirus kehor — делающие уступят учащимся».

***

Инкубаторий представлял собой белый и чистый просторный зал, где создавались и выращивались человеческие эмбрионы. Длинные ряды сложных установок обеспечивали их всеми необходимыми питательными веществами, чтобы на трёхсотый день появилось на свет новое поколение обитателей Кубуса. Сотни учёных работали здесь же, раз за разом корректируя генетический код, чтобы новые люди становились здоровее, умнее и счастливее предыдущих.

Но сегодня инкубаторий превратился в поле битвы.

Взрыв разорвал потолок, и через образовавшуюся дыру посыпались гранаты с боевым газом. Серый дым стремительно заполнял зал инкубатория, разъедая пластиковые стёкла капсул с эмбрионами; едва сформировавшиеся организмы падали на пол, быстро умирая от недостатка кислорода и едкого газа. Сотрудники инкубатория быстро, как могли, выбежали из зала и закрыли за собой двери — но несколько тел осталось лежать недвижимо, и их кожа медленно обугливалась под воздействием серого дыма.

Через дыру в потолке на тонких нитях спускались Атексеты. Это были существа, наиболее приспособленные к ведению боя в помещении — приземистые, шестиногие, напоминающие больших крабов. Они были покрыты панцирем из неизвестного материала, защищавшим их от едкого газа, который медленно рассеивался, впитываясь в стены и пол.

Атексеты не просто так выбрали инкубаторий для атаки. Уничтожить поколение людей до рождения — приятный бонус, но главное — через коридоры инкубатория можно легко попасть в систему генерации пищи, тем самым лишив Айлинерон ещё одного источника продовольствия. Атексеты прекрасно понимали, что без пищи Кубус падёт очень быстро.

Но они не успели достичь пола, залитого биораствором из уничтоженных инкубаторов. Синие лучи роторных орудий засверкали со всех сторон, и пронзённые ими Атексеты безжизненно раскачивались на своих паутинках. Дроны Айлинерона стремительно ворвались в инкубаторий, скользя на трёх ногах с колёсами и постоянно перемещаясь, уворачиваясь от ответного огня. Распахнулась главная дверь, и Персиваль Алери со своим отрядом Рыцарей оглядел пространство.

Трупы Атексетов, подобно жуткому украшению, висели в воздухе рваным кольцом. Ужасный запах наполнял воздух, но Рыцари не чувствовали его, защищённые боевыми скафандрами. Колёсные дроны сновали по полу в ожидании новых врагов.

«Ставьте щиты», — отдал Персиваль нейрокоманду, и Рыцари активировали специальные программы модулей. Теперь система автоматически будет отражать атаки, тратя на это некоторое количество ресурса.

И в следующий миг через дыру в потолке спрыгнуло несколько десятков машин. Это были те самые боевые роботы, один из которых семь лет исследовался Альмером Зормильтоном в своей лаборатории: огромные, человекоподобные, будто бы слепленные из застывшего тягучего материала. Персиваль приподнял уголки рта.