Чтение онлайн

– Но кто мне даст хоть на минуту присесть? Я уже больше недели не готовил, а ты говоришь об отдыхе, – едва не со стоном выдал Дар.

– Просто скажи, что если ты сломаешься, то все усилия пропадут зря, – целуя веки, разжевала ему очевидное Рика.

====== Глава 82 Оружие ======

До выходных немного расквитавшись с делами и отстояв свою точку зрения, маэлт занялся отбором воинов в свою охрану, когда на террасу, где отдыхала Элен, зашёл Аэтан, неся в руках коробку. Он присел перед девушкой и после приветствия начал:

– Фоалинэ прекрасно справляется со своими обязанностями, позволь преподнести тебе подарок.

– Не бескорыстный, – усмехнулась Рика, озвучивая недосказанное Мастером.

– К несчастью, виэли Рика. Я бы предпочёл подарить цветы, но боюсь, обстоятельства требуют другого, – согласился он, снимая крышку.

На чёрном бархате лежало два парных кинжала. Узкие длинные лезвия стилетов, обоюдоострые, украшенные филигранным кружевом, с глянцевыми рукоятями и камнями разного цвета в месте скрещивания гарды и клинка. У одного – лунный камень и белая рукоять, у другого – янтарь редкого светло-золотого цвета и чёрная поверхность рукояти. Ножны лежали рядом, не менее искусно сделанные и повторяющие рисунок в разной цветовой гамме. Окинув взглядом оружие, оценив его качество и стоимость, Рика резко встала и, отойдя к краю террасы, твёрдо сказала:

– Я не могу принять их. Это слишком дорогой подарок, я не смогу дать за него и десятой доли цены.

– Скажи, фоалинэ, сколько стоит жизнь маэлта? – глядя в сторону сражающихся мужчин, спокойно спросил Аэтан.

– Его жизнь бесценна, – со вздохом ответила Ри, с непередаваемой тоской глядя в сад.

– Я дарю тебе лишь средство, чтобы удержать сей бесценный дар. Никто лучше тебя не сделает это. Не думай о цене, думай, как назвать оружие. Я не давал им имени.

– Уже назвала, – эхом отозвалась госпожа, не поворачиваясь к Аэтану, – это Призраки. Тень Дня и Свет Ночи.

Мастер удивлённо хмыкнул. Такой прыти он не ожидал. Обдумав её слова, пробормотал, думая вслух:

– Странно, имена не отражают «пол» оружия. Повелитель Стихий – это мужское имя, Стихийник – тоже. В данных тобой именах и мужское, и женское начало, так же, как и призраки могут быть кем угодно.

– У смерти нет лица, – бесцветным голосом сказала госпожа. – Это убийцы. Они многолики. Их имена лишь отражают суть.

И, подойдя к кинжалам, она взяла их за лезвия. Присев в шезлонг, Рика упёрла рукояти в колени, а острия – в ладони. По блестящему металлу заскользили капли крови. В этот момент на террасу ступил Дарниэль и, увидев происходящее, задохнулся от возмущения:

– Что ты делаешь?

– Знакомлюсь с оружием, – спокойно ответила Ри. – Это подарок учителя Аэтана. Мои кинжалы, Тень Дня и Свет Ночи. Призраки.

– А более миролюбивого подарка нельзя было сделать? – бесился остроухий, нарезая вокруг девушки круги.

– Фоалинэ умеет обращаться с оружием, лишним оно не будет, – спокойно пояснил усатый.

– Давай перевяжу раны, – смирившись, предложил Дарниэль.

Он положил Стихийник на бархат коробки и исчез в апартаментах. Когда вернулся, Рика уложила влажные от крови кинжалы на их место, поверх катаны маэлта. Кровь с лезвий нехотя переползла в ажурный узор меча и заскользила по желобку к рукояти.

Оружие приняло друг друга.

Настала ночь. Пресветлая пара сидела на террасе, разглядывая мерцание звёзд в небе, думая каждый о своём. Нарушил молчание маэлт:

– Я никогда не был нужен своим родителям. Отец не хотел наследников, и случайная беременность моей матери не вызвала у него восторгов, наоборот, её отправили в ссылку, в далёкое селение, чтобы не мозолила глаза, а по возможности и умерла от яда маэлта. Но мама выносила и родила меня, умудрившись выжить. Детство я помню плохо. Только то, что мама постоянно плакала, глядя на меня, другие меня сторонились, боясь умереть от одного взгляда «выродка». До своих двенадцати лет я рос с ней. Рядом жил пожилой повар, он-то и стал моим первым учителем. Тайно. Потом что-то случилось, и нас забрали во дворец. Там мы прожили ещё год, потом мамы не стало. Я думаю, её убили. Меня учили боевым искусствам, наукам, не выпуская из небольшого особняка никуда; я видел лишь шесть человек окружения, которые продолжали шарахаться от меня. Тогда же умер от моего яда учитель.

Когда умирал мой папаша, так и не признав меня, на смертном одре он выдал следующее: «Пускай этот выродок заслужит право называться моим сыном и тогда получит трон. Если сможет». Вскоре меня посвятили в наследники. Меня побрили, сделали татуировку, пирсинг. Целую неделю не выпускали из храма, читая молитвы и не давая шевелиться. Потом начался кромешный ад. От меня скрывали всё хорошее, позволяя узнать лишь отрицательные стороны жизни, хотя это я понял только сейчас.

Ко мне стали приставать мужчины, я никогда не был похож на мальчика, скорее, наоборот. Меня изнасиловал начальник охраны, а когда я попытался убить себя – заперли в комнате для душевнобольных. Тогда случился и тот сон с рекой крови. Меня вернули во дворец, насильника своего я больше не видел, а когда молодое тело начало слишком настойчиво заявлять о себе – прислали служанку, которая сделала то, что ты видела в той кладовке. Другого способа получать удовольствие я не знал.

Так я провёл пару лет, когда случился мятеж и меня выкрали. Долгое время меня куда-то перевозили, я потерял счёт дням. После очередного раза, очнувшись от снотворного, обнаружил себя на корабле. Это были космические пираты. Со мной на удивление хорошо обращались, позволяя заниматься как раньше и даже присылая наложницу время от времени. Сколько я там был – не знаю. Пиратов захватил патруль, и после непродолжительного боя всех забрали на крейсер. Оттуда я попал в инкубатор.

Вновь стало тихо. Просидев ещё недолгое время на улице, Рика просто подошла и взяла Дарниэля за руку. Это была не жалость, но сочувствие. Вскоре, озябнув от лёгкого ветерка, оба скрылись в апартаментах. Особенно нежно лаская друг друга, они как будто пытались исправить ту несправедливость мира, что нашла отражение в их судьбах.

Прошла ещё неделя, наполненная суетой подготовки, тренировками с новым оружием и заботами в связи со скорым отъездом. В один из вечеров, когда Ри и Дар присели отдохнуть в кухне в окружении близких теперь людей, в помещение залетела стайка девиц во главе с двумя матронами, неся множество женских нарядов на вешалках.

– Фоалинэ Рика, это Ваша одежда, примерьте. Вы должны выглядеть не хуже маэлта. Надеемся, в этих нарядах Вы будете блистать! – щебетали они, расхваливая платья и туники, весьма откровенные даже для Хаасра.

– А разве я не должна выглядеть более… целомудренно? – попыталась вразумить кумушек девушка.

– Что Вы! Это очень достойные наряды, способные подчеркнуть Вашу красоту! – не унимались барышни.

– Боюсь, вы преувеличиваете мою «красоту», – рассматривая глубокие вырезы на одежде, усомнилась Рика,- я не могу позволить себе надеть это. Моё тело не идеально.

– Вы наговариваете на себя, фоалинэ, Вы очень красивая девушка. Примерьте и сами увидите.

– Не стоит, лучше подобрать нечто более закрытое, – сопротивлялась Элен, но девушки её не слышали.

Никакие протесты не останавливали их от расхваливания одеяний и попыток утащить госпожу на примерку. Было странно, что события, происходившие в Этносе, стёрлись из памяти свидетелей, хотя, возможно, аптекарь и смог удержать информацию. В любом случае... Не выдержав, Рика вскочила и, чеканя слова, с горечью прокричала:

– Я не могу надеть подобного, моё тело не позволит. Как вы думаете, будет ли выглядеть привлекательно ЭТО?! – И она сорвала с себя рубашку, оборачиваясь спиной к матронам.