Чтение онлайн

Яга, инеголовый и рыжебородый сбросили вотолы и стали медленно спускаться с холма.

Патлатый старец, что остался с лучницей на верху, поворожил над посохом, стукнул им о землю, подобно Велесу, и твари, до этого умерщвлённые мечами дружинников, принялись подыматься на ноги.

Глаза их горели бледно-зеленым, тусклым светом и из пастей шёл такой же зачарованный пар.

Ни живые, ни мертвые, подобия вурдалаков навалились на Велеса с новой силой.

Яромир почувствовал, как от волнения намокли ладони и пот лился по спине ручьём.

Он никогда еще не встречался с такой силой, и она его по-настоящему пугала…

Как Велес думал, он сможет совладать хотя бы с одним из них, если без ворожбы даже простейшего беса одолеть не смог?! А тут целые боги…

Ярослав же все это время пытался пробиться к остальным, то и дело безуспешно оттесняя и продавливая Кащея, который, как успел подметить Яромир, сражался далеко не в полную силу.

Уже несколько раз Ярослав открывался, но Кащей намеренно не наносил смертельного удара. Он лишь изматывал и издевался над князем.

Яромир понял, что у костлявого были на отца совсем другие планы.

Чудовища, плотно наседавшие на дружинников, неожиданно остановились и дали дорогу своим предводителям.

Первым вышел огнебородый.

С играючей ухмылкой он выхватил из-за пояса два клинка-полумесяца, лезвия которых переливались ярким цветом расплавленного золота.

«Былины не лгали…» — с любопытством разглядывал огнебородого Яромир. — «Дый Златолюб и его Когти Жар Птицы.»

Инеголового Яромир не знал, но его вотола скрывала под собой ледяные доспехи, парящие холодной дымкой, а на месте, где ступала его нога оставался отчетливый след из снега.

Морозный воин протянул руку в сторону. Ветер вокруг его ладони закружился, быстро слепляя влагу тумана, которая превращалась в длинное, крайне острое на вид, ледяное лезвие.

И даже при виде настолько необычных и устрашающих врагов дружина Ярослава не дрогнула и не пустилась наутёк.

Они сомкнули щиты, издали громогласный рёв и пошли в опрометчивую атаку, понимая, что впереди их ждёт только лишь смерть.

В этот миг всё нутро Яромира наполнилось к этим мужам безграничным уважением, ведь на их месте он поступил бы точно так же, как и любой истинный воин…

Один за одним, они, вместе с лошадьми, замертво валились на землю, пораженные колдовским оружием.

Последние силы стремительно покидали их. Кровь безостановочно хлестала из множества ран.

Когти и зубы вновь и вновь восстающих чудовищ глубоко впивались в их тела, отрывали руки и головы, но и тогда никто из дружинников не отступил.

Даже невероятно точные стрелы Деваны, с легкостью пробивающие самые толстые доспехи, не смогли сломить их.

Жили настоящими воинами… и умирали, настоящими воинами…

Велес, видя, что дружины больше нет, спрыгнул с Траяна, лихо отшвыривающему чудищ серебряными копытами в разные стороны, и бросился наперерез Дыю и Инеголовому:

— А ну, сопляки, покажите, чему вас обучил этот мешок с костями!

Он дерзко попытался привлечь к себе внимание и ему это удалось.

Ассы переглянулись и вместе набросились на Велеса, принявшегося с неистовой яростью охаживать их посохом.

Яромир почувствовал, как он всё ещё давал Ярославу шанс успеть первым добраться до кареты.

Яга же будто плыла над полем брани.

Она аккуратно переступала через лежащие у её ног тела, бережно поднимая подол платья, чтобы ненароком не испачкать его в лужах крови.

Всё-таки она подошла к карете первой и, только ей стоило открыть дверцу, как изнутри блеснуло лезвие, срезав прядь её распущенных лоснящихся волос и оставив на щеке неглубокий порез.

Княжна Ольга, с выпученными от страха голубыми глазами, яростно размахивала маленьким клинком, старательно пряча плачущего на её руках маленького Яромира.

Но она была всего лишь княжной…

На мгновение взгляд Яги с нескрываемым любопытством задержался на запястье Ольги после чего хлёсткий удар тыльной стороной ладони поубавил пыл княжны, отправив её в глубокий сон.

Яромир на её руках закатился слезами пуще прежнего, своим криком привлеча внимание Ярослава.

Сквозь толпу чудищ и всё ещё стоящего на ногах Велеса, князь разглядел черное платье Яги, нырнувшей в карету.

Ярослав пришёл в ярость.

Неожиданный тяжелый удар отбросил Кащея в сторону и, прицелившись, князь метнул Кладенец в Ягу.

И клинок непременно бы угодил прямиком в колдунью, не одерни его руку неожиданно вырвавшийся из земли корень.

Клинок совсем немного отклонился от курса и пробил борт кареты в каких-то паре дюймов от головы Яги, которая от неожиданности вывалилась на улицу, прямиком в лужу из крови и кишок кикиморы.

Все надежды на спасение Ярослава рухнули, как и надежды Яромира…

Корни мгновенно оплели тело князя и крепко прижали его к земле, лишив всякой возможности двигаться.

— Не мытьем, так катаньем… Да, колдун? — полным усталости и безысходности голосом прокряхтел Ярослав, злобно сверкая глазами на приближающегося Кащея.

— Я давал тебе возможность выбрать правильную сторону, — хриплым, мертвым голосом ответил Кащей. — Видишь-ли, вся кровь, что пролилась сегодня — на твоих руках. Угомони ты свою больную гордость и сомнительные потуги старого глупца насовать мне палок в колёса…

Тем временем Яга вновь заглянула в карету.

На её удивление, младенец Яромир перестал кричать и расплылся в широкой, беззаботной улыбке.

Его большие голубые глаза, доставшиеся от матери, буквально сковали её, очаровали, околдовали, не давая возможности отвести взгляд и пошевелиться.

Велес же воспользовался единственным оставшимся моментом…

Два точных, коротких удара повалили Дыя и Инеголового на землю.

В один прыжок он подскочил к карете и распахнул противоположную дверцу.

Околдованная Яромиром Яга пришла в себя, но тут же получила тычок концом посоха в грудь, от чего вылетела из кареты на добрых двадцать шагов.

Велес крепко прижал ребенка к груди и, разбрасывая в стороны то и дело пытавшихся добраться до него тварей, стал быстро отступать к Траяну.