Чтение онлайн

Пойду поем. А вон и ресторан. При входе — зеркало. Судя по отражению — я самый красивый из всех здешних красавцев. Ко мне подходит моя женщина и берёт меня под руку. Нам сообщают, что заказанный столик нас ожидает. После ужина мы пойдём в номер и предадимся красивой любви. Всё течёт как по маслу. Всё, что ни задумаешь, всё происходит.

У этой женщины самая красивая шея из всех, что я видел. А в её глазах можно утонуть — сколько в них отражается чувств, мимолётных переживаний и любви ко мне.

Мы выходим с нею на балкон нашего номера и любуемся пейзажем. Безмятежное небо красиво рассекает горящая комета и падает где-то вдали, за морем. Какое-то время мы стоим в полной тишине, и я вижу её испуганные глаза. Внизу стоят люди. Они также замерли, глядя куда-то вдаль. Потом была вспышка и земля задрожала. Вдали поднялся высокий столб воды и пара, напоминающий ядерный гриб. Мы крепко обнялись и с тревогой посмотрели на то, как с огромной скоростью на нас идёт взрывная волна, а за ней цунами. Через минуту всех нас сметает и всё и счезает.

Дваноля разбудил меня ровно через полтора часа. Он, видимо, подсчитал арифметическое среднее, учитывая мою неопределённость. Для моей революции он бы реально мог пригодиться. Но что будет, когда он поймёт, что я не могу ему помочь? Да и не хочу.

Перед встречей с психологом я побывал в центре по продажам персональных ботов и всевозможных гаджетов. Центр располагался на первом этаже зеркального небоскрёба недалеко от моей гостиницы. Огромное светлое помещение с множеством продавцов-людей, с выставленными образцами ботов и проекциями рекламных роликов. Там я даже встретил других покупателей. Родители выбирали подростку его первого бота, а тот выглядел как самый счастливый человек на свете.

Большая часть людей выбирали своих первых персональных ботов на совершеннолетие, расставаясь с ботами родителей. Персональные боты были очень дорогими и, чтобы их оплачивать, многим приходилось брать долгосрочный кредит, как когда-то в моё время покупалось жильё. Детям миллионеров их дарили пачками, а бедняки вообще не могли себе их позволить. В течение жизни смена персонального бота на другого была редка. Только раз в десять лет нужно было отдавать его на капремонт и замену батареек. Если бот погибал, его могли заменить на новый по страховке. Если он устаревал в техническом плане, был возможен апгрейт, но основа мозга со всеми воспоминаниями оставалась прежней.

Боты, выставленные на продажу, стояли тут и там на постаментах, и с каждым из них можно было пообщаться, посмотреть на его реакции, прослушать варианты речи. На первый взгляд различия были лишь в том, насколько сильно заморачивались дизайнеры в приближенности внешнего вида бота к человеческому. Качество использованных материалов тоже бросалось в глаза. Чем дороже стоил бот, тем мягче была его поверхность, более приятной на ощупь, более приятной на глаз, такого лёгкого кремового оттенка. Тем натуральнее были волосы на голове.

Через несколько минут к нам подошёл продавец, увидев мою заинтересованность и тут же узнал:

— Ву! У нас тут супер-стар! — несколько стоявших неподалёку людей на миг оглянулись и снова погрузились в изучение товара.

Потом он не отходил от меня ни на шаг и постоянно давал комментарии к любому боту, на котором я останавливал свой взгляд. Процесс был весьма утомительным. Он хвалил моё терпение и сравнивал этот момент со свадьбой.

Когда я купил бота, потратив на него практически всё, что у меня было, плюс, воспользовавшись небольшим кредитом, продавец предложил пройти процедуру регистрации прямо в магазине. Новый бот должен был зарегистрировать меня в огромном перечне информационных потоков: от различных медийных, государственных до коммерческих, включая связь и выход в сеть. За постоянное подключение бота к этим потокам бралась абонентская плата, но со скидкой, учитывающей объём рекламы, который я добровольно позволял выливать на мой мозг. Скидка была существенная, и я согласился. Часть регистрационных действий уже совершил за меня юрист-бот, и потому необходимо было провести процедуру безопасной передачи данных с одновременным стиранием её из памяти Дваноля.

Продавец вскрыл свежую упаковку купленной мною модели, оживил бота и запустил его вместе с Дваноля в небольшую комнатку в центре шоу-рума, которая как я понял, исполняла функцию изоляции от внешнего мира беспроводного обмена информацией. Боты обменялись данными обо всех операциях, которые производились с моими счетами, после чего Дваноля вышел, необременённый более никакой моей тайной. Прощаясь, он сказал:

— Через некоторое время я напомню вам о своей просьбе, — к сожалению, сами беседы, которые он вёл со мной, не стирались.

— Хорошо, Дваноля. Я подумаю, что можно сделать.

И он ушёл, оставив меня с моим пока ещё безмолвным новым помощником, ботом, чьей основной задачей было хранение важной информации обо мне. Фирма-производитель под названием, вызвавшем у меня ностальгию, — «HYUNDAI-SONY» — гарантировала конфиденциальность. Все данные о моих беседах в его присутствии или сетевых переговорах будут моментально удалены в случае любой попытки несанкционированного доступа. Продавец порекомендовал мне сразу же настроить все информационные фильтры, потому что как только бот начнёт работать — на меня просто польётся поток из самых разных СМИ, а также СПАМ и прочее.

— Тограф ставите? — спросил он неожиданно.

— Где?

— Та, хот на етам боте… — он небрежно показал на первого стоящего неподалёку и дал мне маркер.

Я расписался на спине бота, а тот обернулся и спросил:

— Вам памочь?

— Ни нада иму памагат. У ниво уже ест памошник.

Вернув маркер продавцу, я подошёл к своему новому боту. Он выглядел как манекен мужского пола в витрине магазина одежды, только голый. От него слегка пахло свежим кожзаменителем. Нужно было произнести кодовое слово и тем самым активировать его. А дальше использовать диалоговое меню, чтобы создать систему информационных фильтров.

— Здравствуй, хозяин, — это были его первые слова, слетевшие с неподвижных губ, а я был первый человек, которого он увидел.

Его вторые слова были такие: «У вас сто тысяч пятьсот шестьдесят три предложения о дружбе».

— Да я же только что зарегистрировался!

— А иа гварил, чта филтри нуна ставит, — говоря это, продавец манипулировал с экранчиком информации о свойствах и цене бота, на котором я расписался.

Систему фильтров я устанавливал довольно долго и кропотливо. Прежде всего, меня интересовали новости о моей персоне. Я собирался посвящать их просмотру ежедневно по несколько часов. Бот мог выводить на любой доступный экран любой информационный поток, который он сохранял в своей памяти. Мог обнаруживать похожие сообщения и не показывать их всех, а просто сообщать о количестве повторов. Мог выстраивать показ в определённом порядке, по релевантности моему запросу, по дате и времени и т. п. Меня также интересовали просто топовые новости о самых главных событиях в мире — хотелось быть в курсе всего нового. Меня интересовала история планеты за последние сто лет, но этому тоже нужно посвящать отдельное время. Может, просто запереться в гостинице на недельку и погрузиться в эти данные, чтобы ничто меня не отвлекало.

По поводу входящих сообщений и переговоров — чтобы удобнее их принимать, я должен был приобрести весь набор индивидуальных гаджетов: мази для глаз и ушей, которые превращались во временные линзы и наушники, а также браслет для управления. Всё это я уже не выбирал так тщательно. Просто доверился продавцу. Тот порекомендовал ещё и ампулу с нано-роботами, способными передавать боту мысленные команды и принимать его ответы без звука. Я вежливо отказался.

Пока мне было непонятно, как фильтровать входящие. Решил, что буду это делать по мере освоения. Мне дали телефонный номер, который пока никому не был известен. Поэтому с ним я буду вести себя осторожно, а друзья в интернете — пусть добавляются. Пусть пишут.