Чтение онлайн

— Ну да, — шепотом отозвался тот.

Я фыркнул. Все это здорово напоминало первый урок в младшей школе. Что-то типа:

«— Иванов!

— Я!

— Сидоров!

— Я!

— Петров!.. Где Петров? Дети, кто знает, что с Петровым? Опять прогуливает, или заболел?..»

— Звено Пятерых!

Из первого ряда сделал шаг здоровенный детина с длинными жирными сосульками волос и квадратным подбородком.

— Двое убыло.

— Отчитаетесь в индивидуальном порядке в конце дня, — невозмутимо сообщил наставник и продолжил перекличку.

— Что значит — «убыло»? — снова спросил я.

— То и значит, — хмуро отозвался парень. — Здесь тебе школа начертаний, блин. Вышел в тестовую зону и не вернулся — значит, убыл.

— Помер что ли?!

Я вроде спросил не так чтобы громко. Но почему-то именно в этот момент все шорохи и голоса вокруг внезапно затихли, и в этой тишине мой изумленный вопрос прозвучал неприлично отчетливо.

— Минус балл за дисциплину! — сверкнул в мою сторону зелеными зрачками наставник. — Выйдите вперед! Имя, звено!

Прекрасно. То есть эти несчастные наставники даже не сообразили, что перед ними новичок? Хорошо же они знают свой «личный состав».

Я шагнул вперед.

Сотни недовольных взглядов уставились на меня, но в этот раз такое внимание меня почему-то ничуть не смутило.

— Имя — Даниил. Звена нет.

И только теперь, когда я громко произнес свое имя, Олег отвлекся от своих размышлений. И, повернув голову, поднял на меня озадаченный взгляд.

Я улыбнулся.

Да, сука. Это я. Привет тебе, старый друг!

— Вы из вновь прибывших? — холодно осведомился наставник.

— Так точно.

— Хорошо. А второй новичок где?..

— Я здесь, — отозвался Графыч, шагнув ко мне. — Эрик. Звена тоже нет.

— Зачисляетесь в звено Пятерых вместо двух убывших учеников. Звено Пятерых, с вас минус одно очко за дисциплинарное взыскание одному из ваших участников. Вернитесь в строй, — равнодушно заявил наставник. — Звено Иена!..

Мы с Графычем переглянулись и вернулись в строй.

Что за хрень тут у них происходит?

После переклички наставники развернулись и вышли из холла, как ни в чем не бывало. В холле загудела ученическая жизнь. Только, надо сказать, как-то странно она тут у них гудела — кто-то поплелся прочь обратно на лестницу, а кто-то громко призывал свое звено. И наш сосульчатый командир был в их числе.

— Звено Пятерых! Быстрый сбор! Звено Пятерых!..

Я схватил Графыча за плечо и по-быстрому работая локтями протолкнулся вместе с ним сквозь толпу к нашей группе.

Окинув взглядом всех, собравшихся вокруг командира, я обреченно вздохнул.

Похоже, нас записали в самое отстойное звено из всех. По крайней мере, ни у кого из учеников глаза не пылали жаждой познания, а на лицах не проступали признаки непомерного интеллекта: кроме грустного жирноголового парня в нашу группу входил долговязый блондин с россыпью прыщей по щекам, грудастая темноволосая девица со стеклянным кукольным взглядом, мужик с глубоким шрамом на подбородке и шкет лет четырнадцати с яркой бронзовой головой и россыпью веснушек на носу.

И что-то как-то их вовсе не пятеро набиралось, если учесть двух «убывших», чье место мы заняли. То ли математика у них какая-то другая, или название взялось не от количества входящих в звено людей. А от чего-то совсем другого.

— Сбор через час в двенадцатой аудитории, — сказал наш глава.

И члены звена, зевнув, двинулись в разные стороны...

И что? Это — вся приветственная информация?

— Эй, погодите! У вас ведь двое новичков. Разве вы не должны рассказать нам про местные правила и обычаи, расписание занятий и прочие премудрости? — возмутился я.

— Через час! — снова буркнул через плечо наш командир и поплелся к лестнице.

— Ну дела, — выдохнул я.

— Премудрость тут одна — каждый сам за себя, — звонко отчеканил мелкий мальчишка, с интересом разглядывая нас с Графычем. — А вы вообще откуда?

— А ты здесь откуда, такой говорливый да мелкий? — ловко перевел я стрелки.

— Так здесь нет ограничений по возрасту, — пожал плечами мальчик. — Да и склонность к начертательной магии может проснуться как в юности, так и в старости — и вы оба тому подтверждение, — с ехидной улыбкой добавил он.

Я усмехнулся.

— Вот заноза. И как тебя, заноза, зовут?

— Я — Руди, — весело представился паренек, по-мужски протягивая мне руку.

Я серьезно пожал ему ладошку.

— Хорошо, Руди. Я — Даниил, это мой приятель Эрик. И раз уж ты такой общительный, расскажи нам — как здесь вообще все построено? Лекции, тренировки, что и когда.

— Нет никаких лекций и тренировок, — ответил мальчик. — Есть ваша комната, классы для занятий, две библиотеки и наставники, которые ответят только на тот вопрос, который будет правильно задан. И есть тестовая зона, откуда однажды можно вернуться начертателем, а можно и вообще не вернуться и стать естественной убылью. Все, — сообщил он, с искрящимся любопытством разглядывая мой прикид. — А ты правда палач? Это так круто!..

— Подожди, но ведь это — школа. Значит, должен вестись какой-то учебный процесс! — возразил Эрик.

— Это — не школа, а преддверие, — пояснил мальчик. — Учебный процесс в преддверии представляет собой... — он чуть прикрыл глаза, точно вспоминая чужую цитату — глубокое погружение каждого ученика в свой собственный внутренний мир и путь к внутреннему голосу, который откроет для него двери начертательного искусства.

Шумно выдохнув, он опять улыбнулся.

— Ну что, поняли?

Мы с Эриком опять переглянулись.

И невольно разразились ржакой, вспоминая глубокомысленные наставления Майки — про погружение в глубокий внутренний мир и поиск источника.

Прямо домом пахнуло, иначе не сказать.

Паренек озадаченно смотрел на нас — видимо, силился понять, что же такого смешного он только что сказал.

Однако же доверять россказням ребенка я не торопился. А значит, придется ждать целый час, а потом приступить с расспросами к взрослым ученикам.

Или же задать вопросы кое-кому другому, поважнее учеников и наставников. Прямые вопросы в лоб.

— И как долго занимает период преддверия? — осторожно спросил Эрик.

Мальчишка пожал плечами.