Чтение онлайн

Блин, когда же это кончится?! Долго мне ещё работать дежурным принцем на дежурной белой лошади и спасать местных принцесс?! Урою, блин, гадёнышей!!!.. Метрах в пяти от этой эротической сценки ещё двое, матерно хекая, пинают лежащее на земле тело.

— Хорош, ребятушки, взденьте-ка его, да водой отлейте. — Распоряжается, сидя у костра на обрубке бревна, персонаж, более всего похожий на мелкого купчину. По капиталу мелкого, брюхо там очень даже немаленькое, да и такую корму не каждая лавка выдержит.

— Всё, Михайла Михалыч, готова девка. — Подаёт голос шлёпальщик. — Вам-от первому честь и отведать.

— Посадите-ка энтого, дабы видел, как мы с его доченькой таёжную свадебку-то сыграем. — Купчина поднимается на ноги. — А то приехали тута! Наши отцы-деды своими ногами сюда пёхом по два-три годика шли, многих в дороге и похоронить успели. Сами лес рубили, избы ставили, землицу распахивали. А энтии вахлаки тута по чугунке, да на всё готовое…

Закончить мысль он не успевает, заметив появление новых зрителей. Но права качать пытается сразу же:

— Эт-та хто такие?! Пошто припёрлися?!..

— А ты сам, жирдяй, кто таков, чтобы спрашивать? — Наконец-то появляется возможность интеллигентно поговорить с хорошим человеком, заодно и размяться. Делаю знак своим, что вмешиваться пока не надо.

— Што-о?!!.. А ну его!!!.. — Даже в начинающихся сумерках видно, как цвет рожи меняется с просто красного на помидорно-багровый.

Первый кинувшийся исполнять повеление хозяина холуй получает расслабленными пальцами хлёст по горлу и тут же, хрипя, ложится… Ну да, это очень больно и неприятно, когда бьют по кадыку. Второй, подскочив сбоку, пытается огреть по голове дубинкой… Которая, не встретив сопротивления, по инерции летит вниз и заканчивает траекторию в ширинке своего обладателя… Ну, батенька, надо же поосторожней с тупыми тяжёлыми предметами.

Третий, освежив атмосферу чем-то невнятно-матерным, кидается к телеге, где, скорее всего, лежит какое-нибудь охотничье ружьишко, но у самого бортика натыкается лбом на дульный срез тренш-гана в руках одного из диверсов и замирает столбом. Остальные тоже резко передумывают дёргаться, обнаружив возле себя внезапно появившиеся фигуры с помповушками и дробомётом Браунинга.

— Ну что же, толстый, твои собачки команды не слушаются? Кормишь плохо?

Жиробас так и стоит с раззявленным ртом, глядя как его людей «прислоняют» к тележным бортикам и, тщательно обыскав, вяжут и складывают на землю. Ражий детинушка, которому, впрочем, больше подходит прозвище не Иванушка-дурачок, а Ванька-дебил, пытается рыпнуться, но получив по печени, тут же передумывает и ложится рядышком с остальными.

— Эй, круглый и волосатый! Поведай-ка нам что тут происходит! — Пытаюсь отвлечь внимание вожака от процесса шмона телег.

Моё послание адресату доходит только со второго раза и только подкреплённое вежливым подзатыльником.

— Кто такие, спрашиваю?! И что тут делаете?

— Дык эта… Купца Бочагина люди мы. С обозом вось идём… В Климоуцах лабаз наш…

— В телегах только ханка… Самогон китайский, ханшином называют. Не иначе с той стороны тишком перекинули. — Проясняет картину подошедший казак.

— А с мужиком этим и с бабой что?

— Дык… Провинился он, вот и поучили малёха для острастки…

Ага, не так давно другое тут говорилось… Да и поучили как следует, вон наш доктор Ванечка до сих пор над ним колдует…

— А бабу тоже учить собрались всем скопом?

— Ага! Кулеш вон подгорел, не уследила сучка!.. — Видя, что сразу убивать его, вроде, не собираются, вожак снова начинает потихоньку борзеть.

— Мужик этот — переселенец недавний, ехал попутчиком с вами! Девушка — его дочь! — Подошедший доктор Ваня, не привыкший до сих пор к проявлениям обычной человеческой сущности, говорит гораздо эмоциональнее обычного. — Землю здесь его сын, как фронтовик получил, вот они всей семьёй и переехали!..

Угу-м, наверняка, как член РОВСа по призыву Великого князя Михаила поехал Дальний Восток осваивать. А тут свои же люди русские вот так вот помогают. Ну, что ж, имеем налицо явное противодействие и наплевательское отношение к указам Регента. Да и помимо этого я, как РОВСовец прям-таки должен за своего вступиться!..

— Гэть!.. Да ты поднимайся, тварюга жадная, поднимайся…

Брюхо приказчика от хорошего пинка подпрыгнуло вверх, потом ринулось обратно, да с такой силой, что коленки у болезного не выдержали и подкосились. А может и потому, что я куда-то там удачно попал…

— Чем его трогать, с…ка, лучше об меня кулаки почеши! — Слышится злой выкрик от лежащих. Кто-то из диверсов дёргается «прекратить недозволенные речи», но машу рукой, типа, — не надо. Пинаю груду мяса ещё пару раз и иду смотреть, кто ж там такой громкий нашёлся… Ага, Ванька-дебил оклемался.

— Думаешь, мне интересно будет тебя по косточкам разбирать?

— А ты спробуй!.. Понравится!..

Лежащий на земле зло сплёвывает на мой сапог, чтобы обратного пути мне уже не было. Наглый… В себе уверенный… Значит, чего-то там знает и умеет. Или думает так. Вот и повеселимся!..

Один из казаков разрезает верёвку на руках и детина поднимается, растирая запястья.

— А чё будет, ежели побью?

Нет, точно наглый. Не стоит вот так радостно бежать впереди паровоза.

— Отпустим всё ваше стадо, нахрен вы кому нужны. Только побей сначала…

Бугай отвечает мгновенно. Две размашистые плюхи, скручиваясь, принимаю на «кошачьи лапки», неожиданно последовавший лоу-кик смазываю, двигаясь к противнику, а не разрывая дистанцию, и с разворота правым крюком попадаю в солнечное сплетение. Стою, жду секунд десять, пока этот клоун очухается… Он уже в стойке… Плюха… Плюха… Ах ты ж, с…ка! «Вилкой» в глаза?!.. Отдёргиваю голову, скручиваясь по часовой, правая подхватывает руку противника снизу, левая, заехав по пути локтем в висок, фиксирует запястье сверху, большие пальцы — на кентосы мизинца и безымянного, разворот обратно, руки по дуге от себя и вниз. Ой, кажись, там чё-то хрустнуло… Широко известный в узких кругах рычаг руки наружу. Судя по сдавленному стону, — удачный, противник даже не пытается подняться…

— Вань, посмотри его. Там, по-моему, лубки нужны. — Поворачиваюсь к нашему доку, затем говорю стоящему рядом диверсу. — Подстрахуй.

Пока наш «Айболит» занимается горе-богатырём, стою и думаю, что делать дальше. Тащить их обратно, предъявлять полиции по обвинению в контрабанде, попытке изнасилования и нанесении тяжких телесных?.. Потеряем время, засветимся перед местными властями, да и дело, скорее всего, потом рассыплется. Наверняка купца, его приказчиков и прочую челядь там знают и не упустят возможность сделать свой маленький гешефт… Перебить сначала бутылки, потом обозников?.. Отрихтовать им мордочки есть за что, кое-кому и по мужской гордости пройтись надо бы, но множить на ноль?.. Не-а… Оставить всё как есть?.. Ну-у, наверное — да, придётся… Только пару штрихов добавить…

— Так, мил человек, оставаться тебе тут, думаю, оченно неохота. — Присаживаюсь рядом с крестьянином, возле которого уже хлопочет отвязанная девица. — Мы сейчас пойдём до следующей полянки, это — полторы-две версты дальше по дороге. Хочешь — поехали с нами? Переночуете там, утром на какой-нибудь попутный обоз подсадим… Не боись, ни тебя, ни твою дочку никто и пальцем не тронет, слово даю… Да вот тебе крест святой!.. — Правильно истолковываю его хмурый взгляд и молчание. — Если согласен, собирай свои манатки и дуй к нам… Да, и деньгу за проезд у этого кабана забери… Отдаст он, всё отдаст, ещё и добавит за моральный ущерб. Сейчас с ним договоримся…