Чтение онлайн

Очутившись у бруствера окопа, я делаю прыжок и чувствую, как по моему животу скользнуло что-то холодное. Я покатился по скату. Остановившись, почувствовал, что гимнастерка мокрая. Мы были в лощине - сравнительно в безопасности. Около меня стояли трое бойцов. Спрашиваю:

– Кого нет?

Толмачев грустно ответил:

– Нет Саши Золотарева, его убили. Пуля попала ему прямо в грудь.

Я почувствовал боль в животе. Расстегнул ремень, поднял гимнастерку и вижу: течет струя крови. Товарищи перевязали рану.

Мы двинулись к своим окопам. Уже брезжила заря. Приминая мокрую высокую траву, мы ползком добрались до наших окопов. Я подробно доложил капитану Шапошникову результаты разведки. Он поблагодарил нас за хорошее выполнение приказа и распорядился немедленно направить меня к санитарному инструктору.

Меня потянуло ко сну. Я тут же задремал. Раздался орудийный выстрел. Я открыл глаза. Возле меня стоял Толмагаев и, волнуясь от радости, рассказывал:

– Товарищ командир, наши снаряды бьют прямо туда, где мы только что дрались с японцами, и в лощину, где мелькали огни.

Я был рад, что разведка не пропала даром, и: снова задремал под грохот орудий.

Батальонный комиссар Д. Иващенко

Непартийные большевики

Бой за родину партийные и непартийные большевики шли с именем великого Сталина на устах. Единой мыслью - разгромить врага, не отдать ни одного вершка советской земли - жили бесстрашные патриоты, готовые в любую минуту пожертвовать собой за дело партии: Ленина - Сталина.

Собравшись перед боем на митинг, партийные и непартийные большевики нашей части писали в своей резолюции:

"Заверяем Верховный Совет СССР, что мы не хотим чужой земли, но и не позволим заклятому врагу ступить на нашу великую землю. Каждый из нас готов отдать свою жизнь за счастливую, радостную жизнь многомиллионного советского народа, за торжество Сталинской Конституции, за великого отца и учителя - товарища Сталина. Пусть помнят враги, что нет такой силы в мире, которая могла бы остановить победоносное шествие коммунизма в нашей стране".

Слова не расходились с делом. Непартийные большевики рука об руку с коммунистами героически сражались в боях против зарвавшихся японцев. Они показали безграничную преданность своей родине, неразрывную связь с большевистской партией.

Молодого патриота тов. Сельвестрова и раньше, до боев, знали во многих подразделениях как скромного в общении с товарищами, отличника боевой и политической подготовки, никогда не имевшего поломок и аварий машины. После боя с японцами выявилось еще одно прекрасное качество товарища Сельвестрова - бесстрашие, мужество и отвага в бою.

Хорошо сколоченный, отлично овладевший техникой экипаж тов. Сельвестрова одним из первых пошел в бой против японцев. Короткими пулеметными очередями экипаж выводил из строя живую силу противника, мощным огнем пушки подавлял огневые точки.

Японцы, отступая, сосредоточили огонь противотанковых пушек на машине Сельвестрова. Вокруг рвались десятки снарядов. Экипаж продолжал мужественно сражаться и наседать на врага.

Японцам удалось подбить танк. Водитель Буланцев был ранен. Стрелок Ландин убит. Тов. Сельвестров не растерялся. Он принял меры к эвакуации машины и товарищей, ремонтировал танк под огнем. Кто-то мимоходом бросил ему, что раненый комиссар Туляков может попасть в руки врага. Он бросился искать любимого комиссара. Беспартийный большевик Сельвестров несколько часов под обстрелом искал комиссара. Узнав, что комиссар жив и найден, он снова приступил к ремонту машины.

После эвакуации танка с поля боя командование посылает Сельвестрова для выполнения сложной задачи. И здесь он показывает героические образцы.

Таких патриотов социалистической родины, воспитанных партией Ленина Сталина, готовых в любую минуту отдать свою жизнь за счастье народа, у нас сотни, тысячи.

Лейтенант Федоров на исходном рубеже подал заявление о вступлении в ряды большевистской партии. Вслед за ним десятки других непартийных большевиков заявили:

– В бой хотим идти коммунистами.

"В ответ на наглую провокацию японской военщины прошу парторганизацию принять меня в кандидаты ВКП(б). Это высокое звание оправдаю на деле", писал в своем заявлении тов. Богданов.

"В ответ на провокационную вылазку японских налетчиков, пытающихся втянуть СССР в войну и поработить наш трудовой народ, я как патриот своей родины желаю быть верным кандидатом партии. Обязуюсь выполнять и проводить в жизнь все решения партии, быть активным пропагандистом в массах, изучить труды Ленина - Сталина, вести неуклонную борьбу с врагами народа, повседневно повышать боевую готовность РККА. Обязуюсь за партию, за дело Ленина - Сталина, за нашу социалистическую родину отдать, если потребуется, свою жизнь", - писал тов. Остапенко.

Шла необычная подготовка к партийному собранию. Оставалось несколько минут до атаки. К высоте Заозерной приковывались десятки взоров непартийных большевиков. Там после атаки было назначено партийное собрание по приему их в ряды великой партии Ленина - Сталина. Парторг тов. Бычков (погиб в бою) готовил к собранию документы на вступающих в партию.

После атаки под артиллерийским огнем партийное собрание приняло героев-патриотов в" ряды коммунистической партии и в сочувствующие. Этот момент у многих останется в памяти.

За шесть дней боев подано семьдесят четыре заявления о вступлении в партию, пятнадцать заявлений - о вступлении в группу сочувствующих и сто семьдесят шесть - в комсомол. Товарищи в своих заявлениях выражали свои искренние, глубокие чувства и безграничную любовь непартийных большевиков к партии и к вождю народов товарищу Сталину.

Ежедневно десятки рапортов мы получали от бойцов, командиров и политработников, оставшихся в тылу, с просьбой послать их в бой.

Беспартийный механик-водитель тов. Житенев писал:

"Японские разбойники нагло нарушили священные границы страны социализма. Кровь наших братьев не пройдет налетчикам даром. Клянусь перед родиной, перед партией, перед правительством, что за своих товарищей отомщу и буду беспощадно уничтожать фашистских гадов. Прошу не отказать в моей просьбе и послать меня в бой".

В дни перемирия в города и села Советского Союза пошли сотни писем бойцов и командиров, в которых непартийные большевики рассказывали о героике боев и выражали свою готовность в любую минуту рука об руку с коммунистами, под их водительством снова встать на защиту социалистического отечества, а если потребуется, то и отдать свою жизнь за счастье и радость народа, за цветущую нашу страну.