Чтение онлайн

Вот оскорбишь королевскую фамилию — разговор другой будет. Или сызменничаешь.

Потому в моей голове созрел план: как наказать молодого барона, так чтобы Самур остался в плюсе, обиженные девушки смогли бы начать новую жизнь, а барон… трудно думать за него, но, главное, чтобы не мстил. Мне — пару лет спокойных, без феодальных войн, а там отправим его на свалку истории.

Аксель запел словно соловей на рассвете. Правду всегда говорить легко и приятно, когда за неё не бьют. К сожалению, ничего нового я не узнал. Типичная биография феодала в опале. Сын потерял связи, с позором покинув свиту потенциального сюзерена. Старый барон бесился. Сын бесчестил местных крестьянок, бил крестьян — одного успел насмерть. Кто-то откупался, кто-то и уходил в бега, Самур рядом, люди там свободные. Относительно, но всё же, королю не особо до них, чтобы притеснять новыми ограничениями. Платят аренду, урожай хороший, чего лезть к людям — тут игры феодалов большую часть времени отнимают, дочка растет, Южная Каталия с колен встает.

В общем, Реин Недлир сколотил шайку отморозков и начал процесс первоначального накопления капитала, но не преуспел. Теперь его капитал частично вернется к бывшим владельцам, частично перейдет ко мне. Ведь земля — это капитал.

«Основной капитал, основнее не бывает в этом нашем с вами мрачном магическом средневековье», — оптимистично заключил я, и выгнал Акселя из повозки. Повернулся к Кае, пожаловался:

— Не люблю эти банды «золотой молодежи»: подрывают основы государства, разрушают веру в социальную справедливость, разжигают классовую ненависть. Даже отмени сословность, избирательная практика правоприменения останется, цена только вырастет. Вот что мне с барончиком делать?

Из всего сказанного Кая уловила только тезис про отмену сословности.

— Это я буду равна какому-то серву из Нижних Лопухов? — нехорошо прищурилась она.

— В плане ответственности за что-то нехорошее, — уточнил я, — да. Зная тебя, ну что ты такого сделаешь? Цветочек сорвешь понравившийся, с клумбы за ратушей?

— Всё сложно, — сказала она, подумав.

— Всё сложно бывает, когда беременна, а вариантов от кого — несколько, — сварливо выразился я.

— О, — удивилась Кая, — и такое бывает? Я счас умру: семпай у меня такой образованный.

— Умрешь, когда разрешу, — не сдавался я, — теперь ты бессмертная! — и быстро перевел стрелки. — боло где стырила, признавайся, хомячок?

— Хомячок?! — возмутилась она. — любишь ты рисковать, Джерк Хилл. Беляши, небось, на вокзале у извозчиков покупаешь?

— Я просто читал надпись на твоей колыбельной ляльке, — признался в этом старом, забытым давным-давно прежним Джерком, факте.

Кая Аисаки тоже была подкидышем. На орешниковой ляльке, принесенной к воротам гильдии авантюристов, спустя три года после Джерка Хилла, под соломенным матрасом, в углу была еле заметная надпись «Хомяки». Про такое село Джерк даже не слышал, из чего сделал вывод, что населённый пункт находится не в Самуре и не в баронстве Недлира. Ляльки всех подкидышей оставались в гильдии некоторое время: в хозяйстве всё пригодится, мало ли послужит для каких-то целей. Конкретно люлька Каи, сама по себе, была необычной: красивой и крепкой, дорогой на вид и прямо сейчас еще пылилась на складе. Я не сомневался, что Аисаки тоже видела надпись.

— Не дотерпел, значит до дома, — со зловещими интонациями в голосе поведала Кая, — решил на месте испытать судьбу. Готовься к поединку, Джерк Хилл!

— Это будет эпичная схватка! — гордо объявил я, — хомячок против сталкера! Раунд уан!

Тут повозка остановилась, меня, занявшего место на задней скамье, шатнуло на неё, я неловко взмахнул руками и приземлился на колени прямо перед ней, сидящей на лавке сбоку. Так меня и застал в этой позе позора Джиро Такаши, объявившей о прибытии к месту назначения.

— Когда-нибудь ты обязательно выиграешь, — царственно потрепала меня по макушке Кая, поднимаясь с лавки.

Виргатой называли базовый участок земли, выданный феодалом в пользование своему серву, в Англии. Надел свободного крестьянина назывался там по-другому — гайда. Создатели, в этом мире нюансами особенно не заморачивались, я просто представил на этом моменте как боссу виар-компании приносят сценарий и там для участка земли несколько названий. И он такой: «в смысле, для какого-то драного надела двадцать названий по типу обременения, субъекта и страны?»

Сценарист вылетает в окно и нет в этом мире никаких доменов, ленов, гайдов, прекариев и всяких хренотеней. Король дал землю — аллод. Феодал дал — виргата. И нечего людям голову морочить. Всяко легче для людей с работы, захотевших побегать на расслабоне в средневековом мире.

А потом пранк вышел из-под контроля: Создатели самовыпилились, мирок воплотился и зажил своей тяжелой средневековой жизнью. Так что феодал жаловал, передавал с правом наследования верным друзьяшкам из своей феодальной банды или серву какому виргату, а в грамоте приписка шла на каких условиях. Вот если продавал — называлось бы это… изменой бы называлось, ведь всеми землями владеет его величество. На самом деле, зависело от обстоятельств: королю нужно золото, феодал — брат, сват, кум королю, король пришел к феодалу просить немного войска. Тысячи мелочей вплоть до статуса и размера территории влияли на решение продать землю, или одобрить продажу земли одного феодала — другому, потому прецеденты были.

Подъехали мы к окруженной деревянным частоколом виргате, Визас поднатужился и болтом выбил ворота, авантюристы скрутили оставленного шайкой на охране подельника и какого-то пацана. Я скоренько выпрыгнул, повелел Джиро составить опись найденного имущества, забежал внутрь, держа Бафина за шиворот и пинком отправил открывать погреб.

Кая пошла осматриваться, искать заначки. Сам дом был не маленьким: сделан типичной фахверковой сборкой, между прочим, из нашей идоги — видать не всё деревья на бревна королю ушли. Каркас был заложен глиной, для местного климата вполне эффективное и экономичное решение. Помещение разделено на три зоны: немаленькая кладовка, большая гостиная, просторная кухня. Сверху мансарда для главаря. Погреб был в кладовке.

Бафин отпер ключом, который взял из деревянного шкафчика, здоровый железный замок, с натугой откинул крышку и отступил, опасливо косясь на меня. Мне в нос ударил кислый запах мочи, пота, немытого тела и крови. Я подвесил шар света и заглянул вниз. Знал, что зрелище будет мерзкое, будет вызывать отвращение, будет вероятно сниться, но я же врач немножко — надо идти первым, возможно придется откачивать кого-то.

На каких-то тряпках внизу лежали едва прикрытые девичьи тела со струйками крови на боку, ногах. Я сразу кинул лечение, нехорошо глянул на Бафина, тот затрясся, побледнел, руки заходили ходуном, крикнул, чтобы Дейвос нагрел большой чан с водой и полез вниз.

Одна из очнувшихся девушек, еще мелкая совсем, с ужасом, закрывая небольшую грудь стала отползать от меня. Черноволосая, с большими тёмно-серыми глазами, спутанные мокрые волосы закрывали правую сторону щеки, на левой — огромный кровоподтёк, можно назвать красивой, если не обстоятельства.

— Нет, нет, не надо, — шептала она, забиваясь в стену.

— Новый королевский наместник Самура, Джерк Хилл, — представился я, прокинув на неё лечение. — Все бандиты пойманы, связаны и ожидают моего суда. Тебе ничего не грозит.

Она зарыдала, затряслась, мне сделалось не по себе. Благо тут спустилась Кая, а я думал она заначки искала, но нет, с раздобытыми где-то тканями подбежала к девушке, укрыла её, прижала, стала мерно баюкать, что-то успокаивающе шепча.

Я подошел к оставшимся двоим, — о Создатели! — троим, среди них девочка. Широко открытыми глазами она смотрела на меня, взор её был полон ужаса.

— Как тебя зовут, малышка? — мне больше ничего в голову не пришло, кроме показательного сжигания всей банды на площади Самура и черт с ней, с экологией.