Чтение онлайн

— Вот, — продемонстрировал я свой «скромный особняк», — здесь мы с вами расстаемся. Следующий дом ваш, — я ловко кинул ключ от него, что забрал из хранилища в ратуше, старшему сыну.

Их домик, располагался метров через сто, за аккуратным палисадником с абрикосовыми деревьями, крючкасто раскинувшимися своими голыми ветками.

«Весной красиво будет выглядеть во время цветения», — прикинул я.

— Живите дружно и осторожно, — наказал я, — жилище для вас временное. Город будет продавать его на торгах, если не объявится настоящий хозяин. Так что не шали, Верлита.

У меня на них оформились планы: магичка Земли, бывшие владельцы бани — всё так в тему пока идет, неужели завтра принцесса пожалует? Разрушать и наводить ужас. В равных пропорциях как на жителей, так и монстров. И на меня.

«Ты просто скучаешь по Аише», — проницательно заметил внутренний голос. Ответить я ничего не успел. Из-за нашего, в отличие от соседнего палисадника, высокого забора выпрыгнула с шумным криком фигура ниндзи, вся в тёмном и с диким визгом кинулась к нам. Так же можно и удар схватить!

— А это твоя будущая подружка, — сказал я замершей в испуге Верлите, — маг Воздуха Риса Саитана, видишь уже «парение» освоила и разносит инфаркты по Самуру.

Вместо инфаркта Кая поймала в прыжке Рису и приземлилась вместе с ней. Это у неё хватательно-оберегательный рефлекс сработал. Впрочем, приземлившись с «добычей» Аисаки сделала вид, что так и было задумано — тренировка перехвата мага Воздуха, антимагическая защитная практика. Поправила прическу Рису и озабоченно спросила, как та провела время и подвела к нам.

— Верлита Ноккурет, — представил я ей зеленоглазку, — маленькая волшебница стихии Земли.

Две маленькие будущие шаньи забавно раскланялись. Смотреть как две независимые девчули знакомятся похоже на шоу из передачи про диких животных: самки осторожно принюхиваются, ты чья будешь, можно тебе волосинку отодрать, запустить ноготочком или не стоит? Конечно, в нормальной жизни маленькие девочки не так себя ведут, но потеряв близких, повидав всякого дерьма: от смерти до монстров, к людям, с которыми будешь жить, возможно, долго и счастливо, относишься очень щепетильно и придирчиво.

Поскольку они обе — мои, в том смысле, что верноподданные его будущего величества Джерка, долго комедию тянуть я не стал, взял их за лапки, пожамкал между собой, сказал, что у меня они не забалуют, по крайней мере, сегодня. А завтра познакомятся поближе и решат о совместных хулиганствах вместе.

— Объявляю сонный час, — скомандовал я, — всем доброй ночи, не болейте.

И был таков, утащив Каю и Рису за собой, в свой милый, тёплый дом.

— Рииисаааа, — протянула Аисаки, — ты что-нибудь умеешь делать быстро?

— Да, — невозмутимо ответила Саитана.

— И что? — саркастично поинтересовалась Кая, — пиу-пиу магией? Хватит корчить рожицы зеркалу!

— Оно первое кривляться начало, — возмутилась Риса и, оттянув нижнее веко правого карего глазика, одновременно показала зеркалу язык.

Наше величество и его верные миньоны собирались с утра на суд. Дело торжественное и церемониальное, потому девчули после легкого завтрака тщательно наряжались. Я с утречка не особо хотел просыпаться, но Риса, пришедшая ко мне с подносом еды, сказала, что в таком случае съест мой завтрак сама. До моего носа донесся запах бризоля с креветками, и мозг оживился, восстал в предвкушении. Потом я отжимался, одевался, хорошо — бриться не надо. Вышел из спальни через десять минут, а потом еще полчаса ждал девчонок.

В Шайне, как и в большинстве стран материка, основной суд был сеньоральным. То есть полнота досудебного расследования, уголовного преследования, вынесения приговора ложилась на плечи феодалов. Учитывая уровень этих самых феодалов, их компетентность, желание правосудия и понятий, что «закон здесь я», очевидно, что работала система криво. Подсудность определялась сословностью. Не всякий феодал утруждал себя работой по осуществлению правосудия — вернее так, с охотой — если можно было поиметь монет. Создатели правосудие успели немного осовременить, но тут всю систему менять надо, а им немного не до того было, подозреваю.

Хорошо, хотя бы обязательность вины убрали. Фишка средневекового процесса была в том, что обязательно в итоге судебного разбирательства находился виновный. А поскольку там в процессе сбор доказательств и вызывание на суд на плечи истца ложился, то представьте — не доказал ты вину обвиняемого, значит виноват ты. Штраф, плети, изгнание, повешение — смотря в чем обвинил другую сторону. Нет, если ты безрукий, хромой, слепой карлик и точно не мог убить жертву выстрелом из лука — виновным тебя не объявят, когда оправдают тобой обвиняемого человека. Ну, будет лук в таком случае виноват.

Да, в средневековом суде могли признать виновным предмет. Или само оружие. И все довольны, всем хорошо.

Хорошо хотя бы церковного суда не было, а с ними всяких ордалий, мысленно перекрестился я. Создатели из своего появления религии не сотворили, но даже наоборот запрещали такие дела. Конечно, после их ухода храмы и всякие ответвления религиозные потихоньку появились. Но публичные, и не раз, высказывания совершенно различных Создателей, в разных местах мира о том, что любую религию со своим участием они сочтут за оскорбление, — духовному окормлению не способствовали.

Прошедшие века размыли эти императивы, но слабость церкви по сравнению с королевской или феодальной уже стала фатальной. В конце концов, всегда были живые маги, что творили всякое волшебство. Храмы были местом памяти, уважения, но не поклонения. Хотя, вспоминая что творится в Южной Каталии…

Я очнулся от размышлений, взглянув на Рису, которая напялила на себя берет с вышитой лисичкой сзади. «Вот ведь, подлиза выросла», — умилился, душевно вышло.

Риса повернулась направо, крутясь перед зеркалом и моим глазам представал вязаная надпись «королевства уходят».

«Хм, у них уже и мода на надписи заходит», — благодушно подумал я.

Риса повернулась налево. «Короли умирают», — прочитал я, холодея.

— Кисуля, — сказал я ласково, — а повернись-ка ко мне своей моськой.

Да, по центру берета была надпись «магия навсегда».

«Нормас — сказал внутренний голос, — адепты магоголизма даже до Шайна со своей пропагандой добрались»

«Ходят слухи, что их рассадник в северо-восточной Академии Магии, но это от нас далековато» — болезненно удивился я, а вслух строго вопросил.