Чтение онлайн

Израиль был твердо настроен не признавать ООП. Министр Эзер Вейцман встретился в Вене с Арафатом и был отправлен Шамиром в отставку. Джеймс Бейкер настаивал на том, что евреи и арабы обязаны сесть за стол переговоров, причем представители населения «оккупированных территорий» должны составить вместе с представителями Иордании объединенную делегацию. 18 октября 1991 г. были разосланы приглашения на конференцию, которая должна была состояться в Испании. В конце месяца Мадридская конференция открылась. Президенты Буш и Горбачев были ее сопредседателями. Израиль был представлен премьер-министром Ицхаком Шамиром, арабские страны – министрами иностранных дел.

Пока шли бесплодные переговоры, крепло и набирало силы поселенческое движение на Западном берегу. Религиозные поселенцы, руководимые библейскими пророчествами, видели в Израиле не просто национальное еврейское государство, но воплощение древних религиозных чаяний еврейского народа. За несколько десятилетий после Шестидневной войны они создали процветающие и бурно развивающиеся поселения, такие как Маале-Адумим, Ариэль, Элькана и другие, активно принимая участие в общественной и политической жизни страны. Сегодня поселенцы служат в отборных частях Цахаля, что некогда было привилигией представителей «кибуцной аристократии».

В декабре 1991 г. в Вашингтоне собралась другая конференция для обсуждения процедуры будущих переговоров. Израиль поначалу твердо заявлял, что не пойдет ни на какие территориальные уступки. По мнению Израиля, главным вопросом должна была стать палестинская автономия. Палестинцы не были согласны с такой ограниченной повесткой дня.

После этих переговоров евреи и арабы встречались в ряде столичных городов мира, разрабатывая планы различных практических действий. Первая встреча состоялась в Москве. Она была посвящена водным проблемам и экономической кооперации. В Оттаве главной темой был вопрос о беженцах, в Вене – водные проблемы, в Брюсселе – вновь экономическая кооперация.

Эта говорильня была временно приостановлена в связи с выборами в Израиле. Победу одержала партия Авода, вступившая в союз с левой партией Мерец и Арабской демократической партией. В коалицию вошла также партия Шас. Перед новым премьер-министром Рабином стояли две задачи: продолжение мирного процесса и прием репатриантов из СССР. Вступая в должность, Рабин заявил, что «мирный процесс будет возобновлен с новой силой, и палестинцы будут равноправными партнерами в поисках взаимоприемлемого решения».

Посмотреть со стороны, идиллия: вот-вот взаимоприемлемо договоримся и станем жить в мире, добрососедстве и согласии.

Рабин утверждал, что правительство Израиля готово продолжить переговоры на основе решений Мадридской конференции. Он предложил создать палестинское самоуправление на Западном берегу и в секторе Газа. Рабин всячески демонстрировал свое миролюбие и склонность к компромиссам – так, он запретил ввести армейские части на территорию университета в Шхеме в поисках шести вооруженных террористов, которые пытались влиять на ход студенческих выборов. Кроме того, он заморозил любое новое строительство еврейских поселений на Западном берегу и в секторе Газа.

19 июля госсекретарь США Джеймс Бейкер прибыл на Ближний Восток с целью найти разрешение конфликта между Израилем и его арабскими соседями. Спустя два дня Рабин отправился в Каир, где должны были возобновиться мирные переговоры. В следующем месяце он ездил в США для встречи с президентом Бушем.

24 августа Израиль отменил депортацию одиннадцати террористов. В этот же день в Вашингтоне возобновились переговоры между Израилем и палестинцами. Через семь дней израильские власти освободили из предварительного заключения восемьсот (!) террористов – так называемый «жест доброй воли».

В это же время Хамас и «Исламский джихад» продолжали совершать теракты.

Группа израильских солдат попала в засаду, устроенную палестинскими террористами.

7 декабря 1992 г. три израильских солдата были убиты в городе Газа. Боевики Хамаса похитили и убили израильского сержанта.

Стремясь остановить рост насилия, левое правительство Израиля предприняло меры против Хамаса и «Исламского джихада». 415 активистов этих организаций, часть которых находилась в тюрьме, часть – под домашним арестом, были депортированы в Ливан. Правительство Ливана, естественно, не собиралось их принимать. Террористы создали палаточный лагерь на ливанской стороне границы. Совет Безопасности ООН, как и следовало ожидать, потребовал их возвращения в Израиль. При этом депортированные боевики тоже несли потери. В начале декабря в лагере беженцев погиб молодой палестинец: у него в руках взорвалась бомба.

30 декабря израильские левые власти заявили, что для депортации некоторых из активистов Хамаса не было оснований. А акты насилия продолжались.

15 января 1993 г. палестинец ударил ножом четырех человек в кафе на центральной автобусной станции Тель-Авива. Раненые скончались.

Несмотря на кровавые инциденты, 20 января начались переговоры между Израилем и ООП. Израиль реанимировал своих убийц в надежде на то, что они в благодарность за это перевоспитаются. Представители сторон совещались в течение трех дней на вилле вблизи Осло. Некоторые делегаты ООП тут же выступили с предложениями, предусматривавшими уход Израиля из сектора Газа, мини-план Маршалла для Западного берега и сектора Газа и экономическую кооперацию между Израилем и палестинскими властями. Израиль разрешил вернуться семнадцати из депортированных террористов, но отказал в возвращении ста одному боевику Хамаса. В результате интифада возобновилась с новой силой.

Жизнь израильских солдат постоянно была под угрозой. Приказ запрещал им открывать огонь на поражение при столкновении с палестинцами. Понятно, что в критических ситуациях с подобными великомудрыми приказами особенно считаться не будешь. Если не успеешь выстрелить во врага – второго шанса вряд ли дождешься.

Но Перес и Рабин с неодолимым упрямством продолжали переговоры. 9 февраля в Осло начался их новый раунд. Перес на совещании с Рабином внес гениальное предложение: «Следует сделать все возможное для того, чтобы Арафат вернулся из Туниса на Западный берег и в сектор Газа».

Что тут скажешь? Перед воскрешенным убийцей открыли ворота собственного дома, разостлали, сусально улыбаясь, ковровую дорожку с надписью «Благословен входящий» – и с сознанием исполненного долга уселись дожидаться Нобелевской премии в идиотской надежде на то, что убийца не превратит дом в кладбище.

11 февраля переговоры в Осло продолжились, и была принята декларация о намерениях, в которой в качестве генеральной линии предусматривался региональный план Маршалла.

А что же террор?

Террор продолжался.

1 марта два молодых израильтянина были заколоты кинжалом в Тель-Авиве.

На следующий день в секторе Газа палестинцы забросали камнями и застрелили Йегошуа Вайсброда в собственном автомобиле.

8 марта израильтянин-садовник был зарезан кинжалом.

12 марта был застрелен молодой иммигрант из Канады.

На следующий день была убита женщина-шофер, развозившая палестинцев на работу.

Через несколько дней были застрелены два израильских солдата…