Большая книга тостов
Шрифт:
Почему горцы пьют из рога? Любому кубку, любому хрустальному изяществу они предпочитают рог буйвола. Самого дорогого металла не пожалеют, чтобы одеть заветный рог в нарядную кружевную чеканку и тончайшую, как из волоса сотканную, цепочку. Рог вместительный, спору нет. Но не поэтому ему отдают предпочтение умеющие веселиться жизнерадостные горцы, а потому, что налитое в рог вино надо выпить обязательно — на стол рог не поставишь, на потом вино не оставишь!
Этот тост за хороший обычай: что можно выпить сегодня, не откладывай на завтра!
(С подъемом и громко, обращаясь к гостям)
Я хочу выпить…
(Значительно тише, грустнее и как бы к самому себе)
… Вот в общем-то и все, чего я хочу.
Так давайте же, друзья, в последний раз выпьем и твердо, решительно заявим: «Как бы трудно нам в жизни ни пришлось, как бы горько и тяжело ни было, какие бы беды и несчастья ни свалились на нашу голову, мы никогда в жизни… пить не перестанем!»
У одного мужчины разболелась спина, и он отправился к врачу. Доктор обследовал его, потом спрашивает:
— Вы курите?
— Нет.
— Наверное, пьете?
— Тоже нет.
— Но женщинами-то увлекаетесь?
— Нет.
— А! Тогда ясно! Значит, у вас… крылышки начали расти!
Чтобы быть здоровым, чтобы не болела спина, нужно себе что-нибудь позволять! Давайте, например, выпьем!
Человек приходит из небытия, и уходит в небытие!
И разве это не повод — выпить между двумя такими знаменательными событиями!
В раю нам водки не дадут — поэтому и пьем мы тут.
Выпьем за то, чтобы в одной руке у нас всегда был бокал вина, а другой мы могли дать по физиономии каждому, кто вздумает его отнять!
Под гнетом жизненных невзгод собрался как-то вешаться один мужик. Hу как положено — намылил веревку, встал на стул, просунул голову в петлю. Тут вдруг вспомнил — в холодильнике бутылка водки стоит!
— Ладно, — думает, — Стаканчик пропущу, на последок.
За мрачными мыслями и воспоминаниями выпивает всю бутылку, и нетвердой походкой идет в комнату. Опять на стул, голову в петлю:
— Стоп, а чего это я? Ведь жизнь налаживается!
Так выпьем же, чтобы жизнь налаживалась!
Больному врач прописал вино семилетней давности. У друга больного было такое вино, и пришлось побеспокоить его, попросить этого целебного напитка. Но друг отказал.
— Почему ты не хочешь дать мне этого эликсира? — спросил больной.
— Да потому, что, если бы я давал это вино всем, кто попросит, оно не стало бы семилетним, а кончилось бы в первый же год.
Вино сохранилось, а больной умер.
Мы пьем замечательное вино, которое пойдет всем нам на пользу, а больных вылечит. Тост — за хозяина этого чудо-напитка!
В одной замечательной песне есть такие слова: «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!»
Выпьем же за то, чтобы мы все (именно все) собирались вместе еще много-много раз!
Выпьем за честных и скромных людей! Тем более, что нас осталось так мало…
Для змеи самая большая радость чувствовать себя ползущей по чистой земле.
Для человека самая большая радость чувствовать себя живущим на грешной земле.
Выпьем за нас, грешных, живущих на этой прекрасной земле!
Маленький барашек прибежал к маме, и с радостной улыбкой сказал:
— Мама! Пастух сказал, что из меня выйдет хороший шашлык!
— И чему ты, дурачок, радуешься?
— Приятно, что я хоть на что-то гожусь!
Так выпьем же за то, чтобы и мы хоть на что-то годились!
Ходит один человек по свету с фонарем. Его спрашивают:
— Чего ты ищешь, человек? Богатства?
— Вот еще придумали.
— Правды?
— Что я, дурак?
— Любви?
— Не смешите, — отвечает человек.
— Дружбы?
— Напрасный труд.
— А что?
— Собеседника.
Позвольте предложить тост за приятных собеседников, которых я здесь встретил!
За то, чтобы каждый оставил след на земле — незримый, добрый след в чужой душе на много лет!
Мужчина устраивается на работу в солидную компанию. Шеф задает ему вопрос:
— Прежде всего мне хотелось бы знать, не склонны ли вы к выпивке?
— Нет, — отвечает мужчина. — Но если это нужно для вашей компании, могу научиться!
Я вообще-то мало пью. Но если это нужно для нашей компании — могу научиться! За нашу чудесную компанию!
Застолье без острого слова, без застольной речи — все равно, что песнь без музыки, картина без красок, щи без мяса и хлеб без соли: работают только желудки. Я поднимаю бокал за то, чтобы застолье было праздником ума, чтобы соревновались друг с другом веселые, умные, шутливые, лирические, иронические и вакхические тосты!
История говорит, что древнеримский полководец Лукулл тратил на свои знаменитые обеды по полмиллиона, а император Калигула на свои роскошные ночные пиршества — по два миллиона. У нас на столе не так роскошно, но в душе, ей-богу, три миллиона. Так за то божественное, что дороже денег!