Чтение онлайн

Чтобы конкретизировать проблему, Артур вводит следующие параметры: бар вмещает 100 посетителей, порог его заполненности – 60 человек. Таким образом, если, по прогнозам потенциального посетителя, сегодня вечером в баре соберется меньше 60 человек, он принимает решение идти, а если больше 60-ти – нет. Выбор не зависит от прошлых решений, завсегдатаи не общаются между собой и не координируют свои действия, поэтому единственная основа для принятия решения – посещаемость бара в прошлом.

Эта проблема примечательна в двух отношениях. Во-первых, она слишком сложна для решения дедуктивным методом. Поскольку единственная информация, доступная каждому, – посещаемость бара в прошлом, существует множество правомочных прогнозных моделей. Значит, потенциальные посетители бара должны использовать индуктивный подход. Во-вторых, надо учитывать встречное действие общих ожиданий. Если все сочтут, что сегодня большинство из них пойдут в бар, туда не пойдет никто. И наоборот, если все сочтут, что сегодня никто не пойдет в бар, в результате там соберутся все. Как и в конкурсе красоты Кейнса, вопрос не столько в том, что считаете вы, сколько в том, что, по вашему мнению, считают другие.

Исследователи смоделировали проблему бара El Farol, исходя из предположения, что стратегии принятия решений потенциальных посетителей совершенствуются от недели к неделе. При достаточном разнообразии стратегий и достаточном количестве итераций спустя какое-то время все посетители начинают принимать правильные решения и средняя посещаемость бара приближается к порогу заполненности в 60 человек. В одном из исследований было введено 2000 итераций, что равняется примерно 385 годам посещения бара8. Это говорит о том, что даже индуктивные подходы могут давать результаты, аналогичные результатам дедуктивных методов, при условии достаточного разнообразия стратегий.

Кейнс и Артур пришли к важному выводу в отношении рынков: многие инвестиционные решения не основаны и не могут быть основаны на математических дедуктивных методах. Я бы добавил, что в целом имеющегося разнообразия инвестиционных стратегий достаточно для создания эффективных рынков. Но когда такое разнообразие нарушается, – что происходит довольно часто, – рынки могут значительно отклоняться от лежащих в их основе фундаментальных показателей.

Разговор об ожиданиях будет неполным, если не сказать об одной странной особенности человеческой психики: после того как событие наступило, оно кажется нам гораздо более предсказуемым, чем казалось до того. Исследования этого феномена, известного как синдром суждения задним числом, показывают, что люди плохо помнят о том, насколько неопределенной и непредсказуемой казалась им ситуация, прежде чем они узнали о результатах9.

В качестве иллюстрации этого феномена специалист по поведенческим финансам профессор Херш Шефрин приводит высказывания бывшего главы казначейства округа Ориндж (штат Калифорния) Роберта Ситрона10. В своем ежегодном отчете, датируемом сентябрем 1993 г., Ситрон написал следующее: «В ближайшее десятилетие можно ожидать сохранения ставок на нынешнем уровне или даже их понижения. В обозримом будущем, охватывающем как минимум три года, ничто не указывает на возможность роста процентных ставок». В феврале 1994 г. Федеральная резервная система подняла ставки. Вот реакция Ситрона: «Недавнее повышение процентных ставок не стало для нас сюрпризом; мы ожидали его и готовились к нему». Конечно, есть вероятность того, что Ситрон радикально изменил свое мнение перед повышением ставок. Но, скорее всего, он, как и многие другие, страдает синдромом суждения задним числом.

Суждение задним числом препятствует качественной обратной связи – объективному анализу того, как и почему мы приняли конкретное решение. В качестве противоядия этому синдрому можно вести заметки, записывая свои предположения и доводы на момент принятия решения. Эти заметки станут ценным источником объективной обратной связи и помогут вам улучшить принятие решений в будущем.

В рамках обучения в Корпусе морской пехоты США генерал-лейтенанта в отставке Пола Ван Райпера учили классическому принятию решений: сформулировать проблему, очертить альтернативы, оценить варианты. Неудивительно, что он тоже учил классическому рациональному подходу, когда командовал Корпусом морской пехоты и руководил разработкой стратегии ведения боя в 1990-х гг. Но, занимаясь моделированием сражений, Ван Райпер осознал, что на поле боя рациональный подход к принятию решений не работает так, как предполагается.

Ван Райпер обратился к специалисту по когнитивной психологии Гэри Клейну, занимавшемуся исследованием того, как пожарные принимают решения в сложных ситуациях. Исследование Клейна показало, что пожарные вовсе не «очерчивают альтернативы и не оценивают все варианты», а используют первую более или менее приемлемую идею, которая приходит им в голову, затем ищут следующую идею и т. д. Принятие решений у пожарных и близко не походило на то, что описывала классическая теория.

Тогда Ван Райпер подумал, что торговый зал Нью-Йоркской товарной биржи имеет много общего с командными пунктами у военных. Поэтому в 1995 г. он привез группу своих офицеров в Нью-Йорк и посадил их за торговые симуляторы, чтобы сразиться силами с профессиональными биржевыми трейдерами. Трейдеры наголову разгромили морпехов, что никого не удивило. Но примерно месяц спустя трейдеры приехали в Квантико (штат Вирджиния), чтобы сыграть в военную игру с офицерами морской пехоты. И снова трейдеры наголову разгромили морпехов, что шокировало всех2.

Исследователей с давних пор интересовало, как люди принимают решения. Классическая модель принятия решений, созданная Даниэлем Бернулли более двух с половиной веков назад, по-прежнему считается нормативной во многих экономических теориях3. Но она далека от реальности. В 1950-х гг. экономист Хёрб Саймон привел весомый аргумент против классической теории, отметив, что требования к информации в этой теории намного превосходят познавательные способности людей. Человеческая рациональность ограниченна. В результате люди принимают решения не из расчета оптимальных исходов, а ориентируясь на то, что «достаточно хорошо». Саймон утверждает, что люди не стремятся получить максимум, а довольствуются тем, что есть.

В последние годы появился новый подход – натуралистическое принятие решений, пытающийся объяснить, как эксперты принимают решения в реально существующих условиях, которые для них полны значения и хорошо знакомы4. Исследования показывают, что ключевые свойства и принципы натуралистического принятия решений присущи опытным инвесторам. Таким образом, знакомство с этим подходом может помочь инвесторам оценить свои собственные методы принятия решений и имеет важное значение для обучения5.

В своей недавно опубликованной статье Роберт Олсен перечисляет пять условий, которые присутствуют в натуралистических задачах, и соотносит их с инвестированием:6