Чтение онлайн

Она рассмеялась, проводя рукой по его волосам. Этот жест оказался бездумно-собственническим. Рэд на миг закрыл глаза, захлестнутый волной удовлетворения.

– Приятно это знать, – сказала Хлоя. – Куда мы, кстати говоря?

– Ко мне в комнату. Раз уж у нас все официально хорошо, нет причин, почему бы тебе не сесть на что-то поудобнее пола.

– Справедливо. Но мы просто посидим. Больше ничего.

– О да. Больше ничего.

Так и было, поначалу. Хлоя задала ему тысячу вопросов о его планах и одобрительно кивала, слушая ответы. Он показал ей свои аккаунты в соцсетях, которые успел завести, а она объяснила ему, почему все его посты – полная хрень и как подбирать нормальные хештеги.

Только и всего.

Но потом Хлоя устала, так что они прилегли. А потом она снова поцеловала его, и его мозг коротнул – и вот Рэд уже оказался над ней, держа ее за руки и жадно целуя, пока она стонала.

И тут, посреди этого всего, она выдохнула:

– Ой, чуть не забыла! Наша отложенная на потом тема.

– Что? – прорычал он, прикладываясь губами к ее горлу.

– То, что ты меня любишь.

Рэд замер.

– Это, конечно, очень мило, – сказала она таким невинным голосом, что он немедленно всепонял.

– Хлоя.

– И чрезвычайно лестно, особенно от кого-то настолько замечательного, как ты…

–Хлоя.

– Что? Перебивать – это грубо, знаешь ли.

Он улыбнулся, глядя на нее сверху вниз:

– Прекрати меня мучить. Просто скажи.

– Что сказать?

– Женщина…

– Я люблю тебя, Рэд. Я люблю тебя, я люблю тебя, я…ммпф!

Он жадно поцеловал ее, и она, пискнув, умолкла.

Три этих коротких слова звучали просто прекрасно, но их вкус на ее губах был еще лучше.

Эпилог

Год спустя

– Хлоя, ну и коза же ты, самое время… ой, приветик, Рэд. – Ив, как всегда, становилась паинькой, стоило ей увидеть на экране телефона лицо Рэда.

Хлоя даже не потрудилась скрыть, что закатывает глаза.

– Да, и тебе привет, дорогая сестренка. Решила позвонить перед тем, как мы займемся своими делами.

– Это неправда, – услужливо сообщил Рэд, пытаясь перекричать шум уличного движения и топот сотен шагов – неотъемлемую часть оживленной нью-йоркской улицы. – Это я ее заставил.

Хлоя наступила ему на ногу. Он ухмыльнулся ей, ничуть не раскаиваясь.

– Честное слово, Рэд, слава богу, ты с ней, – цокнула языком Ив. – Ставлю что угодно, что ты-то уже звонил сегодня своей маме. Какхорошийсын. – Она многозначительно уставилась на Хлою, а потом отвернулась от камеры и завопила: – ЭЙ, ВСЕ! ХЛОЯ ЗВОНИТ!

И, кто бы мог подумать, по счастливой случайности вся семья оказалась дома. Только Хлое могло так повезти. Первой показалась Дани – она разве не должна была быть где-нибудь в библиотеке, грызть гранит науки? – а за ней следом папа, как всегда в своем пальто, будто в любую минуту мог куда-то умчаться. Потом появилась мама – ой, нет, это тетя Мэри без макияжа. За ней уже пришла мама – с необычно широкой улыбкой. Рэд ей нравился, она считала, что он «милый мальчик», что в переводе означало «достаточно сильный, чтобы защитить мою драгоценную дочь, если уж она так настаивает на том, чтобы мотаться по миру».

Хлоя действительно настаивала.

А потом наконец показалась Джиджи и растолкала всех в стороны, пока ее лицо не стало занимать почти весь экран. Джиджи до сих пор не понимала всех нюансов видеозвонков, так что любила убеждаться, что ее видно во всем ее великолепии. Она просияла и приподняла извивающегося и сопротивляющегося Клякса.

Да, Клякс был с ними. Когда Хлоя и Рэд переехали в дом, где разрешалось заводить животных, Энни преподнесла им на новоселье самый желанный подарок.

– Дорогая, – промурлыкала Джиджи, – ты наслаждаешься жизньюна полную?

– Возможно, – ответила Хлоя со сдержанной улыбкой.

За экраном, там, где ее семья не могла этого увидеть, рука Рэда в перчатке сжала ее руку.

– Клякс уже по тебе скучает. Правда, Клякс?

Морда Клякса выражала в лучшем случае безразличие.

– Я тоже по нему скучаю, – сказала Хлоя.

Зимой в Нью-Йорке оказалось жутко холодно. Поэтому, несмотря на то что Хлоя чуточку соскучилась по родным, она поспешила завершить звонок как можно скорее. Она заверила их, что скоро напишет, и да, она чувствует себя хорошо, и Нью-Йорк и впрямь великолепный, но нет, она бы не сравнила его с Кенией, Бельгией или Кубой, потому что они все разные и в равной степени замечательные.

Что, конечно, было ложью. Куба понравилась ей больше всего. Но они с Рэдом еще не отошли от полета.

Потом наконец остатки ее родни попрощались, и она спрятала телефон и повернулась к Рэду:

– Прости. Надо было догадаться, что это затянется на целую вечность.

– Все нормально, Хло.

– Нет, не нормально. Я тебя практически дразнила.

Она взглянула на стеклянные двери, ведущие в Музей современного искусства, а потом снова на Рэда. Его практически распирало от предвкушения. От холода кончик его носа и высокие скулы стали бледно-розовыми. Зеленые глаза сияли, как проблески лета посреди зимы. До чего же он был прекрасен! Хлое не верилось, что он настоящий.

– Я знаю, тебе не терпится попасть внутрь. Идем?

– О да! Но сначала… – Он поднес ладонь к ее щеке, и Хлоя даже не возражала, что его перчатка холодная и слегка влажная от медленно падающего снега. – Дай-ка посмотреть, смогу ли я найти что поцеловать под всеми этими слоями.

Может, она чуточку и переборщила с шарфами – двумя – и шапками – тоже двумя, – но тут былохолодно.

– Ты хочешь поцеловать меня сейчас? – пискнула Хлоя, когда он отвел в сторону шерстяную ткань, защищающую ее кожу от сурового ветра. – В эту самую минуту?

– Я хочу целовать тебя каждую минуту, – пробормотал Рэд, и его взгляд вдруг сделался серьезным. – И в каждом городе мира.

Потом, когда ее сердце переполнилось нездоровым количеством любви, он коснулся ее губ своими. Быстро, легко и так чудесно, что у нее самую малость подкосились коленки.

Рэд отстранился и старательно поправил ее шарфы, хоть им и недолго оставалось зябнуть на улице. Борясь с улыбкой, Хлоя сказала:

– Ну теперь-то идем?

– Ты нормально себя чувствуешь? Не устала от прогулки?

– Пока нет. – Ну разве что немного.

Он практически вибрировал от нетерпения, но задержался, чтобы удостовериться в ее самочувствии:

– Бупренорфин еще действует?

– Я накачана в хлам, любовь моя.

Хлоя старалась не использовать опиоидные пластыри постоянно, но для поездки в Нью-Йорк они определенно требовались.

– Хорошо, – сказал Рэд, явно радуясь, что его девушка под кайфом. А потом, сделав продолжительный выдох, расплылся в улыбке: – Тогда вперед.

– На всех парусах! Постарайся не описаться от радости, ботан ты здоровенный.