Чтение онлайн

Против сформированного в ночь с 26 на 27 октября большевистского правительства активно выступил также Всероссийский исполком железнодорожного профсоюза (Викжель), в котором главенствующую роль играли умеренные социалисты. Викжель претендовал на роль посредника между Военно-революционным комитетом и Комитетом спасения, а также выступал за создание однородного социалистического правительства, включающего представителей всех социалистических групп от правых до крайних левых, то есть от народных социалистов до большевиков. С этой целью Викжель назначил на 29 октября совещание социалистических партий и пригрозил, что в случае, если враждующие стороны не прекратят военных действий и не начнут переговоры о создании правительства более широкого состава, то в полночь 29 октября начнется всеобщая забастовка железнодорожников6. Угроза была достаточно серьезной, ибо, лишив Петроград связи со страной и перекрыв доступ продовольствия, Викжель мог поставить новое правительство в положение, совершенно для него неприемлемое. И это было одной из причин, в силу которых большевики согласились принять участие в созванном Викжелем совещании, которое началось, как и было запланировано, вечером 29 октября7.

Викжелю удалось организовать политические переговоры на высоком уровне, но он не смог добиться прекращения военных действий. Решающая битва между силами Краснова, состоявшими примерно из тысячи казаков, и армией, превышающей их по численности примерное 10 раз, в которую входили отряды рабочих, солдаты Петроградского гарнизона и матросы-балтийцы, произошла 30 октяоря на Пулковских высотах к северу от Царского Села. Это сражение, которое впоследствии получило меткое название "Вальми русской революции"8, было сумбурным, неорганизованным и кровопролитным. Обе стороны понесли тяжелые потери. К концу дня наступление деморализованных сил Краснова было остановлено. Над казаками, у которых кончались боеприпасы, нависла угроза, что их обойдут с фланга и отрежут от тылов. Они были вынуждены отойти в Гатчину и через два дня согласились прекратить сопротивление и выдать Керенского (для ареста и предания суду) при условии, что им гарантируют амнистию и беспрепятственный проезд домой. Керенский, предупрежденный о намерении казаков капитулировать, едва успел скрыться, переодевшись в форму матроса и нацепив автомобильные очки9.

Под давлением Викжеля, призывы которого к достижению компромисса и окончанию гражданской войны поддержали левые эсеры и меньшевики-интернационалисты, а также такие массовые организации столицы, как Петроградский Совет профсоюзов, Центральный совет фабрично-заводских комитетов и несколько районных Советов, обсуждение вопроса о создании социалистического правительства на широкой основе затянулось на несколько дней. В начале переговоров представители центральных комитетов меньшевиков и эсеров были в большей степени озабочены необходимостью поисков военной поддержки для победы над большевиками, нежели стремлением достичь с ними договоренности10. Но когда стало ясно, что надежды на легкую победу над большевиками беспочвенны, руководители умеренных социалистов проявили готовность войти вместе с большевиками в коалиционный кабинет. Однако они по-прежнему решительно отказывались участвовать в создании любого правительства, в которое входили бы Ленин или Троцкий. Кроме того, умеренные социалисты Добивались гарантий того, что большевики не станут играть главную роль в будущем правительстве1 К

С 29 по 31 октября, когда казалось, что силы Краснова вот-вот возьмут столицу и когда большевики столкнулись с большими трудностями в укреплении своей власти в Москве, большевики, по-видимому, были готовы пойти на значительные уступки по этим принципиальным вопросам12. В эти дни Ленин и Троцкий, целиком занятые организационными и военными делами, не принимали участия ни в партийных собраниях, на которых была определена позиция большевиков по вопросу о правительстве, ни в заседаниях ЦИК, ни в совещании под эгидой Викжеля, на котором обсуждались характер и программа нового правительства. В отсутствие Ленина и Троцкого особый вес приобрело мнение Каменева, Зиновьева, Рыкова, Милютина и других большевиков, придерживавшихся умеренных взглядов. Каменев и его единомышленники были твердо убеждены, что единственный шанс защитить и сберечь завоевания революции, а также обеспечить скорейший созыв Учредительного собрания и заключение мира, дает создание социалистического коалиционного правительства на широкой основе, за что они и выступали с самого начала. Поэтому их основное требование сводилось к тому, что в новый кабинет не должны входить представители имущих классов и что он должен осуществлять общую политическую и социальную программу, утвержденную II съездом Советов.

По странному совпадению именно в тот момент, когда руководство партии большевиков склонилось к компромиссу, меньшевики и эсеры не проявили большой заинтересованности в достижении договоренности с большевистским режимом. А после поражения Краснова, когда умеренные социалисты проявили большую склонность к достижению соглашения с большевиками, ЦК большевиков отверг позицию, занятую его умеренными членами, и стал проводить гораздо более жесткую линию в переговорах под эгидой Викжеля. Это произошло отчасти потому, что непосредственная угроза существованию нового режима в Петрограде миновала, а также из-за того, что Ленин и Троцкий вновь приняли участие в работе высшего руководства партии, которое и согласилось с их линией. Представители партии получили указание принять участие в переговорах Викжеля с единственной целью — показать, что коалиция с умеренными социалистами нереальна, и содействовать скорейшему свертыванию переговоров13.

Однако даже после голосования в ЦК, когда был отклонен подход, предложенный умеренными большевиками, они продолжали выступать в таких органах, как Центральный Исполнительный Комитет, за создание правительства с участием всех социалистических партий. Более того, 3 ноября Каменев и Зиновьев добились того, что ЦИК поддержал усилия по созданию такого правительства14. У Ленина, который полторы недели назад требовал исключить Каменева и Зиновьева из партии за то, что они открыто выступили против восстания, готовность умеренных саботировать работу партии и вновь поставить под угрозу дело революции вызывала крайнее раздражение. 3 ноября он написал ультиматум, который впоследствии подписали еще девять членов ЦК и в котором "оппозиция" ставилась перед выбором: или она соблюдает партийную дисциплину и поддерживает политику, одобренную большинством, или будут приняты меры к исключению ее из партии15.

Ленинский ультиматум был официально представлен 4 ноября. После этого Каменев, Зиновьев, Рыков, Ногин и Милютин в знак протеста вышли из ЦК. Кроме того, Рыков, Ногин и Милютин, а также Теодорович вышли из правительства. А через несколько недель, когда дискуссии под эгидой Викжеля так ничем и не кончились, в Совет Народных Комиссаров согласились войти левые эсеры, и некоторые из них впоследствии получили портфели членов правительства16. Вскоре после создания коалиционного правительства большевиков и левых эсеров Каменев и его сторонники перестали открыто противопоставлять себя большевистскому руководству. Со временем все они вновь заняли ответственные посты в партии и правительстве. Что же касается левых эсеров, то в середине марта 1918 года они подали в отставку и вышли из Совета Народных Комиссаров в знак протеста против подписания на тяжелых условиях Брест-Литовского мирного договора, который положил конец участию России в первой мировой войне.

Что ожидало советский режим в ближайшем будущем? Два с половиной года гражданской войны против внутренних и внешних врагов, когда жестокая, разрушительная борьба велась не на жизнь, а на смерть. За войной последовал экономический и социальный кризис, превзошедший по масштабам все, что довелось испытать России с 1917 года. За эти годы испытаний демократический характер партии большевиков был утрачен, Советы лишились независимости, на всей территории страны вновь утвердилась гнетущая, централизованная бюрократическая система, а политическая и экономическая жизнь страны оказалась подчинена диктату большевистского руководства17. Но эти события — уже следующая глава в истории России, не менее знаменательная, чем предыдущая.

На главный вопрос о том, почему большевики победили в борьбе за власть в Петрограде в 1917 году, нельзя дать однозначного ответа. Конечно, сейчас, спустя более чем полвека, совершенно ясно, что как слабость кадетов и умеренных социалистов в революционный период, так и жизнеспособность и влияние крайних левых сил в этот же период определялись особенностями политического, социального и экономического развития России в течение XIX столетия и начале XX. Кроме того, на ход и результаты революции 1917 года в Петрограде не могла не оказать значительного влияния первая мировая война. Если бы Временное правительство не стремилось вести войну до победного конца (а в 1917 году это решение не получило широкой поддержки), то оно, несомненно, имело бы больше шансов справиться с теми многочисленными проблемами, которые стали неизбежным следствием крушения старого порядка, и в частности удовлетворить требования населения, касающиеся безотлагательных радикальных реформ.

В сложившейся ситуации важным источником роста авторитета большевиков в 1917 году была чрезвычайная притягательность платформы партии, воплощенной в лозунгах "Мира, земли, хлеба!" и "Вся власть Советам!". Большевики с необычайной энергией и изобретательностью завоевывали поддержку среди петроградских фабричных рабочих и солдат, а также кронштадтских матросов. Для этих групп лозунг "Вся власть Советам!" означал создание демократического и целиком социалистического правительства при представительстве всех партий и групп в Совете, выступающего за немедленное заключение мира, проведение подлинных преобразований внутри страны, а также за скорейший созыв Учредительного собрания. В конце весны и летом 1917 года цели, провозглашенные большевиками, и особенно лозунг передачи власти Советам, получили дополнительную поддержку благодаря целому ряду факторов. Экономическое положение страны ухудшалось. Над солдатами Петроградского гарнизона нависла реальная угроза отправки на фронт. Народные массы все меньше и меньше верили в возможность быстрого достижения мира и проведения реформ Временным правительством. Одновременно с этим все основные политические группировки утратили доверие масс, поскольку были связаны с правительством и призывали к терпению и жертвам во имя победы в войне. А после корниловского мятежа низшие слои населения Петрограда, можно сказать, единодушно выступали за разрыв коалиции правительства с кадетами.

Кроме того, способность большевиков всего за восемь месяцев подготовиться к взятию власти была обусловлена той большой работой, которую партия проводила, чтобы заручиться поддержкой солдат в тылу и на фронте; по-видимому, только большевики смогли понять важнейшую роль вооруженных сил в борьбе за власть. И наконец — и это самое главное — феноменальные успехи большевиков в значительной степени проистекали из характера партии в 1917 году. И здесь я имею в виду вовсе не смелое и решительное руководство Ленина (огромное историческое значение которого бесспорно) и не вошедшие в поговорку (хотя и сильно преувеличенные) организационное единство и дисциплину большевиков. Здесь важно подчеркнуть присущие партии сравнительно демократическую, толерантную и децентрализованную структуру и методы руководства, а также ее в сущности открытый и массовый характер.