Чтение онлайн

Наступило тридцатое декабря. До начала активной части операции оставалось трое суток. Утром того же дня Каллия поджидала Трента в гостиной. Когда он вышел из своей спальни, то первым делом отметил, что девушка уже натянула скафандр и при оружии. Не обращая на нее внимания, Трент сварил кофе и залил его в термос. После чего позавтракал и принялся готовиться к отъезду. Сделал бутерброды - горка оказалась раза в два больше обычной - и начал укладывать их к сумку.

Каллия терпеливо ждала на диване.

Когда все было готово, Трент оделся и, проходя мимо девушки, махнул рукой:

– Поехали.

Она молча поднялась и отправилась за ним.

До самого укрытия в холмах, куда Трент через несколько часов езды по лунному неудобью пригнал машину, Каллия не проронила ни слова.

Девять пятьдесят пять

В кабине вездехода стыла тишина, время от времени нарушаемая чавканьем установки по производству воздушной смеси. В те минуты, когда машина отдыхала и накапливала кислород, можно было различить дыхание Каллии. Трент ничего не мог поделать с собой. То и дело задерживал воздух в груди и прислушивался к чуть слышным вдохам и выдохам женщины. Наконец ему стало смешно - ведет себя как мальчишка на первом свидании! В следующее мгновение он закрыл глаза, расслабился, погрузился в виртуальное пространство и внезапно ощутил, как бьется ее сердце. От этих коротких сердечных сотрясений у него окончательно сдавило горло. Мужское желание сделалось нестерпимым.

Это уже слишком!

Спасение явилось как раз вовремя. Вдали показался свет фар - лучи принялись обегать окрестные холмы, время от времени упираясь в черное небо. Трент отметил время прохождения, марку машины, в каком направлении она движется, загружена ли.

Как только свет фар скрылся за поворотом, Каллия впервые подала голос:

– Большинство мужчин, с которыми мне приходилось идти на дело, постоянно твердили, что долгое молчание очень вредит проведению операции.

Трент, за эти несколько минут окончательно успокоившийся, устроился поудобнее на своем сиденье и задремал.

Спустя полчаса Каллия пожаловалась, что ей скучно.

– Почитай книгу, поспи, - предложил Трент.

– Я не могу сидеть и ждать неизвестно чего!
– воскликнула девушка.
– Если бы еще для дела, тогда ладно, а так... Хоть бы рассказал что-нибудь. Только не молчи. Если хочешь, я начну первая, а потом ты.

– Успокойся и начинай.

– Как мы доехали сюда, Трент?

– Обыкновенно. На «хамелеоне». Вышли из гостиницы, сели в машину и отправились.

– Я не это имела в виду.

– А что?

– Послушай, сейчас ночь, грунт почти не виден, а ты, пока мы добирались до этого укрытия, ни разу не включил фары. Лан тоже заметил, что ты ехал без света.

– Как должны поступить миротворцы, если один из орбитальных спутников засечет вблизи их главной базы передвижение подозрительного транспортного средства?

– Это мне понятно, - ответила девушка.
– Меня удивляет, как тебе удается водить машину, не включая фар?

– У меня отличный инскин. Новейшей конструкции.

– Трент...
– с укором выговорила она. Тот тяжело вздохнул и с неохотой кивнул.

– Ну хорошо. Ты что-нибудь понимаешь в создании виртуальных Образов? Имеешь навыки работы в Инфосети?

– Немного. У тебя в голове встроено что-то вроде ночного прицела для снайперов?

– Интересная аналогия, - усмехнулся Трент.
– Но, по существу, верная. Что-то подобное мой инскин и вытворяет, только этим дело не ограничивается.

– Знаешь, до тебя я была знакома с двумя Игроками. Никто из них ничего не слышал о такого рода инскине.

– Это новая модель. Экспериментальная. Своего рода искусственная нейронная оболочка с удивительными возможностями. Она появилась на рынке с полгода назад.

– Ты что, в самом деле геник?
– поинтересовалась Каллия. К ней возвращалось хорошее настроение. Болтовня возродила ее, она вновь сделалась открытой и жизнерадостной.

– В каком-то смысле.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду. Ты не человек... ну, не совсем человек.

– Человек, не человек, - презрительно фыркнул Трент.
– Что ты понимаешь под словом «человек»? Люди всегда переоценивали свои возможности. Это относится и к человечеству в целом. Один из моих лучших друзей - продвинутый искусственный разум. Он живет в виртуальном пространстве. Другая - геник. Третий - обычный латинос. В настоящее время он учится на адвоката. Спроси, кто из них мне более дорог?

– Трент, я другое имела в виду. У тебя свои счеты с миротворцами. Они, как мне кажется, крепко насолили тебе. В то же время ты не желаешь их убивать. Вот чего я не могу понять. Это как-то не по-человечески, - искренне призналась она.

– Дело не в мести, не в сведении личных счетов, - постарался объяснить Трент.
– Я уже имел беседу на эту тему с одной очень забавной старушкой. Она решила, что я страстно мечтаю стать героем, жажду, чтобы мое имя прославилось в веках.

– Разве не так?

– Не так. Я стараюсь выполнить свою работу, к которой имею склонность. К которой, полагаю, я был призван в тот самый момент, когда одна из моих родительниц планировала создать меня. Сидела и рассчитывала на компьютере, куда и какой ген вставить. Если к реализации призвания примешиваются еще и личные мотивы - жажда мести, славы, желание утвердить справедливость или открыть ворота в будущее - я не против.

– Хорошо. Тогда объясни, что мы здесь делаем?
– спросила Каллия.

– Ты действительно хочешь это знать?

– Очень. Ты вконец разочаровал Лана. Он теперь не знает, что и думать.

Трент громко и искренне расхохотался:

– Этого не может быть! После нашей совместной поездки Лан точно знает, кто я такой и о чем мечтаю.

– О чем?!

– Спроси его сама. И скажи ему еще раз - я предпочитаю женский пол.

Каллия хмыкнула, отвернулась, потом долго смотрела в сторону холмов на противоположной стороне провала. Там, в окружении звезд, сиял земной диск в первой четверти.

– Ты мог бы сказать мне об этом раньше, - тихо призналась она.

– Я боялся обидеть тебя.

Она повернулась к нему, улыбнулась.

– Может, я и обиделась бы, только совсем вот на столечко, - показала она кончик мизинца.
– Ты любишь ее?

– Кого?
– всполошился Трент и тут же успокоился.
– Не знаю... Люблю. К сожалению, мы вряд ли когда-нибудь увидимся снова.

– Ага, вот, значит, почему ты хочешь погибнуть в Жюль Берне!
– обрадовалась она.
– Из-за несчастной любви!

– Точно, - засмеялся Трент, потом вполне серьезно добавил: - Погибнуть не хочу. Но и выжить, к сожалению, шансов маловато.